Чтение онлайн

люблю! А ты ее любишь? А какого черта тогда эта тварь разгуливает по дворцу? Первое, что

Скирни увидит, переехав к тебе, - это надменную рожу своего бывшего хозяина! О ней-то ты

подумал?

– 240 –

КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 3 – Мать Медуза

– Я не думаю, а делаю. Скирни ее прошлое больше не беспокоит. И Дрод тоже. Мы не

собираемся больше на него оглядываться.

– Допустим, - не очень-то поверил Льюис, - и что? Пусть он расхаживает свободно по

дворцу?

– Да. Так надо.

– Вот как? Надо? А засунуть его в контейнер не надо?!

– Успокойся, Льюис. Мы не враждуем с Оборотнями.

– Мы, может быть, и не враждуем. Но я лично враждую с Дродом, который мучил

Скирни и который меня лично шантажировал.

– Дрод Оборотень. Он вел себя соответственно обстоятельствам. А сейчас у него совсем

другие обстоятельства, и ему надо помочь.

– Что?! Помочь?!

Леций усмехнулся, качая головой.

– Какой же ты горячий, Оорл. Весь в папу… Пойми: Дрод очень долго помогал мне. В

результате он теперь изгой. Я не могу его бросить на произвол судьбы.

– Я понимаю только одно, - ответил Льюис возмущенно, - здесь всё решаешь только ты.

И за всех. Представляю, что сегодня будет на совете!

– Представляешь?
– Леций засмеялся, впрочем, невесело, - вряд ли! Этого даже я не

представляю!

******************************

Заседание было назначено на шесть вечера, но поскольку все давно не виделись, то

собирались заранее. Летняя истома разливалась по залу с малахитовыми колоннами и такой

же отделкой под потолком. Потолок же после очередного ремонта стал слишком вычурным: в

форме одного раскрытого цветка. Овальный черный стол блестел строго как всегда. Кресла

вокруг него стояли зеленые и желтые, на выбор, и только для себя правитель оставил черное

с высокой спинкой. Не мог он быть как все и никогда не был. Льюис посмотрел на этот

«трон» и вновь почувствовал приступ не то досады, не то зависти. То, чем он раньше

восхищался, теперь раздражало.

Поскольку приглашена была Гева, то и появление Скирни никого особо не удивило. Она

тихо зашла в зал, высокая, стройная, в строгом темном платье с белым воротничком, и

скромно присела в углу. Прическа у нее была какая-то особенная. Поднятые кверху волосы

делали ее головку просто царственной.

Льюис не смел к ней подойти, старался даже не смотреть в ее сторону и заговорил с

Эцо. Тот тоже был приглашен на расширенное заседание и мял в руках папку с отчетами.

– Слушай… ты как будто растешь, - заметил Льюис, видя, что заумный магистр уже не по

плечо ему, а чуть выше.

– Да нет, это ты сутулишься, - ответил Эцо.

– Правда?..

Льюис расправил плечи. Он и в самом деле ходил как будто с тяжелым мешком на плечах

и не мог разогнуться. Сразу глубокий вдох ворвался в грудь и вырвался наружу.

– Она хоть смотрит на меня?

– Кто?

– Кто-кто… какой же ты тупой, Эцо!

– Извини. Она ни на кого не смотрит. Ее загородил Кондор.

– А! Ну-ну. Пусть порадуется напоследок.

– Ты о чем, Льюис?

– Скоро узнаешь.

Эцо не стал любопытствовать и охотно сменил тему.

– Новый полпред на днях прилетает. Говорят, он может приостановить исследования

Тупика. Представляешь?

– Кто ж его послушает?
– усмехнулся Льюис.

– Мы всегда слушаемся, - сказал Эцо, - а делаем по-своему. Придется врать и прятаться.

Это так утомительно, Лью…

– 241 –

КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 3 – Мать Медуза

– Не волнуйся. Грэф же обещал нам хорошего полпреда. А если Грэф сказал…

– У Грэфа тоже ограниченные возможности. Земля нами недовольна, ее пугает наша

самостоятельность. Так что в любом случае этот тип едет наводить порядок.

Льюис был землянином. И хотя ему и обидно было, что отца сняли, что закрыли

исследования дыры на Шеоре и даже покушались на Тупик, но в душе он порадовался, что

теперь и лучезарный Леций будет перед кем-то отчитываться. Перед Ольгердом Оорлом он

давно уже этого не делал.

– А что ты хочешь?
– сказал он, - здесь землян больше, чем аппиров.

– Но это наша планета, - возмутился Эцо.

– Наша. Общая. А мы об этом стали забывать.

– Ошибаешься. Это земляне об этом стали забывать.

Спорить не хотелось, тем более ссориться. Льюис давно понял, что единой правды во

вселенной нет, каждый прав по-своему. И от такого мудрого прозрения он мог бы стать

философом, если бы не страстность натуры, которой он и подчинялся.

– А как поживает твоя невеста?
– спросил он вполне миролюбиво и, увы, невпопад,

потому что получил в ответ далеко не благодарный взгляд.

– За невесту тебе отдельное спасибо, - с мрачной иронией ответил Эцо, - особенно за то,

что про нее прознала моя мамочка.

– Что? Что-то не так?
– растерялся Льюис.

– Я не собираюсь жениться, - почти с возмущением ответил Нрис, - не понимаю, почему

все так упорно называют ее моей невестой?

– Ну, извини.

– Ладно, чего теперь…

Все-таки он подрос и как-то повзрослел. Один глаз был грустный, а второго просто не

было видно под копной волос.

– А вон и твоя невеста, - заметил он с усмешкой.

В зал, шаркая тапочками и выставляя вперед живот, чтобы все непременно его заметили,

вошла Ассоль. Членом Директории она не была, ничего ценного сообщить не могла, тем не

менее, ее тоже пригласили. Забыли, правда, напомнить про форму одежды. Видимо,

беременным позволялось всё.