Чтение онлайн

– Эй! – Я села на кровать и взяла его за руку. Маг дернулся, но вырывать ладонь не стал, как, впрочем, и поворачивать голову в мою сторону. – Дир, все нормально. Все закончилось. Правда. – Я старалась, чтобы мой голос звучал мягко и нейтрально. Любые проявления чувств, кроме дружеских, были бы сейчас неуместны. Поэтому я старалась. Даже отсела чуть дальше. Очень хотелось просто обнять, поцеловать и закрыть собой от мира и от воспоминаний. Но я боялась, потому что не знала, как на это отреагирует Дир, вдруг ему подобные нежности не нужны? Ему и так сейчас сложно, а тут еще я буду напрягать.

– Нет, не закончилось, – шепнул он. – Для меня, наверное, не закончится никогда. Я закрываю глаза и вижу их лица. Я не хочу вспоминать, но миг за мигом прокручиваю каждый день в голове. Я по секундам помню каждое убийство. Когда убивал, не помнил. А сейчас помню все. А когда я засыпаю, они приходят ко мне во сне. И не с благодарностями, поверь.

– Это был не ты… – Я попыталась утешить.

– Я, и ты это знаешь. Только без оков и цепей – чистая сущность. Я даже не могу оправдаться тем, что вампир и моя истинная суть такова. Я эльф в вампирьей шкуре. Для меня все произошедшее равноценно смерти.

– Ты не мог контролировать свои инстинкты. Свое…

– Тело? Оль, какой же я маг, если не могу контролировать собственное тело?

– Никто бы не смог, я знаю. Льрисса об этом говорила. С вампирским голодом совладать нельзя, он подминает под себя все, любое сознание. На первый план выступают инстинкты: догнать и сожрать.

– Ты так легко об этом говоришь, а ведь я едва не убил тебя. Понимаешь, даже сейчас я четко понимаю – останься мы в камере чуть дольше, не дай мне Даллар тогда еще крови, я бы тебя убил. Не задумываясь. Не смог бы совладать с тем самым голодом, о котором ты сейчас так спокойно говорила. Мне кажется, я и сейчас не контролирую некоторые потребности этого тела. Они сильнее и ярче, чем были раньше. Вспомни перед свадьбой, сколько крови мне дал выпить Даллар, а все равно я едва не сорвался. Разодрал тебе запястье, хотя всеми силами старался есть аккуратнее.

– Все нормализуется. Дир, перестань заниматься самокопанием. Что было – уже не изменишь. Ты не мог противостоять голоду. Даллар об этом знал, вся вина за смерть девушек лежит на нем, а не на тебе. И если бы убил тогда меня, в этом тоже был бы виноват Даллар, а не ты.

– Но я-то виню себя…

– А это уже твой выбор, – разозлилась я. – Себя можно винить за что угодно. Ты очень похож на своего брата.

– Не сравнивай нас. Мы очень и очень разные.

– Да? А почему же тогда вся сила и уверенность пропадают, едва только вы нос к носу сталкиваетесь с неприятностями? Если вы попали в ситуацию, в которой в силу обстоятельств повели себя не так, как считали нужным, то все: вы развалились на куски и собираться обратно не желаете! – Я уже почти кричала, а от гнева кровь прилила к щекам.

– Мы не похожи, – упрямо заявил маг и отвернулся.

– Раз не похожи, тогда соберись и живи дальше, а не страдай понапрасну! – Я, хлопнув дверью, вышла в коридор, прекрасно зная, что как бы Дир ни упирался, он прекрасно понял, что я имела в виду, и, без сомнения знал, – я права. Какие выводы из этого сделать – решать ему. Я больше ничем помочь не смогу, да и не хочу. Похоже, ситуация повторяется. Сначала со Стиком, который сдался семь лет назад и оттолкнул меня из-за собственной трусости. А теперь вот с Диром.

А разговора о ночи не получилось. Видимо, ситуация сама повернулась в сторону «мы ничего друг другу не должны, и вообще ничего не было». Что же, я умею принимать правила игры, но это не значит, что я не попытаюсь эту ночь повторить. Во второй раз, думаю, защиту мага пробить будет значительно проще. Зачем повторять ошибку, допущенную с герцогом? Уйти я всегда успею, тем более меня пока никто не прогонял.

