Чтение онлайн

Я молча смотрел на него.

— Ну, отвечайте же, сержант,— сказал он почти дружески.

— Думаю, что вы, или, вернее, были вы,— хрипло ответил я.

— Не был, а есть, сержант. Теперь же, когда эта дурацкая история осталась позади, я опять свеж и бодр, как и раньше. Я чувствую в себе большую работоспособность. Этого заряда мне теперь хватит на несколько лет, до тех пор, пока на меня снова не накатит. Это уже не первый раз, когда мне приходится так помогать себе.— Он выдохнул дым через ноздри и посмотрел на меня.— И вот теперь мне хотелось бы, чтобы вину за случившееся здесь вы взяли на себя. Кому-то, в конце концов, все равно это придется сделать. Но армия больше нуждается во мне, чем в вас.

— Но ведь это же убийство, генерал,— сказал я, пытаясь сохранить спокойствие,— и я не собираюсь брать его на себя. Я считаю, что я слишком еще молод, чтобы калечить себе жизнь. Раз вы это сделали, вам и придется отвечать.

Он встал, подошел к буфету, налил себе виски и вернулся на место.

— Армия всегда должна стоять для нас на первом месте, сержант,— сказал он.— Ну а теперь послушайте меня. Я хорошо отношусь к вам, иначе я с вами так бы не говорил. Вы славный парень и чертовски хороший сержант. Вот причина, по которой я хочу дать вам шанс на спасение. Если бы вы были мне не симпатичны, я попросту пустил бы вам пулю в лоб, когда вы вошли в комнату. После этого я позвонил бы в полицию и сообщил, что нашел вас здесь. Я также сказал бы им, что вы украли мою машину, я выследил вас и обнаружил здесь после того, как вы убили девушку. Вы напали на меня, и мне ничего не оставалось, как пристрелить вас. Уверяю вас, сержант, что мне как генералу поверят без лишних расспросов.

Мороз пробежал у меня по коже. Весь дрожа, я сказал:

— Но вы этого не сделаете. Вам все равно не удастся уйти от ответственности.

— Не будьте дураком, сержант,— сказал он, и его взгляд стал более жестким.— Конечно, удастся, да еще как! Ведь сержанты повсюду ценятся куда как дешево! Итак, решайтесь.

— Но ведь все равно всплывет, что вы были здесь. Вы ведь заговорили с девушкой в казино. Это кто-нибудь видел.

Он покачал головой:

— Я не разговаривал с ней, а только поднял вверх большой палец. Я уверен, что этого никто не заметил, а для девушки было вполне достаточно этого знака, чтобы накинуть манто и выйти вслед за мной.

Генерал вынул из кармана какой-то предмет и стал крутить его в пальцах.

— Когда вы чистили машину, сержант, я выкрал ваше удостоверение личности. Вам не следовало бы так небрежно обращаться с ним. Я ведь могу положить его около кровати, а полиция приобщит его к моим показаниям.

Я вспомнил о чрезвычайной физической силе генерала. Если я попытаюсь отнять у него пистолет, он без труда может одолеть меня, а, кроме того, по его взгляду я понял, что меня отделяет от смерти одно мгновение, не больше. Все зависит от настроения генерала. Но я также знал, что это настроение может в любую минуту измениться.

— Ладно, я возьму это на себя,— еле выдавил я.

Напряжение, в котором находился генерал, сразу спало. Он кивнул и улыбнулся мне.

— Я рад, сержант. Это разумно с вашей стороны. Мне совсем не хочется убивать вас. Если устроите это дело с умом, то вам удастся уйти от преследования. Я дам достаточно денег, чтобы вы могли скрыться. Послушайте меня. Сначала вы возьмете машину и как можно скорее поедете в Перуджу. Там вы оставите машину и отправитесь в Рим. Идите пешком и придерживайтесь главных магистралей. Если вам удастся добраться туда, считайте, что вы в безопасности.

