Чтение онлайн

устроит ему головомойку для профилактики?

Вообще-то она не зря беспокоилась. Эдгар любил ее, но ничего не мог поделать со своей

полигамностью. Случайных красоток он по возможности не пропускал, особенно зеленых,

но связь с ближайшей помощницей без всяких там предрассудков могла осложнить жизнь

весьма серьезно. Уж это-то он понимал. Лучше было отлежаться кузнечиком на диване.

Мараги ничего не смыслили в аппирских нарядах, но Таис для солидности повязала ему

галстук. От нее пахло фиалковыми духами.

– Шея болит, - пожаловался он, - от дивана.

– Дурак, - сказала она насмешливо, - спал бы со мной. Не такая уж я страшная,

приставать бы не стала.

– Так я бы стал, - признался он, - я ж не романтик.

– Тогда вдвойне дурак, - заявила она прямо и честно.

– А мужики всегда в дураках, - усмехнулся он, - хоть так, хоть этак…

Он вышел в крошечный холл, чтобы набрать сферу для прыжка на остров. Город кишел,

и только здесь можно было хоть как-то развернуться. Зато на острове, в приемном зале

Гармонизатора было просторно. Правителя проблема перенаселения на планете не касалась.

Себе он отвел столько места, сколько пожелал.

– Эдгар Оорл, - услышал он сбоку на вполне внятном аппирском, едва протерев глаза и

различив разноцветные плитки пола, - приветствую вас, Советник… хотя я не уверен, что это

вы.

Агниумозовуо в оранжевой тоге стоял совсем рядом и недоуменно смотрел на Эдгара,

вскинув обе ладошки с перепонками. У него за спиной, за широкими овальными окнами

простирался зеленый безбрежный океан.

– Почему вы собственно не уверены?
– удивился Эдгар.

– Советника Оорла я помню. Он был с черной бородой.

– Так это когда было! Я побрился.

– И с черными глазами.

Тут дядя Конс, конечно, подкачал.

– Это… это у меня зрачки расширись от удивления, - нашелся Эдгар, - зрачки у нас у всех

черные. И круглые.

– Не дурачьте меня, Прыгун, - Оборотень опустил ладошки, - не время и не место. Тот

черный взгляд забыть невозможно. Кто вы на самом деле? Мы согласны иметь дело с любым

Прыгуном, если его послал Леций, но мы хотим знать, с кем именно.

– А в том, что я Прыгун, вы не сомневаетесь?

Гармонизатор поджал прозрачные губы.

– Не сомневаюсь.

– Ну так ведите меня к Лаорму, он наверняка меня знает, так же как и наших мам, пап,

бабушек и дедушек до десятого колена. У него банк памяти.

– 265 –

КНИГА 5 – ЗАВЕЩАНИЕ МАЛОГО ЛЬВА. Часть 3 – Мать Медуза

– Лаорм вообще ждал самого Леция, - был ответ, - он не совсем готов к встрече с другим

Прыгуном.

– Леций такой рутиной не занимается. Пора бы знать. А Советник по Контактам Эдгар

Оорл - занимается.

– Но вы - не Эдгар Оорл.

Эдгар понял, что через эту преграду так просто не прорваться. Он почесал затылок и

глубоко вздохнул.

– Да. Разумеется. Я не Эдгар Оорл. Я Миджей Конс. Вас устраивает моя кандидатура?

– Устраивает, - упрямый Гармонизатор всё еще упрямо стоял, широко расставив

ластовидные ступни по клеточному полу, одна лапа стояла на желтой плитке, другая - на

красной, - только к чему было начинать наши отношения с такого мелкого обмана? Лаорму

лучше всегда говорить правду. Это в ваших же интересах.

Плевал Эдгар на этого Лаорма. Он просто выполнял поручение отца и не собирался

прощать многоликой хитрой твари замученных детей. Собственно ради них он и старался,

но угождать при этом нраву наглого спрута и его придурочных отпрысков было совершенно

необязательно.

– А в ваших интересах, - разозлился он, - не задерживать меня больше ни на минуту. Я

понимаю, что вам этот дворец скоро не понадобится, но лучше его все же сохранить для

потомков.

И зыркнул на Оборотня своим не черным, зеленым взглядом, но так, чтобы этот взгляд

тоже забыть было невозможно. Гармонизатор попятился.

– Какие вы все нетерпеливые. Впрочем, о вашей горячности, Миджей Конс, мы

наслышаны. Идемте. Если вам так хочется, будете ждать на берегу.

На берегу было палящее солнце. Занудный Агниумозовуо оставил его на этой жаровне и

со злорадным видом удалился, подбирая подол. Океан волновался, песок лежал смирно,

Эдгар сидел и размышлял, кого предложит Консу хитрый Лаорм. Лецию он показал мать.

Конса он тоже захочет очаровать, это несомненно. Неужели появится тетя Флора? Нет,

пожалуй, это слишком. От Конса тогда здравой мысли не добьешься. Он отупеет. Должно

быть что-то более нейтральное.

Эдгар сидел, жарился на солнце и на самом деле радовался, что его приняли за другого.

Не доверял он этой Медузе совершенно и не хотел, чтобы его дергали за больные ниточки.

Он подумал, что если бы ему предложили для общения Кантину, он бы только разозлился. Он

и так злился. И он, чтобы отвлечься или невольно, предался воспоминаниям о Кантине, о

сумасшедшей любви, которая бывает только раз в жизни и никогда не забывается и уже

теперь, издалека, кажется еще ярче и прекраснее, чем она была на самом деле. Так мы

идеализируем прошлое.

Не сразу, но он заметил, что сидит уже в тени. Над ним выросло дерево с громадными

как лопухи листами, они закрывали его от палящего солнца.

– Спасибо, - подумал он, не собираясь поддаваться слепой благодарности, - что дальше?

Дальше кресла ему как Лецию не предложили. Он так и остался сидеть на песке. Зато

прямо из воды вышли две фигуры, почему-то две и почему-то голые, прямо на ходу обрастая

одеждой. Это сбило с толку: Эдгар ждал кого-то одного.

Потом ему показалось, что даже в ушах звенит, чувство реальности исчезло совершенно,

когда он узнал их. Они шли к нему, держась за руки, к нему, а не к Консу. Они шли к Эдгару