Земля любви
Шрифт:
– Говорил, только не отважился сказать ему самое главное.
– Ну и слава Богу, - рассудил Тизиу.
– Пусть всё остаётся по-прежнему. Поедем!
– Я не могу уехать, не попрощавшись с сеньором Гумерсинду.
– Тогда пойдём к нему. И ничего не бойся. Помни, что ты свободный человек!
Слова Тизиу подхлестнули в Жозе Алсеу гордость. Он вспомнил, на какую чудовищную сделку была вынуждена пойти его мать, чтобы освободить свою семью от рабства. А её господин сеньор Гумерсинду без зазрения совести принял эту жертву!
Ненависть к нему – сытому белокожему сеньору – вдруг вскипела в сердце Жозе Алсеу, и он, войдя к Гумерсинду, сказал ему:
– Я пришёл проститься с вами, мой господин!
– Что это на тебя нашло, негодник? – рассердился Гумерсинду. – Я тебе не господин! У меня давно уже нет рабов.
– Но моя мама когда-то вас так называла!
– И что с того? А ты не должен ко мне так обращаться!
– Хорошо, тогда я буду называть вас отцом, своим отцом!
– неожиданно для себя выпалил Жозе Алсеу.
– Что?! Что ты сказал?
– подступил к нему Гумерсинду.
Жозе Алсеу молчал, хотя и понимал, что отступать уже поздно.
Тизиу тоже это понял и взял всю ответственность на себя:
– Жозе Алсеу - тот самый мальчик, который родился у тёти Наны от вас, сеньор Гумерсинду!
– Это правда?
– пристально посмотрел ему в глаза Гумерсинду.
– Ты не лжёшь мне, Тизиу?
– Нет.
– Значит, Антенор лгал?
– Он просто защищал тётю Нану и Жозе Алсеу.
– От кого защищал? От меня?
– Да, мой господин! – подал голос Жозе Алсеу. – Моя мама нарушила то ужасное соглашение, к которому вы её склонили. Она не хотела отдавать меня вам, и я сейчас должен вернуться к ней. Прощайте!
– Нет, постой!
– ухватил его за руку Гумерсинду. – Мой сын не уйдёт отсюда без моего разрешения! Оставь нас на время, Тизиу!
– Я буду здесь, за дверью, - сказал тот брату, прежде чем выйти.
– Не бойся, ниего с ним не случится, - бросил ему Гумерсинду, а затем обратился к Жозе Алсеу: - Я должен быть уверен, что ты действительно мой сын. А то твой шустрый братец уже не раз морочил мне голову.
– А вы прислушайтесь к своему сердцу, - не по-детски мудро посоветовал ему Жозе Алсеу. – Если оно вам ничего не скажет, то я не обижусь на вас.
– Вон ты какой гордый! – покачал головой Гумерсинду.
– Разве ты приехал сюда не затем, чтобы найти своего отца?
– Я хотел вам открыться, но…
– Это оказалось для тебя трудно? Почему?
– Не знаю. Возможно, потому, что боялся потерять маму. Ведь вы собирались отнять меня у неё. Поэтому она и скрывалась от вас всю жизнь и мне не говорила правды о моём отце. Я всё узнал случайно.
– Не бойся, мой мальчик, - обнял его Гумерсинду. – Я не буду разлучать тебя с матерью. Но теперь у меня есть ещё один сын, и я этому очень рад!
Не только Тизиу, но также Леонора и Бартоло с замиранием сердца ждали за дверью, чем закончится этот непростой разговор отца и сына.
И вот, наконец, дверь распахнулась, и Гумерсинду вышел в обнимку со своим темнокожим сыном.
– Леонора, - произнёс он, широко улыбаясь, - поставь на стол ещё два прибора. Сегодня с нами будут обедать мой сын и… мой племянник!
После обеда Леонора обеспокоенно спросила Гумерсинду:
– Что же теперь будет с кумой? Как вы ей всё это скажете?
– Мне придётся туго, но я сумею уговорить Марию, - ответил Гумерсинду.
– Она в конце концов признает в этом негритёнке моего сына!
Пока Гумерсинду размышлял, как он будет объясняться с женой, Мария обо всём узнала и без него.
Произошло это, как часто бывает, случайно: Инес, подслушала разговор Наны и Антенора, всё поняла и… отправилась к Марин из самых благих намерений. Инес было известно от Паолы, как убивается Мария из-за того, что Гумерсинду выгнал из дома дочку и отдал внука бывшему зятю. Вот добросердечная Инес и решила помочь Марии развязать этот узел. Ей казалось, что она даст козырь в руки Марии, рассказав той о внебрачном ребёнке Гумерсинду.
– Как видите, ваш муж сам не без греха, поэтому вы можете потребовать, чтобы он простил дочку, - простодушно закончила свой рассказ Инес.
Мария была ошеломлена таким известием.
– А вы ничего не напутали?
– спросила она, ещё надеясь на чудо.
– Нет! Я слышала сама, как они говорили, что Жозе Алсеу поехал к сеньору Гумерсинду на фазенду. А Нана плакала. Она боится, что ваш муж теперь отберёт у неё сына.
– Этого никогда не случится, дона Инес, - твёрдо произнесла Мария. – Иначе я заберу сына и уйду от Гумерсинду!
Глава 41
Жулиана снова и снова умоляла Матео вернуть сына Розане, а он не соглашался.
– Но как же мы будем жить? Ты ищешь работу, Ортенсия присматривает за Маринью, но она скоро переедет в новый дом…
– Я не отдам Маринью никому, даже сеньору Гумерсинду!
– А если ты не найдёшь работы? На какие средства будешь содержать семью?
– Мы можем уехать в Италию.
– О Господи! Я не могу больше слышать эту чушь!
– вышла из себя Жулиана.
– Забирай своего сына и езжай с ним в Италию! А меня оставь, наконец, в покое!
– Без тебя я никуда не поеду.
– А как же быть с моей дочерью?
– Мы возьмём её с собой!
– Матео, мне иногда кажется, что ты сошёл с ума, - сказала ему Жулиана.
– Откуда в тебе взялась эта безответственность? И это… бездушие. Ты готов увезти на край света детей, не подумав о том, что у Маринью есть мать, а у Аниньи – отец!
– Похоже, о нём ты больше всего печёшься! Ты, наверное, не можешь простить себе, что упустила Марко Антонио!
– Это ты бесишься из-за того, что Розана живёт с ним, а не с тобой. Иначе бы ты не стал мучить её и держать в заложниках Маринью!
Такие ссоры случались у них едва ли не каждый день.
Жулиана приходила на работу разбитая и жаловалась Паоле на свою нескладную жизнь.
– Я не знаю, что мне делать, - сказала она однажды. – Ведь я любила Матео до безумия, а теперь иногда просто ненавижу его!
– В этом нет ничего удивительного, - задумчиво произнесла Паола. – Любовь, она как боль в животе. Случается не один раз в жизни. Когда-то я умирала от любви к Аугусту. А потом встретила Франческо и поняла, что не променяю его ни на кого на свете!