Чтение онлайн

– Да, немного.

– А чего ты боишься?

– Потерять себя, – ответил я.

На следующий день я пошел к пастору.

Мы беседовали о священном институте брака и о том, как преодолеть мои страхи. Пастор говорил о таинстве бракосочетания, о союзе людей, которым суждено быть вместе, о том, что совместная жизнь – рискованная затея, но не лишает человека индивидуальности, а, напротив, питает и озаряет его. О том, как те, кто вступает в супружеский союз, становятся единым целым и что в браке не теряешь часть себя, а, наоборот, расширяешь границы своего «я». Давая обет Господу, супруги фактически утрачивают свои личности. Три сущности – жена, муж и Бог – в единении становятся единодушными. 1 x 1 = 3. Такое вот мистическое умножение.

– Брак требует смелости и жертв, – сказал пастор, а потом поставил меня перед выбором: – Мэттью, что для тебя представляет больший риск: ваши теперешние отношения или супружеская жизнь?

Я воспринял это как вызов и стал над ним размышлять. Несколько недель я обсуждал проблему с пастором, с братом и с теми из моих знакомых, кто вел счастливую семейную жизнь. Вскоре я впервые дерзнул взглянуть на брак не как на конечную цель, а как на новое приключение, как сознательный моральный выбор единого духовного роста вместе с женщиной, с которой я и без того хотел провести весь свой век. С ней, единственной, я мечтал встретить свой восемьдесят восьмой день рождения.

Я впервые осознал, что брак – нечто большее, чем библейское наставление и требование закона, за соблюдение которого я обязан отвечать. Я ощутил внутреннюю необходимость жениться на Камиле.

В 2011 году, в Рождество Христово, я преклонил перед ней колена и попросил ее руки.

Она согласилась.

Но дня свадьбы мы не назначили.

Камила совершенно не похожа на мою маму, но в мае 2012 года, спустя пять месяцев после того, как я сделал ей предложение, она поступила со мной точно так же, как мама поступила с отцом. С одной лишь разницей.

Она вручила мне приглашение на нашу свадьбу.

– Хорошо, – сказал я. – А когда?

Она протянула мне еще один снимок УЗИ.

– У нас будет третий ребенок, но я не хочу стоять с брюхом перед алтарем в день свадьбы.

На свадьбу мы пригласили восемьдесят восемь самых близких друзей и родственников и разбили во дворе сорок четыре палатки, чтобы дать гостям приют на три дня гуляний. Меньше чем через месяц, 13 июня 2012 года, Камила Араухо Алвес стала Камилой Алвес Макконахи.

Мы венчались по католическому обряду. Церемонию проводили брат Кристиан из монастыря Христа в Пустыне и наш пастор Дейв Хейни, Джон Мелленкамп играл псалмы, а жрица кандомбле благословила нас по ритуалу афробразильской магии.

После свадьбы мой брат Рустер заявил:

– Братишка, по-моему, все прошло не хуже, чем в раю.

Тем вечером, у алтаря, Камила посмотрела мне в глаза и сказала:

– Мне не надо ничего, кроме того, что ты готов мне дать.

Тем вечером я женился на женщине своей мечты. Единственной и лучшей на земле. Она русалка.

Меня больше ничего не пугало, и, отправившись в погоню за новыми тайнами, я всецело предался преданности и впервые в жизни осознал, что даже если споткнусь, то не упаду. Я понимал, что перед нами обязательно возникнут трудности, потому что супругам всегда есть над чем работать. Я больше не гоняюсь за бабочками, потому что мы с Камилой ухаживаем за садом и бабочки слетаются к нам сами.

Моей маме больше не нужны корректорские белила.

А у Леви стало одним вопросом меньше.

Я знаком с двумя Ливингстонами. И на одного и на другого я обратил внимание издалека, примерно так же, как когда заметил Камилу в клубе. Я воспринял их как впечатления. Оба были сильными, прямодушными и уверенными людьми, которые вели себя с достоинством и сдержанным благородством. Такой необычный типаж: днем лесоруб, а вечером – дирижер симфонического оркестра. Оба – ренессансные личности, постигшие искусство жить. В дальнейшем я познакомился с ними поближе и выяснил, что первое впечатление меня не обмануло – такими они и были.

А теперь мне хотелось познакомиться с третьим.

В 07:43 утра 28 декабря 2012 года родился Ливингстон Алвес Макконахи.

Я жил полной жизнью. Женат. Отец троих детей (как и мой отец). Я черпал вдохновение отовсюду – теперь не из мыслей, а из истин. Я не кичился своим успехом, но был в него вовлечен; хотел того, в чем нуждался, и нуждался в том, чего хотел. Успех меня отрезвлял; мне так нравилось быть в своей компании, что прерывать удовольствие я не собирался.

Мне предложили одну из главных ролей в телевизионном сериале «Настоящий детектив» на канале Эйч-би-о. Сценарий Ника Пиццолато был таким живым и правдоподобным, что страницы чуть ли не кровоточили.

Меня не смущало, что это сценарий для телевидения, а не для большого экрана, потому что и сюжет, и персонажи были выписаны четко и объемно. Мне предложили роль Мартина Харта, но я хотел сыграть Растина Коула. Для меня он стал самым лучшим детективом на свете. Я лихорадочно листал страницы, чтобы поскорее узнать, что он скажет дальше. Коул, человек-остров, с благоговейным страхом относится к смерти и в то же время жаждет освобождения, которое она дарует. Он неустанно ищет истину, какой бы горькой она ни оказалась. Я трепетал и покрывался холодным потом при мысли об этом персонаже.

– Если дадите мне роль Растина Коула, я согласен, – ответил я на предложение.

Спустя несколько дней, обдумав мой неожиданный запрос, Ник Пиццолато, режиссер Кэри Дзёдзи Фукунага и продюсеры утвердили меня на роль Растина Коула. Мой давний приятель Вуди Харрельсон согласился сыграть Марти Харта. По счастью, у него больше не было ролей, которые вдохновляли зрителей на убийство.

Мы с семьей собрались и переехали в Новый Орлеан, где шесть месяцев снимали сериал.

Я всегда любил этот город-полумесяц. Может, потому, что здесь вырос мой отец, и мы всегда приезжали в гости к его маме на праздник благословения промысловых креветочных флотилий. А может, потому, что здесь снимались четыре из пяти моих недавних фильмов. Или потому, что если надо узнать, в хорошем или в плохом районе ты остановился, местные объяснят своим характерным напевным говорком:

«Видите ли, сэр, в любом хорошем есть капелька плохого, а в любом плохом – капелька хорошего»