Генерал вынул их бумажника десять билетов по десять тысяч лир, скомкал их в кулаке и швырнул их мне на колени.

— Этого вам должно хватить. А теперь уходите!

— Но ведь мое начальство решит, что я дезертировал...— начал было я.

— Не говорите ерунду. Ваше начальство узнает, что вы убили женщину. Никто не будет ожидать вашего возвращения. Ну а теперь отправляйтесь, да поскорее. В вашем распоряжении не так уж много времени. Каждая секунда, потраченная на разговоры, только туже затягивает петлю у вас на шее.

Я встал и, пошатываясь, направился к двери, чувствуя у себя за спиной дуло направленного на меня пистолета.

— Только не рассчитывайте, что вам удастся уйти безнаказанным,— сказал я генералу от самой двери.

— Удастся,— со смехом ответил он.— А теперь уходите!

Я открыл дверь и стал спускаться по длинной темной лестнице. 

Направляясь в машине вдоль берега Лаго-Маджора в Ароло, я думал о случившемся. Труп девушки был обнаружен не сразу. Из газет я узнал, что генерал не стал звонить в полицию и не подбросил моего удостоверения. Он только уведомил власти, что я скрылся с его машиной. Майору Кэю он сообщил по телефону, что я дезертировал. Труп же был обнаружен только три дня спустя, когда генерал уже вернулся в Болонью. Его так и не стали допрашивать в связи с убийством.

Мне не грозило особой опасности. Когда итальянская полиция начала плохо организованные поиски, я уже давно находился в Милане. Там я познакомился с Торчи, который занимался воровством в соборе. Он нашел для меня комнату и посоветовал стать гидом. Мое объяснение о дезертирстве он принял как должное. Он сам за несколько месяцев до того удрал из итальянской армии и был твердо убежден, что ни один разумный человек не должен оставаться на военной службе дольше, чем это ему необходимо.

В одной из газет я увидел короткую статью об убийстве. В ней говорилось, что полиция разыскивает американского сержанта Дэвида Чизхема, который, вероятно, сможет пролить свет на это мрачное событие.

В газете переврали мою фамилию, и это позволило мне не брать фальшивое имя, а жить под своей настоящей фамилией.

И только теперь, впервые за несколько лет, мной внезапно овладел страх. Я не мог понять, как Лаура узнала, что меня разыскивает полиция. Ничего не подозревая, я попал в западню.

Первой моей мыслью было собрать свои вещи и бежать. Но, подумав, я отказался. Это не выход. Ведь стоит Лауре только сообщить обо мне полиции, как снова начнется за мной охота. А на этот раз шансов на то, что мне удастся уйти, слишком мало. Нет, необходимо остаться и выяснить все до конца.

На следующий день, в воскресенье, я должен был встретиться с Лаурой. В создавшейся ситуации я решил, что будет лучше соблюдать наш договор и не бросать ее теперь.

«Возможно, она все же откроет свои карты, и я приму свои контрмеры»,— думал я.

Сестра Флеминг напомнила мне, что в понедельник у нее выходной и в этот вторник ее тоже не будет на вилле.

— Миссис Фанчини позаботится о муже в мое отсутствие,— сказала она.— Ей все известно, что и как надо делать, а вам нужно будет только помочь ей.

Лаура вышла к чаю. Она была бледна, под глазами появились темные круги.

— Хэлло, Дэвид,— с улыбкой сказала она.— Увидимся сегодня вечером?

— Да.

Я пристально наблюдал за ней, но по ее взгляду нельзя было догадаться, что она что-то замышляет.

— Встретимся в девять часов в лодочном ангаре. Мне не хочется сегодня очень поздно задерживаться.

— Хорошо.

— Я так рада нашей встрече.

Мне же была отвратительна даже сама мысль о том, что я опять должен буду обнимать ее. Моя безумная страсть к этой женщине растаяла бесследно, как снег под лучами яркого солнца, и я чувствовал, что она больше никогда не вернется.