Чтение онлайн

Федор Иванович послушно покинул комнату, а Сашенька подошла ближе, боясь поверить в свалившееся на нее везение.

Вынув платье, Мария Дмитриевна взяла его за плечи, слегка встряхнула и развернулась.

– Ну как? – спросила она, улыбаясь.

Ответ был написан на лице Саши крупными буквами: «спасибо за чудо… спасибо!». Она глубоко вдохнула, наполняя легкие звенящим воздухом, и прижала руки к груди, не веря своим глазам, безрезультатно пытаясь справиться с волнением.

Великолепное платье цвета шампанского – гладкая ткань с еле заметным золотым переливом… Платье с открытыми плечами, умеренно пышной юбкой, декоративное кружевными вставками, сборкой, усыпанное мелкими матовыми бусинками на корсете, по праву можно было назвать платьем для настоящей принцессы – нежной, чувственной… Прежний розовый наряд мгновенно погас и теперь казался простым и даже безвкусным.

– И я могу его надеть?

– Конечно, – улыбка Марии Дмитриевны стала шире. – И поторапливайся, тебе нельзя сильно опаздывать. Надо еще поправить прическу, макияж…

– Сколько еще ждать?! Можно зайти?!! – раздался из кухни громкий, пропитанный жгучим любопытством, голос Федора Ивановича.

– Нет!!! – хором ответили Сашенька и Мария Дмитриевна.

Платье оказалось точь-в-точь по размеру, только в лифе пришлось немного подтянуть складки, чтобы достичь абсолютно идеальной посадки. Его и гладить-то практически не пришлось – материал хорошо держал форму и мялся с большим трудом. Мария Дмитриевна так ловко и быстро вносила коррективы, что сомнения Сашеньки отступили прочь – она успеет, успеет. Она будет танцевать, она не подведет Марину, она будет счастлива, просто счастлива. И все.

– А теперь – можно! – громко сказала Мария Дмитриевна, довольная проделанной работой.

Федор Иванович робко зашел в комнату, округлил глаза и тут же закашлял (видимо, поперхнулся собственными впечатлениями). Обойдя вокруг Сашеньки три раза, успокоившись, он плюхнулся на диван и с чувством произнес:

– Знай наших!

От смущения он никак не мог подобрать нужные слова, поэтому только развел руками и добавил многозначительное: «ух, понимать же надо». В голове образовалась путаница, которую упорядочить не представлялось возможным. Фразы, начиная с: «как ее теперь отпускать…», «кто же на самом деле этот – он?», «а не обидит ли?» и заканчивая: «а молодец я, что испортил предыдущее платье», растревожили душу и выбили из колеи. А еще – гордость за Машеньку, за ее мастерство подступила к горлу, да так, что не продохнуть! Машенька, его Машенька, вот она какая!

– Спасибо вам. Огромное спасибо! – воскликнула Сашенька и, подскочив к Марии Дмитриевне, обняла ее. – Это самое красивое платье на свете!

– Не за что, – тепло улыбнувшись, ответила та. – Не зря, значит, я его хранила… А туфли есть?

– Есть, они подойдут.

– Вот и отлично.

Сидя на кухне, Федор Иванович зря времени не терял – он думал: где взять транспорт? Нельзя же девчушку в бальном платье отправить в метро, да и ловить частника чревато – мало ли, машина грязной окажется… Надо раздобыть подходящий транспорт. Эх, если бы он заранее привел свою развалюху в порядок…

Мысленно перебрав всех знакомых, он остановился на старом приятеле Савке Чижове, который сам на любимой черной «Волге» ездил редко и удачно жил по соседству. Оставалось только договориться – Федор Иванович набрал номер телефона.

Савва на удачу оказался дома и к тому же пребывал в прекрасном расположении духа, что частично сгладило его хроническую жадность «Бери, – сказал он, зевая, – только на обратном пути залей полный бак и помой ее». Всего-то! Федор Иванович засиял от счастья.

– По коням! – скомандовал он. Пропустил Сашеньку вперед и уже на пороге, обернувшись, тихо спросил: – я… зайду… потом… а? Ну, так… просто… можно?

Мария Дмитриевна промолчала, но Федору Ивановичу показалась, что она кивнула.

– Ну, я пойду.

– Ну, иди.

– Вернусь утром.

– Это я помню, – Федор Иванович протянул Сашеньке пригласительный билет, который ранее пришлось предъявить, чтобы подъехать поближе к главному входу «России», и нахмурился. «Кабы… енто… шобы…»

– Я пойду.

– Подожди.

Поерзав немного, он для начала глубоко вздохнул. Как бы ненавязчиво, тактично… э-э-э… предостеречь от необдуманных поступков? Хоть самому напяливай фрак и тайно пробирайся на бал! Представив себя в подобном облачении, Федор Иванович хмыкнул в бороду. Ужасно хотелось курить, но всю дорогу он терпел ради Сашеньки – не должно от нее пахнуть ядреным табачищем, не должно.

– Что? – спросила она, сцепив от волнения пальцы. Сейчас, вот сейчас ей придется выйти из машины и одной отправиться…

– Значит так! – четко произнес Федор Иванович, выпячивая для важности грудь. – Отправляясь на бал, ты должна кое-что знать и помнить. – Он помолчал немного. – Мужчинам доверять нельзя. Поняла?

– Ага, – кивнула Сашенька, еле сдерживая улыбку. – Я и не собиралась…

– Чего???

– Доверять им.

– Молодец, а теперь иди, итак уже опоздала.

Открыв дверцу, Сашенька помедлила, затем быстро чмокнула Федора Ивановича в заросшую щеку и выпорхнула на улицу. Ветерок ласково скользнул по обнаженным плечам, рукам, всколыхнул юбку.

В глазах заплясали, заискрились огни гирлянд, а в сердце влетела музыка, несущаяся из распахнутых стеклянных дверей. Осенний Бал – она дождалась, она успела.

– И помни, что я тебе сказал, – донесся смущенно-ворчливый голос Федора Ивановича, но Сашенька не разобрала слов. Растерянно улыбнувшись, она сначала медленно, а затем быстрее пошла к ступенькам, покрытым красной ковровой дорожкой.

* * *

Зал был разделен на несколько зон. Справа вдоль стены тянулись три ряда белоснежных столов, в отдалении виднелись еще столы размером явно побольше. В центре каждого стояла ажурная вазочка с мелкими желто-красными цветами и подставка с программой мероприятия. Белоснежные тарелки, белоснежные пики салфеток, прозрачные бокалы. Народ в основном толпился именно здесь. Кто-то сидел, кто-то стоял, кто-то пил шампанское, кто-то вел оживленные разговоры, а кто-то просто отдыхал, слушая музыку в исполнении Большого симфонического оркестра. Музыка пока была плавной, тихой, даже убаюкивающей.

Зона, выделенная под танцы, начищенная до блеска, казалась почти зеркальной. Еще немного – и по этой глади поплывут пары дебютантов: прелестные юные девушки в белых платьях и подтянутые мужчины во фраках. Еще немного…

Строгая оркестровая зона располагалась на возвышении в конце зала и вызывала живейший интерес присутствующих – приглашенные полукругом собрались около музыкантов и расходиться не собирались. Возможно, они уже сейчас надеялись увидеть скрипку Страдивари, которую должен был привезти в Москву специально для Осеннего Бала один из австрийских гостей.