Чтение онлайн

Она уезжала к родителям в Штаты, его тоже где-то носило. Ну а время, как водится, шло своим ходом. Дни, недели, экзамены, лыжные каникулы, годы, вечеринки. Вот только… Она пыталась изжить из души детские сказки, постыдную сентиментальность, не вписывающиеся в окружающую реальность. Она хотела быть другой. Сильной и независимой, уверенной и неуязвимой, без глупых бредней.

И вот сегодня – случайная встреча.

Вот он – на пороге.

Вера отступила и вернулась в квартиру, оставив дверь открытой. И Денис вошел.

Тот же сияющий взгляд ярко-карих глаз и упрямый подбородок. Только вместо непокорной шевелюры короткая стрижка. И все-таки совсем другой человек, не тот, который как-то напугал ее насмерть, поднявшись на крышу, чтобы на веревке спустить к ее окну сорванные с клумбы тюльпаны. И совсем не тот, который завалил собственное поступление в РУДН, потому что торчал перед МГУ, где она сдавала экзамены. А на следующий год поступил туда же. Теперь он, конечно, другой. Но между ними когда-то было такое, что не повторяется, и что не с каждым происходит… Далеко не с каждым

Совсем другой… И все-таки, вместе с ним в доме появился необъяснимый пьянящий аромат, тот самый, от которого закружилась голова.

Она стояла и смотрела, как Денис ногой захлопнул входную дверь и сделал к ней шаг:

– Что за горилла был с тобой утром?

Ответить она не успела. Что за дурь? Казалось, все давно забыто и не может уже править бал, но… возможно, боли и не будет, – мелькнуло в ее взбесившемся сознании.

А еще ее осенило: что бы ни было потом, главное – это сейчас. Это – ее мгновение, ее страсть, жизнь, взрыв. Это «сейчас» она не уступит. Все потонуло в вихре первобытной и вечной стихии, которую не c чем сравнить, кроме как со смертью и рождением… Бешеная карусель поцелуя и буря ласки, бесцеремонно отсекающие весь прочий мир со всеми тяжкими, и бросающие в самое начало времен, когда не было еще ни грешников, ни праведников. Каждое прикосновение – наслаждение, каждый вдох – вселенная, мира нет вокруг. Только внутри. И нет ничего, что можно осознать.

Наслаждение и страх, и радость, и горечь, жестокость и нежность, и черт знает что еще, чему никогда не было названия. И на поверхности не всплывало ни одной мысли.

Так было всегда. Он всегда шел до конца, до полного изнеможения, переступал все пределы, А она чувствовала себя растерзанной, и блаженствовала как красавицы в триллерах, когда Дракула пил их горячую кровь.

Наконец Вере удалось остановить грохот и кружение вселенной. Она открыла глаза. Денис сидел на постели и курил, неотрывно глядя на нее глазами, в которых резвилось до боли знакомое пламя. В комнате было почти совсем темно. Только цветная подсветка, проникающая от рекламных огней с улицы, позволяла что-то разглядеть. Она поднялась и закуталась в просторный розовый халат.

– Так что за горилла был с тобой утром?

Вера напряглась:

– Он вовсе не горилла.

– Ну-ну. Не ожидал увидеть тебя в таком обществе.

Она щелкнула выключателем, и комната озарилась мягким розовым светом бра. Ей стало смутно и слегка тревожно. Что не так?

Ах, да. Все телефоны выключены. Это все-таки слишком. Она поспешно вернула вилку в розетку, потом включила сотовый.

– Ждешь звонка?

– Нет. Но позвонить могут, – она прошла в коридор, где взгляд упал на бедного косолапого. Мишка валялся на полу, подняв кверху все четыре плюшевые лапки. – Бедняжка!

Денис неслышно возник за спиной и обхватил ее сильными, горячими руками:

– Я не помню эту игрушку.

Потеревшись головой о его щеку, она засмеялась:

– Мне подарили его сегодня.

– Вчера.

– Ну да, вчера. – стало еще веселее. – Знаешь, я проголодалась.

– Я не решался на такую прозу.

Плюшевый мишка был усажен на холодильник, откуда по-детски добродушно поглядывал своими черными глазками-бусинками. Обидно, что Денис не интересуется этим странным подарком. И в душе опять всколыхнулось что-то похожее на тоску. Однако! – только не теперь, не сейчас. И она с энтузиазмом вылила взбитые с молоком яйца на ветчину, стрекотавшую на сковороде.

