Из пустынь их звал, заучивал Их пророчества народ… Ходит маятник задумчивый По каморке взад-вперед. Зубрит истину великую, Множит времени круги. По ночам столетий тикают Птичьи тонкие шаги. Это бродит человечество На ходулях тонких грез, Чтоб вдохнуть холодный вечер свой, Чтобы камнем мозг замерз. Ледяной дворец ступенями Измерений всех горит. На четвертой тело времени. Мы ж прошли лишь первых три. Эх, добраться б до последней мне, Встать во весь певучий рост… Звезды, помните о Ленине, – Крикнуть камарильям звезд.
244
Как пепел старый мир рассеян. Не феникс там в Париже – гусь. СССРом в даль Рассея, Святая в трудовую Русь. Волчицею легла в Европе С волчатами под животом. Народы спящие торопит, Кидает в папу Маркса том. И сургучовой старой кровью Встает заря из катакомб. Последний час средневековью. Растаял крест в багряный ромб.
245
В толпе качались, плыли конные… Костров тянулся дым густой… Вперед, – вот все толпы законы, Слепец, кто ей прикажет: стой. Оркестр заката – похоронно… Качались птицы. Пушек стон… Во Франции – с Наполеоном, В Китае – с Буддой и Христом. Остановился поезд где-то. Труд – паузу на 5 минут… Лишь вечно пьяная планета Металась в солнечном плену.
246
Смотрите, гроба шестигранник Кристаллом алым… Вот рубин! Чьих глаз до слез он не изранил, Тому он сердце отрубил. У женщин и детей ручьями Белейшая из кровей… Там На Красной рыли. В мерзлой яме Плевался искрами металл. Для динамитового тела Покой готовил динамит. Последний, острый, пожелтелый Осенний профиль нас томит. О, человечество, – из воску Твое чело и крылья скул. В зубах звезду, как папироску, Ты тянешь кольцами тоску. Глазища кокаином маслишь… Взлететь и падать – нипочем. За все тысячелетья раз лишь Ты улыбнулось Ильичом.
247
В белых залах страниц В тишине на бумагу Стяги строф падут ниц, Крепом траура лягут… У страниц колоннады Будет очередь слов… С Аргентины, с Канады, С островов занесло. И старухи, и дети. На верблюдах цветы… Оттого, что на свете Всех безумней был ты.
248
Один всю жизнь искал опоры, Чтоб двинуть с места шар земли. Мечты коньками золотыми Изрыли мозг и не нашли. Другой с цепями жадно спорил, Зубами ржавый грыз чугун… Кто верил, что грозой подымет Немые табуны лачуг? И перегрыз он наконец-то. И шар земли перевернул. И для столетий, для концерта Зарю он тронул, как струну.
249
Ключ пенный брагою сыченой Пробился звучно из меня. И облак рыхлые драчены На голубом подносе дня. И снег и ниже, и дряхлее, Коричневеет как-нибудь. Уж кто-то бродит по аллее, Проветривая мартом грудь. Кто песен там, как хлеба, просит? Не я ли тот, кто просит их? Да будет здесь на том вопросе, Как на крюке, повешен стих.
250
Люблю я рифм родных обозы, Люблю певучесть их колес. Пусть будут хоть просты, как розы, Но чтобы ветер их принес. По пухлой беленькой равнине, Лишь только снежной от цветов, Люблю, когда их ветер двинет, Их звон, и стар, и всё же нов. Легла заря женою юлой, И вечер лег с женою спать. Лишь вас я не люблю, глаголы. Ох, скучно в рифму вас впрягать.
251
Нынче звезды отлетают. От их крыльев шум и тьма. Ветер выпалил в их стаю Из-за млечного холма. Осень той охоте имя, Лес той кровью покорен. Журавлями золотыми Потянулся Орион. Я ж к земле раздетой крепче Прирастаю в этот час. Тишина стихами шепчет Непонятный скучный сказ. А рука слюной чернильной, Как безумная, течет.. Там в висках, где строк плавильня, Октября хохочет черт.
252
Никто так звезды не воспел, Никто их так не переслушал. Зато в брильянтовой их оспе О зори чешется душа. Под коркой сумерек везде Гноится золото и радий. Сегодня новое созвездье Душа вечерняя родит. И на земле ничем ту рябь, Жарчайшей лаской не разгладишь. За то, что, с шайкой звезд халтуря, Поэт, как водку, жарил тишь…
253
Есть в творчестве какая-то стыдливость. Резец горит и щурится в руке. Форм истины душа не в силах вывесгь В бушующем телесном дневнике. Две раковины – звуки для улиток. А щели глаз – рожают… Вот пойми. Страница черной плотью слов облита. Из выступов и углублений мир. А тот чудак, кто всё собой наполнил, Кто штопором змеи вино открыл, – Он спрятался за клавишами молний… И в копны солнц – голодные миры.