Чтение онлайн

для неразумных просто скажу: мучается тварь уже миллион лет по вине лаклотов и хочет

пожить спокойно. Почему бы ей не помочь?

– Умеешь ты всё перевернуть по-своему, - усмехнулся Конс не то с досадой, не то с

удивлением, - лично я не занимаюсь вселенской благотворительностью… но ведь если такую

тварь приручить… это ж можно и земного полпреда отсюда вытурить. А? Говорят, он уже

вылетел.

– Черт возьми, Миджей, не порть настроение! Я только расслабился…

– Ладно, отдыхай, - брат встал, - а потом поинтересуйся, что творится у тебя дома.

– А что творится у меня дома?

– Потом, - Конс отмахнулся.

– Нет уж, говори, - остановил его Леций, - не уходи так.

– Да ничего, собственно, нового. Можешь отмокать дальше. Ассоль только что из

больницы. Хотела избавиться от беременности, наглоталась какой-то дряни. Скирни ее

вытянула.

– А ребенка?

– И ребенка.

– Может и зря, - сказал Леций, он уже ничему не удивлялся в отношении своей дочери.

– Может, - согласился Конс, - но ты же знаешь Скирни. Всё, что шевелится, она считает

своим догом спасти… Перебор, конечно. Но всё равно она мне нравится. Я буду рад, если

они с Кондором поженятся.

– А что, к этому идет?

– Надеюсь. Во всяком случае, Льюиса она видеть не желает.

– И правильно делает, - сказал Леций с удовлетворением. При этом он совершенно не

знал, как сообщить брату, что надежды того несбыточны.
– Только это еще ничего не значит, -

сказал он, - да и зачем Кондору Скирни? У них же не будет потомства. А у тебя - внуков.

Может, твоему сыну влюбиться в кого-нибудь другого?

– Поздно, - ответил Конс раздраженно, - не говори ерунды. Скирни - самая лучшая

девушка на Пьелле, какую я знаю… хотя тебе этого и не понять. Ты никогда не разбирался в

женщинах. А что касается потомства - то тебе, например, лучше всего удался Эдгар. Да-да, не

спорь, наши гены нам лучше попридержать, братец. А Скирни любого приемыша воспитает

как родного. Она редкой доброты девушка…

– Может, ты и сам в нее влюбился?
– усмехнулся Леций.

– У меня с ней мало общего, - ответил Конс, - но оценить я ее в состоянии. А то, что она

не первая красавица, то это волнует только таких снобов, как ты. Фло тоже красотой не

отличалась, однако с ней я был совершенно счастлив. И Кондору того же желаю.

– Вот я и сморю: вы пытаетесь сделать из Скирни вторую Флоренсию. А она, между

прочим, совершенно другая.

– Тебе-то откуда знать?

Леций уж было хотел признаться, но понял, что скорее будет утоплен, чем понят, и

решил сделать это в другом месте. На заседании Директории. При всех и для всех. Хотя он и

не представлял, кого эта новость может обрадовать. Дети еще надеются, что Ингерда

вернется. Ольгерд оскорбится за своего Льюиса. Грэф тоже. А Льюис уже и так взбешен.

Кера скажет, что ему, как правителю, следовало бы жениться на аппирке или на львице, а уж

никак не на оринянке. Конс и его сын вообще не поймут, как это Скирни ускользнет из их

дружной семьи. Остается один Руэрто, и то, если Гева не успела ему внушить, что Скирни

правителю не пара. И еще неизвестно, какая новость возмутит их больше - та что он

женится, или та, что он хочет поселить на Пьелее главного Оборотня.

– Устал я от тебя, - сказал он брату, - иди в самом деле. Потом поговорим.

– Хорошо, - Конс кивнул, - проспись и зайди вечером.

– 236 –

КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 3 – Мать Медуза

Леций только покачал головой.

– Не-ет. Вечером меня не будет.

Вечером он был у Скирни. Они сидели на кухне с задернутыми цветастыми шторками и

беседовали, держась за руки. И когда он сжимал ее горячую руку, у него самого точно так же

сжималось сердце.

– Значит, ты не хочешь вернуться к Льюису?

– Господи, Леций, ну о чем ты говоришь?

– Говорю, потому что пока еще никто ничего не знает. И если ты его любишь…

– Может и люблю, - честно посмотрела на него Скирни ясными глазами, - он мне не

безразличен. Это правда. Но без него я могу жить. А без тебя - нет. Вот и всё.

Он подумал, что сердце сейчас вообще остановится.

– Ни дня больше не могу, - добавила она, прослезившись, - сколько можно тебя ждать?

– Тогда, - сказал он решительно, - тогда завтра же переезжаешь во дворец. Хватит

прятаться.

– Ох… - только и ответила она, часто заморгав.

– Не бойся, - улыбнулся он, - я сам боюсь…

А идею с Медузой она одобрила. Сказала, что такую несчастную тварь надо обязательно

пожалеть. А что еще могла сказать самая добрая девушка во вселенной?

Утром Леций протянул Гредди ключ от ее квартиры.

– Пошли кого-нибудь, - велел он, - надо вещи забрать. Там собранные сумки стоят.

Несите их сюда, в мою спальню.

Толстяк Гредди неожиданно просиял и попятился к двери.

– Слушаюсь, господин! Будет исполнено сей же час! Уже бегу!

– Постой, - удивился Леций, - ты куда? А адрес?

– Да мы знаем, господин, - пожал тот плечами, - кто ж не знает?

– Ах, вы…

– Мы так рады, господин, так рады! Доктор Скирни такая добрая! Ее все аппиры любят!

И надо было на него разозлиться, но не получалось. Леций похлопал его по плечу и

отпустил.

– Ступай. Только не труби пока на весь город.

Ему было приятно, что слуги рады. Чего, к сожалению, не дождешься от родни.

Особенно от дочери.

Ассоль лежала в постели. Из-под одеяла безжизненно свисала ее тонкая рука. Вчера ему

даже не удалось с ней поговорить, потому что она наконец заснула.