В прихожей резко зазвонил телефон, и Вера метнулась к нему, уронив миску на светлую плитку пола.

– Привет, это я, – прозвучал твердый, но какой-то бесцветный голос.

– В чем дело, Игорь? Ночь на дворе, – почти шепотом ответила она, чувствуя поднимающийся изнутри жар.

– Извини. Я разбудил?

– А ты как думаешь?

– Неважно. Если у тебя все в порядке…

– О господи! А почему за меня надо так беспокоиться?!

– С вечера и до этой минуты я не мог дозвониться ни на домашний, ни на мобильный…

– Я просто хотела отдохнуть и все отключила. Это, в конце концов, мое дело! – Вера попыталась говорить раздраженно, но это почему-то не получилось. Уши и щеки полыхали. Как же это… некрасиво.

– Конечно. Еще раз извини. Тебе ничего не нужно?

– Покоя.

– Ну, спокойного тебе остатка ночи. Целую.

– Пока.

Она положила трубку и присела на табурет. Денис, появившийся на кухне, уселся напротив.

Весь вечер Игорь волновался не на шутку. Он действительно звонил Вере каждые полчаса. Мобильный был отключен, домашний номер не отвечал. Когда настала ночь, набирал уже через каждые пятнадцать минут, и наконец непрерывно. Он утешал себя мыслью, что муж Анастасии отвезет домой его драгоценную, строптивую возлюбленную, но этого было недостаточно. Она такая неосторожная. Около двух ночи он подъехал к ее дому и продолжал звонить. Телефон по-прежнему не отвечал. Окна угловой квартиры на пятом этаже оставались темными. Подняться к ней он не решался. Вера не случайно всегда держала его на расстоянии. Она, в сущности, была свободна. И не ее вина, что он влюбился, как мальчишка. Даже намного сильнее. Потому что ничего подобного он не наблюдал никогда в жизни. Ни у мальчиков, ни у стариков. А художественная литература до сих пор была ни в счет.

Когда в окне Веры зажегся свет, он глубоко вдохнул, еще немного помедлил для порядка. Душу ледяными кольцами сжимала какая-то скользкая тварь. Вера не одна? Может быть.

Состоявшийся наконец разговор не внес никакой ясности, и уж точно не мог его успокоить.

Она не сказала, что была в гостях. Она просто отключала телефоны. Что же в этом особо криминального? Вера – необыкновенная женщина, вот и все. Он не станет пытливо вглядываться в ее окно на предмет посторонних теней. И следить за ней тоже не будет.

Игорь заставил себя не смотреть вверх.

– У нее все в порядке, – прошептал он и включил зажигание.

День проносился за днем. Вера и Денис беззаботно предавались вновь проснувшейся страсти, но по странному негласному соглашению оба избегали воспоминаний и разговоров о будущем. Они вообще мало говорили. Шутки, прибаутки, смех без причины – это пожалуйста. После памятного дня встречи Вера старалась встречаться с Денисом на его территории. Она видела, что это ему не особенно понравилось, и понимала почему. Но ведь каждый должен чем-то поступиться, не так ли? Его телефоны никогда не умолкали, были и ночные звонки, но Вера тактично не замечала этого. Он не обязан был жить отшельником все эти годы. Она вообще пыталась ни о чем не думать. У нее – отпуск. Окно в другой мир. И только от одной своей странной привычки, которую Денис раздраженно называл то капризом, то придурью, она не могла отказаться. Ежедневно, неважно утром или вечером, Вера возвращалась домой. Она не использовала минуты одиночества для копания в себе, но ей хотелось домой, и все тут. Здесь восстанавливалось душевное равновесие. И здесь звонил ее телефон. Не мобильный, а именно домашний.

С той самой ночи Игорь не появился ни разу. Однако ее не покидало ощущение, что он вовсе не забыл о ней, просто затаился где-то, до востребования. Она была уверена, что это он время от времени звонил и молчал, пока она не давала отбой. Ну кто еще способен на такой детсад? И все-таки странно.

Есть ведь женщины, которым все понятно, которые знают, что им нужно от жизни, – с досадой думала Вера. Оставалась надежда, что и у нее все прояснится в глубине души, и лучше не мешать текущему процессу бесполезными копаниями.