Чтение онлайн

В чем же секрет технологии, спросите вы? Теперь это уже не секрет. Дело в том, что, спеша и матерясь, пассажир набирает тот же код, что и в первой, якобы неисправной ячейке. Лениво ему придумывать новый код.

Проводив взглядом лоха, Дед осторожно подходит к первой ячейке, считывает код и… Неужели еще не понятно, что делает Дед со второй ячейкой? У нас тут не Швейцария.

Но сегодня обе попытки окончились неудачей, потому что не смог Дед считать код. Буквы и цифры расплывались, двоились и исчезали. Он моргал, протирал глаза, пробовал определить код на ощупь и по количеству щелчков. Ничего не получалось. Тебе уже за шестьдесят, братан, и, сколько ни моргай, моложе ты не станешь. Немигающие красные глазищи забрали твое зрение с собой.

Дед сел в зале ожидания, хотя ожидать ему было уже нечего.

Рассуждая о бренности всего земного, Дед просидел в зале ожидания целый час. Перед ним мелькали чемоданы, которым суждено было так и остаться чужими. Вокруг одного из таких чемоданов уже минут пять крутился подросток в огромной не по размеру рубахе. Чемодан принадлежал лоху с газетой в руках. Лох стоял в очереди у кассы. Очередь медленно двигалась, Лох делал пару шагов вперед, не отрывая глаз от газеты, а чемодан на некоторое время оставался сзади. Классический этюд для начинающих. Решается в два хода: взял и ушел. Раз – два.

Но этот васек крутился вокруг чемодана и озирался по сторонам, не решаясь сделать «раз». А на счет два его наверняка свинтят.

Дед вдруг понял, как может вернуть себе зрение, и резко встал. Он подошел к Ваську в тот момент, когда тот одновременно с Лохом протянул руку за чемоданом. Еще мгновение – и Васек имел бы четкую перспективу на ближайшие пару лет.

– Твою мать, – глядя в упор на Васька, Дед как бы случайно задел Лоха плечом, – очень беспокоит отсутствие сына.

Не давая никому опомниться, Дед извинился перед Лохом и за шиворот потащил упирающегося Васька к выходу.

– Бздило-мученик, – процедил Дед сквозь зубы, когда они были уже на привокзальной площади, – я научу тебя работать по-настоящему.

После короткого знакомства Дед описал Ваську уникальную технологию работы с чемоданами и предложил работать в доле. Просто за хорошие глаза.

Отказаться Васек не решался, согласиться – тоже. Он переминался с ноги на ногу и озирался по сторонам, как накануне перед чемоданом Лоха.

Дед отпустил Васька на полчаса подумать и предупредил, что в случае чего из-под земли достанет. Глядя на синие от татуировок руки доброго дедушки, Васек поверил в это сразу.

Время близилось к обеду. Пройдясь с инспекцией по обезлюдевшему перрону, Пузанов зашел в здание вокзала.

Изнывая от духоты, пассажиры полудремали на скамейках. Окинув строгим взглядом зал ожидания, сержант не заметил ничего предосудительного и направился было к полуживому вокзальному буфету, как вдруг заметил Васька, вошедшего со стороны привокзальной площади.

Они были односельчанами. Васек жил с бабкой Антониной через два дома от Пузановых. В свое время Антонина прижила дочку от бывшего зэка, который неизвестно куда исчез. Через двадцать лет дочка повторила подвиг матери, и парень рос без твердой мужской руки.

Васек был настолько озабочен возникшей проблемой, что не заметил, как уткнулся носом в сержантский погон.

– Ты что тут делаешь? – строго спросил Пузанов.

Услышав коварный вопрос односельчанина, Васек ни слова не говоря повернулся и попытался скрыться.

Давно замечено, что постовые милиционеры обладают нечеловеческим чутьем.

– Ну, колись! – Пузанов схватил Васька за шиворот.

Что обычно делают васьки, если их каждые полчаса хватают за шиворот? Они обычно раскалываются, потому что надевают чужие рубашки с воротниками не по размеру. На то они и васьки.

Укрывшись за газетным киоском, Васек рассказал Пузанову о предложении дедушки с синими руками. Про Лоха с газетой парень от волнения запамятовал.

Пузанов выглянул из-за газетного киоска и посмотрел через стеклянную дверь на привокзальную площадь. Рядом с автобусной остановкой, сидя на корточках, курил дед с характерной внешностью. Дед был явно залетным и не относился к числу тех, кого замечать было не велено.

– Ты согласился? – Пузанов снова спрятался за газетный киоск.

Васек сделал лицо пионера-героя и с негодованием отверг даже саму возможность совершения таких противоправных действий.

– Соглашайся! Будем брать с поличным, – под милицейской фуражкой уже закипал план оперативного мероприятия. Классический этюд для начинающих. Решается в два хода: подставил и задержал. Раз – два.

Первый ход Пузанова совпадал с первым ходом Деда. Васек считывает код ячейки, берет чемодан и передает его Деду. Второй ход, очевидно, виделся соперникам по-разному.

То ли от жары, то ли по другим причинам из ушей сержанта стал со свистом выходить пар. Он снял фуражку и ладонью вытер со лба конденсат. Голова должна быть холодной. А руки, кажется, чистыми. Так написано на плакате в комнате для политзанятий.

Дед докурил и, скрипя суставами, поднялся с корточек. К нему сразу же подошёл Васек.

– Я согласен! – Оттопыренные уши Васька были прозрачными под полуденным солнцем, а в глазах горел пионерский задор.

Окончательно договорившись, коллеги рассредоточились по залу и стали ждать клиента. С балкона второго этажа за ними вел скрытое наблюдение сержант Пузанов.

Клиент все не шел, и Дед снова вышел на площадь покурить. Не нравилось ему, что Васек не сидит на месте, суетится, мелькает в зале. Дед почувствовал, что пахнет паленым. Он хорошо знал этот запах и ощущал его отнюдь не носом. Дед подумал, что на сегодня надо бы дать коллеге отбой, но увидел перед собой прозрачные уши.

– Вот! – Парень поставил перед Дедом клетчатый чемодан.

Дед не спешил брать чемодан. Взять всегда легче, чем уйти. Васек он потому и васек, что не знает этой простой истины. Кивком головы приглашая следовать за ним, Дед повернулся, чтобы уйти, но кто-то сзади сбил его с ног. Уже прижимаясь лицом к заплеванному асфальту, старик увидел возле клетчатого чемодана серые милицейские брюки с лампасами.

Протоколы, протоколы, протоколы. И все мелким почерком на серой бумаге. Читать это Дед не стал. Один хрен – без очков ничего не видно. А очков у Деда никогда не было. Будь у него в тот день очки, не сидел бы он в ростовском централе за то, что «по предварительному сговору с неустановленными лицами похитил у гражданки Б. чемодан».

Гражданка Б. так и не поняла, каким образом ее чемодан из автоматической камеры хранения попал в прокуренный кабинет следователя. Она так и не поняла, почему, вместо того чтобы уже пить минеральную воду в Кисловодске, она должна всю ночь подписывать эти дурацкие протоколы с описанием содержимого ее чемодана.

Сержант Пузанов тоже не понял, почему вышестоящие товарищи назвали его мудаком, вместо того чтобы представить к награде. Но ему по должности не положено понимать. Пусть суд разбирается.