Затерянные во времени
Шрифт:
Нолан явно хотел того же. Он притянул Инэрис к себе и попытался отвлечь поцелуем, плавно прошёлся руками по её спине и скользнул к ягодицам, ещё обтянутыми лёгкими дорожными брюками.
Инэрис поймала Нолана за волосы и оттянула их назад.
– Я не собираюсь под тебя ложиться, дошло?
– Это очень заметно, - согласился Нолан и, вывернувшись, приник поцелуем к её ключице. От внезапного удовольствия Инэрис ослабила руку и выпустила волосы Нолана, позволяя тому продолжать. Нолан тёрся о неё напряжённым телом, и это трение окончательно сводило Инэрис с ума. И всё же она по-прежнему не собиралась подчиняться.
Они поменялись местами ещё трижды, после чего Инэрис уступила.
Нолан брал её с ожесточением, одновременно засыпая плечи нежными поцелуями. Инэрис двигалась навстречу в том же яростном ритме, чувствуя, что не может насытить овладевший ею голод.
Потом Нолан сполз на пол и откинулся спиной на боковую стенку стола, и Иса сползла вместе с ним.
Никто не спросил, что это было, и никто не потянулся к другому, чтобы обнять. Уходить тоже не хотелось. Инэрис просто сидела и ласкала взглядом не по-мужски холёное тело Нолана. Она чувствовала, что хочет ещё, и не видела причин отказывать себе в продолжении – тем более, что в глазах Нолана горела такая же точно страсть.
Инэрис наклонилась, чтобы опереться на руки, и на четвереньках подползти к Нолану вплотную, и замерла, только теперь увидев выжженный под его правым соском кельтский крест.
Глава 8. Чаша и шар
Нолан всегда был проблемой.
Инэрис не помнила ни дня, когда бы Нолан не мешал ей усиливать позиции при дворе.
И хотя заветный кельтский крест всё ещё стоял у Инэрис перед глазами, о том, чтобы завести о нём разговор, не могло быть и речи.
Как-то Инэрис не выдержала и заявилась к нему, Нолану – теперь уже без приглашения, чтобы спросить напрямую:
– Что тебя не устраивает?
Нолан снова сидел за письменным столом и изучал ворох свитков. Когда Инэрис появилась в дверях, он лишь чуть заметно скосил на неё глаза и продолжил что-то писать.
Инэрис в два шага преодолела разделявшее их расстояние и выхватила свиток из рук Нолана. Тот вскочил моментально и дёрнул пергамент на себя. Инэрис не отпускала, и после второго рывка свиток с громким хлопком порвался на две части.
– Поверить не могу, - процедил Нолан, разглядывая оставшийся у него в руке обрывок. – Этот трактат прожил пять сотен лет – и прожил бы ещё столько же, если бы не появилась ты.
– Если бы ты не стал мне перечить, ты хотел сказать?
Нолан зло посмотрел на девушку.
– Ты не человек, а несчастье.
– А вот с этого места поподробней, - Инэрис отгребла свитки в сторону и присела на краешек стола, делая вид, что не видит, каким взглядом провожает её движения Нолан.
– Что тебе не понятно? Всё было отлично. Вортигерн верил мне и не задавал вопросов. Дела в королевстве шли просто замечательно. А что теперь? Он играет в чехарду. Угрожает мне тем, что ты станешь советницей, а знаешь, что будет тогда?
– Что будет тогда? – спросила Инэрис, не моргнув.
– Тогда я отправлюсь жить в лес, если, конечно, меня не сожгут на костре, а первым министром станет лорд Голфилд! Поверить не могу, ты вмешиваешься в дела чужого двора, даже не подумав выяснить, что здесь происходит.
Инэрис пожала плечами. Слова Нолана немного смутили её – ей и в самом деле до сих пор не приходила мысль о местной политике. Только о том, чтобы самой утвердиться при дворе.
– Ты прав, - признала она, и Нолан с удивлением воззрился на неё.
– Ты хочешь, чтоб я поверил, что ты раскаиваешься?
– В общем… да.
Инэрис задумчиво постучала пальцами по столу.
– Послушай, мне абсолютно всё равно с кем заключать союз. И если ты вдруг решил, что я заодно с Голфилдом – то напрасно. Я впервые услышала о том, что он претендует на серьёзный пост только что. Нам с тобой совсем необязательно ссориться. Тем более… что у меня к тебе есть парочка вопросов.
Нолан внимательно смотрел на неё.
– Ты мне не нравишься, - сказал он вслух.
Инэрис открыла рот, стиснула кулак и снова рот закрыла.
– Это преодолимо, - процедила подумав. – Поверь, со мной лучше не ссориться.
– Пока ты мне этого не доказала.
– Только не говори, что я должна пройти какое-то испытание. Честно говоря, я от них уже устала.
– И всё же ты должна пройти испытание.
Инэрис сильнее стиснула пальцы в кулак. Нолан бесил её всё сильнее, и на языке вертелся один-единственный вопрос: «Кто ты такой?».
– Чего ты хочешь? – спросила она вместо этого.
– Хочу, чтобы ты помогла мне найти одну вещь. Говорят, ты легко умеешь искать людей.
– Что за вещь?
Нолан замолк. Он явно сомневался.
– Начал, так говори.
– Пойдём, - сдался Нолан наконец и первым двинулся к двери.
Инэрис молча последовала за ним.
Они вышли в холл и, свернув в коридор, подошли к маленькой дверце, которую Нолан отпер своим ключом. За дверцей оказалась винтовая лестница. Нолан взял со стены факел и протянул его Инэрис, сказав:
– Подержи.
Инэрис послушалась, а Нолан извлёк из кармана кремень и огниво и разжёг факел, а затем сам взял его в руки и пошёл вниз.
– Ты веришь в магию? – спросил Нолан на ходу.
Инэрис тихонько хрюкнула. Нолан покосился на неё через плечо. Инэрис заставила себя сосредоточиться и произнесла:
– Ты понимаешь, что я могу доложить в Трибунал веры?
Нолан промолчал. Они прошли ещё несколько метров, а затем Инэрис поймала Нолана за плечо.
– Меолан, я тебе не враг.
– Как я и сказал, у меня нет оснований так считать, - Нолан вывернул руку из её пальцев и продолжил спускаться вниз.
Инэрис лишь пожала плечами и тоже продолжила путь.
Лестница закончилась новой дверью, а миновав её, Нолан прошёл вперёд. Инэрис же остановилась, рассматривая открывшийся её обзору зал, и присвистнула.
Потолок украшала карта, изображавшая звёздное небо, а под ногами была карта материка, со всех сторон окружённого океаном. Стены же сплошь усеяли алхимические знаки, далеко не все из которых были Инэрис знакомы.
– Ты можешь считать, что я безумен. Но у меня есть основания думать, что люди когда-то пришли со звёзд.