Завтра - океан
Шрифт:
– Да здравствует водная станция!
– закричал он обрадованно.
– Да здравствует парус!
– подхватил Шевчук.
– И весло, ребята, и весло!
– Ура удочке!
– подбросив вверх кепку и поймав ее на лету, крикнул Стуржа.
– А когда же мы будем строить?
– спросил Шевчук.
– Ведь на носу экзамены.
– Время найдется!
– сказал Вася Херсоненко.
– Для такого дела - и не найдется? Найдется! Вот только бы учебе не помешало.
– Не бойся, не помешает!
– раздались голоса.
– Скорей бы начать!
– сказал Сименцул.
– У меня уже руки чешутся. Ведь я могу плотничать. Раму сделаю! Табуретки! Стол! Все могу! У входа посадим серебряную оливу, акацию!
– И морской аквариум у нас будет ведер на десять, - заявил Вася Херсоненко.
– Ух, и хорошо вы придумали, ребята!
– То-то!
– важно произнес Борис.
– Ребята, - подойдя к неразлучной тройке, смущенно произнес Линецкий, - "Всевидящее око" - это я. Я очень жалею...
– Ты?
– удивился Борис.
– А мы думали, Алеша...
– Я, я... Теперь я вижу, вы настоящие ребята!
– Где же ты тогда был, когда нас из шлюпки выбрасывали? заинтересовался Коля.
– На берегу. В купальне. Я очень жалею...
– А мы и не обижаемся, - сказал Вадя.
– Что правда, то правда.
– Алеша, Алеша, Нина!
– вдруг закричал Стуржа.
– Отчего же вы опаздываете? Скорей сюда! Живо!
Увидев Нину, друзья переглянулись. Радостное настроение исчезло. Что ей нужно? Не думает ли она примазаться к ребятам, нахальная девчонка?
– Тоже мне морячка!..
– сострив презрительную гримасу, сказал Борис.
– Лезет не в свое дело!
– заворчал Коля.
– И Алеша хорош, нечего сказать: притащил на веревочке!
Вадя, стараясь не глядеть на Нину, поднял руку.
– Ребята, - сказал он, - здесь мы будем нести матросские вахты и учиться морскому делу. Я, Борис и Коля - начальники водной станции - подберем отличную команду...
– Постой, постой, - перебил его Вася Херсоненко.
– А кто вас выбрал в начальники?
– Мы и выбрали!
– вместо Вади вызывающе ответил Борис.
– А что, не нравится?
Мальчики удивленно взглянули на троих друзей.
– Кому руководить водной станцией, решит школа, - твердо сказал Алеша Чижиков.
– Может, назначат и вас, и даже наверное...
– "Назначат", "не назначат" - все уже решено!
– надменно отрезал Борис.
– Никто, кроме нас, не может идти на парусной шлюпке против волны!
– Или за два дня угадать шторм!
– гордо добавил Коля.
– Или по звездам определять время, - заявил Вадя.
– Мы хорошо знаем море.
– Знаете? А что такое девиация?
– вдруг спросила Нина, недоверчиво глядя на Бориса.
Борис досадливо дернул плечом и сказал:
– Я тебе не морской словарь! Впрочем, могу сказать: это что-то с компасом...
– Нет, не "что-то", а отклонение магнитной оси стрелки компаса от магнитного меридиана, - твердо произнесла Нина. Она рассмеялась и сказала: - Нехорошо важничать, мальчики.
– Это не твое дело!
– покраснев от досады, крикнул Борис.
– Ты лучше скажи, что тебе здесь нужно! Строить водную станцию мы будем без тебя. Ты лишняя. Пусть девчонки из твоего класса строят себе отдельно. И подальше от нас. Вас там целый муравейник...
– Что, что ты сказал, толстый бегемот?
Алеша схватил сестру за руку и крепко сжал ее.
– Молчи!
– сказал он.
– Не нужно ссориться.
Школьники обступили неразлучную тройку.
– Нина дружит с нами два года... Чего вы от нее хотите?
– А еще живете с ней в одном дворе!..
– сказал Липецкий.
– Нет, я не жалею, что протянул вас в "Ежике"!
– Обойдемся без Нины! Не хотим! И выбирайте: мы или она. А не хотите, уйдем...
– угрожающе произнес Борис.
– Можете строить сами! Только ничего у вас не получится! И со шлюпкой без капитанов у вас ничего не выйдет!
– С такими капитанами, как вы, как раз и попадешь крабам на обед, - сказала Нина.
Она стояла рядом с Шевчуком, бледная и разгневанная.
Мальчики молчали.
– Ну что, мы или Нина?
– зло и нетерпеливо выкрикнул Борис. Выбирайте!
Никто не ответил.
– Ну хорошо, тогда стройте сами! Верно, Вадя?
– Борис сделал шаг в сторону.
За ним, словно нехотя, шагнул и Коля. Вадя стоял в какой-то нерешительности.
– Идем!
– сердито окликнул его Борис.
– Посмотрим, как они управятся...
И трое друзей направились в город. Они шли медленно. Каждый ждал, что сейчас их остановят и будут просить возвратиться.
Но ничего подобного не произошло.
Товарищи долго глядели им вслед и о чем-то тихо переговаривались.
На берегу пахло водорослями, смолой и дымом рыбацкого костра.
7
Возвращаясь домой, три друга шагали в ногу и пели:
Раскинулось море широко,
И волны бушуют вдали...
Вадя вдруг замолчал и почему-то безнадежно махнул рукой:
– Печальная песня, давай другую.
Запели другую, веселую:
По волнам, по морям!
И эта отчего-то не ладилась. Виноват был Коля. Увидев на мостовой кошку, он погнался за ней, пока не загнал ее на дерево. Борис тоже отличился: взял и сплясал на улице "козачка".
Настроение у всех было какое-то отчаянно веселое. На самом деле каждому изо всех сил хотелось скрыть свои мысли. А мысли были неприятные. Ни отчаянная погоня за кошкой, ни пляска на улице не могли заставить забыть ссору с товарищами на берегу Отрады.
Когда подходили к дому, Вадя, не в силах сдержать тревогу, спросил товарищей:
– А что, если возьмут да сами построят?
Борис сразу присмирел.
– Все из-за Нины!
– сказал он.
– "Нины, Нины"!
– уныло передразнил Вадя.
– А по-моему, она не такая уж плохая девчонка, как мы думаем. Ведь слово она сдержала...