Стикура я увидела в конце коридора, и его взгляд мне не понравился. Хищник, который ждет, когда добыча подберется поближе. Черт, почему рядом с ним я всегда чувствовала себя добычей. Трофеем. Рядом с Диром такого не было.

– Как там мой братец? – улыбнулся он, прислонившись к косяку и перегородив собой проход. Я не удержалась и скользнула по нему взглядом. Все же Стикур был невероятно красив. Для меня, по крайней мере, и, похоже, он прекрасно об этом знал. Я готова поспорить, что светлая, подчеркивающая загар рубашка, расстегнутая на груди, надета с расчетом на меня. К сожалению, одной физической привлекательности чертовски мало. Семь лет назад он покорил меня не этим. Чем, я правда, помнила смутно.

– Не очень хорошо. – Я с трудом отвлеклась от созерцания его смуглой кожи и серебряного медальона, болтающегося на груди. Он как магнит притягивал взгляд к стальным мышцам. – А ты уже у него был, смотрю? Раз все знаешь. Не после ли твоего визита Дир выглядит таким потерянным?

– Почему ты мне не сказала? – проигнорировал герцог мой вопрос.

– Это не моя тайна. Дирон не хотел пока, чтобы кто-то знал о его возвращении. Прости, а потом я боялась, что ты мне не поверишь. Согласись, звучало бы это маразматично.

– Я сейчас не об этом.

– А о чем? – удивилась я.

– Почему ты мне не сказала, что вы вроде бы вместе…

– Ну наверное, потому, что не считаю, что мы вместе. И он, думаю, не считает. По крайней мере, когда я просила тебя о помощи, мы вместе не были.

– А сейчас?

– Сейчас… – Я задумалась, что сказать: правду или желаемое. Впрочем, Стикур не стал дожидаться ответа.

– То есть ты сейчас одна? – Мягкое, скользящее движение, и Стик оказался рядом. Захватил меня в плен рук и притянул к себе. Он был значительно выше. Его сердце стучало где-то у моего уха, и мне было хорошо. Предательски хорошо. Губы скользнули по виску, и я отстранилась, сама удивляясь, почему это делаю. Зачем? Мне же так уютно и тепло.

– Ты бы лучше сходил поговорил с Диром, – скрывая смущение, произнесла я. – Мне не нравится его настрой, он слишком во многом себя винит.

– Все верно, – пожал плечами Стик. – Он же наполовину эльф.

– Сейчас он физиологически на сто процентов вампир. Нельзя, чтобы он себя снова гробил: не ел, потому что это плохо.

– С чего такая трогательная забота? Ты же сказала, что вы не вместе?

– Во-первых, это не мешает мне переживать за него. А во-вторых, я не сказала, что не хочу этого…

– А ты знаешь, чего хочу я?

– Нет. – Мне не хотелось его слушать. Скорее всего, потому, что я слишком хорошо догадывалась, о чем пойдет речь. Мои слова Стик, по своему обыкновению, проигнорировал. Он поймал меня за руку и, притянув к себе, поцеловал. Я могла вырваться, но не стала.

– Я хочу, чтобы мы с тобой начали все сначала, – отстранился он с легкой улыбкой.

– Твои бы слова да полгода назад, – грустно усмехнулась я. – А сейчас слишком поздно.

Я выскользнула из его рук и почти побежала по коридору, уловив едва слышное:

– Не думаю, что поздно.

Примерно через час Дир нехотя поднялся с кровати и подошел к окну. Медленно наползала ночь, сжирая остатки светлого неба. Унылый вечер постепенно становился гуще и темнее. Внизу, где-то у самого основания башни горели фонари. Они практически касались каменной стены замка – высокие, с устремленными в небо металлическими остриями над светящимися желтыми шарами. Черные, похожие на пики силуэты притягивали взгляд, завораживали и заставляли задуматься. Если правильно рассчитать траекторию полета, то можно угодить прямиком на них, и тогда справедливость будет восстановлена. Не придется переступать через собственную совесть и проводить ритуал, в основе которого лежит черная магия. И не придется наблюдать, как та, что стала небезразлична, постепенно отдаляется и находит утешение в объятиях герцога Нарайского. Стик прав, Оля изначально принадлежит ему. Дир вообще не должен быть здесь, он вернулся случайно, отобрав при этом жизнь Ласта, и покушаться в этом мире еще на что-то – высшая наглость. Он и так получил слишком много. Больше, чем заслужил.