Земля любви
Шрифт:
– Нет, не стоит. Я не хочу, чтобы ты из-за меня ссорилась с мужем, - замялся Марко Антонио и услышал в ответ:
– У меня больше нет мужа! Идём!
– Как? Почему?! Он куда-то уехал?
– Нет, он пока живёт здесь, но это не меняет сути.
Марко Антонио понял, что супруги просто поссорились, и не стал больше задавать вопросов, переключив своё внимание на и Хуаниту.
Затем, поиграв с детьми, он протянул Жулиане деньги на содержание дочери. Жулиана поначалу отмахнулась от них, но потом передумала и взяла, вспомнив, что теперь придётся одной содержать двоих детей.
– Спасибо, Марко Антонио, - произнесла она смущённо. – Эти деньги мне пригодятся. Ситуация изменилась…
– Но что же всё-таки произошло?
– не улержался он от вопроса.
– Ты больше не хочешь жить с итальянцем, которого так любила?
– Не спрашивай меня, ладно? Мне трудно говорить об этом.
– Хорошо, не буду.
Поцеловав на прошение дочь, Марко Антонио направился к выходу, и тут Жулиана не выдержала - окликнула его.
– Постой! Кое-что я всё-таки должна тебе сказать! Думаю, ты не заслужил, чтобы тебя обманывали.
– Обманывали?!
– Да. Нас обоих обманывают, Марко Антонио!
– Кто? Розана и Матео?
– упавшим голосом спросил он.
– Да. Они целовались в доме сеньора Гумерсинду, а потом она приезжала к Матео на работу.
– Откуда ты знаешь? Может, это сплетни?
– Увы, нет! О поцелуе мне рассказал сам Матео, а на следующий день Ортенсия видела Розану у него в конторе.
– Что ж, Розана сделала свой выбор, - мрачно произнёс Марко Антонио. – Спасибо, Жулиана, что открыла мне глаза!
– Я теперь уже не уверена, правильно ли поступила.
– Не казни себя. Всё равно это когда-нибудь должно было всплыть на поверхность.
– Да, ты прав… А теперь иди!
– попросила Жулиана, боясь, что сейчас расплачется и Марко Антонио придётся её утешать.
– Уже иду, - послушно произнёс он. – А ты держись. И знай, что я по-прежнему люблю тебя!
Из пансиона Марко Антонио поехал в банк и сказал отцу, что больше не намерен жить с Розаной.
– Объясни подробнее, что случилось, - потребовал Франческо и, выслушав сына, поставил своё условие: - Прежде чем выгнать Розану из дома, ты должен поговорить с её отцом! Не забывай, он теперь наш компаньон.
– Хорошо, я наберусь терпения, и подожду сеньора Гумерсинду. Он вернётся с фазенды в ближайшие дни.
– Да уж, подожди, не пори горячку. Подумай, как следует. Может, и не стоит ничего менять. Ты же, наверное, понимал, когда сходился с Розаной, что она не сможет забыть Матео в одночасье! Так же как ты и по сей день не смог выбросить из сердца Жулиану.
– Да, понимал. Но не догадывался, насколько это трудно - жить с нелюбимым человеком!
– Но Розана, вроде бы тебе нравилась, ты сам говорил мне.
– Она мне и сейчас нравится, - не стал возражать Марко Антонио.
– Но люблю я Жулнану! А Розана любит своего итальянца. Поэтому наш брак с ней обречён, и незачем его продолжать.
– И всё же я советую тебе хорошенько подумать!
– напутствовал его Франческо.
Возможно, Марко Антонио и впрямь не решился бы так скоро порвать отношения с Розаной, но тут на его пути случайно встретился Аугусту, который большую часть времени проводил в Сан-Паулу, исполняя депутатские обязанности.
Приятели зашли в ресторан, выпили, разговорились. Марко Антонио рассказал, что собирается расстаться с Розаной, и аугусту не стал его отговаривать.
– Этого следовало ожидать, - грустно покачал он головой.
– Розана ни перед тем не остановится, чтобы получить обратно итальянца. Стоит только вспомнить, как она его на себе женила!
– Что ты имеешь в виду?
– не понял Марко Антонио.
– Как? Ты разве этого не знаешь?
– удивился Аугусту. – Ну, тогда слушай!
И он изложил ту давнюю историю во всех подробностях, включая испачканную простыню, которую Матео швырнул к ногам Гумерсинду после своей первой брачной ночи.
– Господи! Какая же она дрянь!
– схватился за голову Марко Антонио.
– Почему ты раньше не рассказал мне этого? Я бы ни за что с ней не связался. Склонность к обману, похоже, у неё в крови! А какой цинизм! Какое вероломство!…
В те несколько дней, остававшихся до приезда Гумерсинду, Марко Антонио практически не виделся с Розаной - домой приходил поздно и, сославшись на усталость, засыпал. А узнав, что Гумерсинду, наконец, вернулся в Сан-Паулу, набрался мужества и объявил ему о своём разрыве с Розаной.
Гумерсинду, конечно же, пришёл в ярость. Ему хотелось пинками вытолкать за дверь Марко Антонио, но он сдержался и обрушил весь свой гнев на Матео.
– Чтоб ноги его больше не было в моём доме! Ты слышишь это, Мария? Клянусь, я убью его, если он здесь появится!
Марко Антонио тем временем вышел и поехал обьясниться с Розаной.
Объяснение это вышло коротким. Розана не стала отпираться и с вызовом подтвердила, что ездила к Матео на работу после того, как он поцеловал её в доме Гумерсинду.
– В таком случае собирай вещи!
– сказал Марко Антонио. – Я отвезу тебя к отцу!
Розана легко могла представитъ, какой гневной тирадой встретит её отец, поэтому прибегла к упреждающему маневру.
– Ты можешь думать обо мне что хочешь, а я люблю Матео! И он будет видеться с сыном!
– бросила она Гумерсинду с порога и молнией устремилась в детскую, где заперлась на ключ, справедливо полагая, что дед пощадит своего внука и не станет вымалывать дверь.
– Я убью твоего итальянца!
– в бессильной злобе крикнул Гумерсинду и разом сник.
– Ну, что мне с ней делать?
– обратился он к Марии.
– Большего позора, чем этот, я не испытал ни разу в жизни! Представляешь, мне вернули её, как недоброкачественную вещь!
Мария попыталась успокоить мужа:
– Не сгущай краски, Гумерсинду. В твоей жизни бывали моменты и похуже этого.
Гумерсинду сразу вспомнил ту злосчастную простыню и вновь повысил голос:
– Да, бывали! Но все они связаны именно с Розаной! Сначала она выставила меня идиотом, перед ничтожным итальяшкой, а потом прыгнула в постель к едва знакомому человеку - Марко Антонио! А теперь ещё раз осрамила меня!…
Он долго не унимался, а Мария терпеливо слушала, давая ему возможность хоть немного разрядиться.