Зеленая улица
Шрифт:
мы «зеленую улицу» закрыть никому не
позволим! (Вежливо козырнул.) До свиданья!
(Вышел.)
Кондратьев. «Не позволим»?.. (Лене.)
Слышала? Я запрещаю тебе, Лена, бывать с этим
грубияном. (Обнимает дочь.) Хотя вы и
дружите вообще... И проект этот, липовый, вместе
сочиняли...
Лена (освобождаясь от объятий. Кричит).
Алексей!.. Алексей!.. Я тебя провожу.
(Убежала.)
Кондратьев. Демонстрация?..
Софья Романовна (увлекая
Кондратьева). Полно, Андрей, огорчаться. (Подвела
Кондратьева к окну.) Смотри, какая прелесть
кругом...
Кондратьев. Красиво... Нет, ты подумай,
как она могла?
Софья Романовна. Полно... Пустяки. У
меня есть к тебе дела поважнее.
Кондратьев. Какие? (Смотрит на Софью
Романовну.) Ты что это сегодня такая?
Софья Романовна. Какая?
Кондратьев. На себя непохожая, простая
очень.
Софья Романовна. Одеться не во что,
Андрюша.
Кондратьев. Как не во что?..
Софья Романовна. Туфли бы мне
сшить новые, Андрюша.
Кондратьев. Туфли? Их у тебя, слава
богу, пар десять, неношенных.
Софья Романовна. Не подходят.
Кондратьев. Как... Уже не подходят?
Софья Романовна. Не подходят. Мне
нужны туфли под цвет нашего «ЗИС-110».
Кондратьев. Да что ты?.. Он, ЗИС-то,
малиновый?!
СофьяРомановна. Малиновый. И туфли
надобно малиновые.
Кондратьев. Не знаю, не знаю... Таких
будто никто в городе не носит.
Софья Романовна. Вот и хорошо. А я
буду носить. Оригинально!
Кондратьев (сдаваясь). Ну, носи, если
хочешь...
Софья Романовна. Спасибо, милый...
Смотри, Андрюша, пруд-то, я говорю, красивый
какой. Только мертвый он.
Кондратьев. Мертвый?
Софья Романовна. Мертвый. Вот если
бы птицу водоплавающую туда напустить.
Кондратьев. Птицу? Какую птицу?
Софья Романовна. Угу, птицу. Лебедей,
например...
Кондратьев (испуган). Лебедей?!
Софья Романовна. Угу, лебедей.
(Мечтательно.) О, вот пруд бы и ожил!
Кондратьев. Что ты, Соня, милая...
Откуда же я возьму лебедей?
СофьяРомановна. А ты, Андрюша,
попроси в зоопарке.
Кондратьев. В зоопарке? Да что ты, Со-
нечка, дорогая моя?! Кто же мне даст
лебедей в зоопарке? Чего доброго, они и улететь
могут.
Софья Романовна. А мы им крылья
подрежем, они и не улетят. И еще... Я давно
собиралась сказать... (Открывает дверь в
комнаты.) Скучно у нас в спальне. Я хочу северное
сияние.
Кондратьев. К-к-какое си-яни-е?
Софья Романовна. Северное сияние.
Отделать бы эту комнату под северное сияние.
О, какая прелесть была бы...
Кондратьев. Лебедей, сияние... Ничего не
понимаю!
Софья Романовна. Надо же создавать
уют.
Кондратьев. Ах, уют! Нет, спасибо!
Хватит! С меня хватит. Я и без лебедей, кажется,
поплачусь за уют твой. Выгонят в три шеи, вот
тогда тебе будет сияние.
Софья Романовна (долго, заразительно
хохочет). А ведь правильно сделают.
(Хохочет.)
Кондратьев. Сейчас-то еще не выгонят —
не за что. Я у государства ничего не взял. Я
потратил на тебя всю премию. Больше у меня
ничего нет. И никаких чтоб лебедей! Ясно?
Софья Романовна. Снимут тебя, Аид-
рей, не за то, что у государства не брал, а за то,
что государству не дал того, что мог дать.
Кондратьев. Не понимаю...
Вошла Л е на.
Софья Романовна. Идет тебе
генеральский мундир, ничего не скажешь. Да, боюсь, не
пришлось бы... как говорят у вас
проштрафившиеся командиры, «уйти с «железки» родной на
«гражданку». (Хохочет.)
Кондратьев. Странный разговор какой-
то...
Софья Романовна. Разговора, Андрей,
еще не было. Садись. (Усаживает Кондратьева
на диван, садится рядом.) Разговор только
начинается. Леночка, если можешь, останься. Очень
нужно, поможешь нам... Как ты думаешь,
Андрей, не лучше ли нам перебраться в свою старую
квартиру? (Улыбается.)
Кондратьев. В какую квартиру?
Софья Романовна. Которая рядом с
депо.
Кондратьев. Знаешь что? Я уже устал
от твоих неуместных шуток.
Софья Романовна. Я не шучу, Андрю-
ша.
Кондратьев. Странная фантазия...
(Смеется.) Ну, а... а здесь что будет?
Софья Романовна. А здесь? Что же
будет здесь? Да, здесь будет дом отдыха
поездных машинистов.
Кондратьев. Не понимаю... Hv, ну,
дальше?
Софья Романовна. Дальше? Дальше,
я думаю, так... Что же дальше?.. Вот как дальше.
Поедешь к министру и скажешь: «Освободите —
не справился. Назначьте меня снова в депо и
не начальником, может быть, а просто
мастером».
Кондратьев. Что?.. (Сорвался с дивана,
мечется из угла в угол.) Что за фарс?..
Разыгрываешь, как мальчишку... Лену бы
постыдилась... Ты слышишь, Лена?
Софья Романовна. Нет, Андрюша, это
не фарс. Более искреннего и дружеского совета
я тебе никогда еще не давала. Если и впредь ты
так. будешь хозяйничать на дороге, то ты,
действительно, поедешь сам и скажешь: «Я не тот
Кондратьев, который гремел на всю страну как
талантливый инженер-хозяйственник». Поедешь
и скажешь: «Я стал службистом. И потом... жены
эти, чорт бы их побрал, этих жен!.. Словом, я
обмяк. Жена в уют втянула... Пруд... Лебеди...