Чтение онлайн

Я поднимаюсь, забираюсь на туловище чудовища и сажусь ему на грудь. Оно настолько большое, что ни одна из моих ног не касается земли, я отскакиваю назад, когда оно пытается укусить меня, а отвратительный запах его дыхания вызывает у меня рвотные позывы.

— У меня есть вопросы, и ты на них ответишь, — угрожаю я, направляя кинжал на горло монстра.

Он смеется, издавая невнятный, искаженный звук.

— Что ты хочешь знать? Как вы все умрете? — спрашивает он. По какой-то причине он считает происходящее забавным, хотя я держу нож у его горла, и тщетно пытается вырваться из рук удерживающих его мужчин.

— Мы не умрем, — я подношу острие кинжала к груди монстра. — Но ты умрешь, если не скажешь мне то, что мне нужно знать. Откуда вы беретесь в этом мире?

Это хорошее начало. Если мы сможем выяснить, откуда появляются монстры, возможно, мы сможем остановить их поток. Может быть, сумеем закрыть этот портал и никому из них больше не дать возможность попасть сюда.

— Почему я должен тебе это рассказывать? — спрашивает он.

— Значит, тебе нравится боль, — говорю я с ухмылкой, вонзая острие своего клинка в его кожу на полсантиметра. Он взывает, извиваясь, но мне удается удержаться на нем. — Где портал, через который ты проник сюда?

Оно рычит, снова щелкает зубами, но не пытается ответить.

— Какой характер, — я щелкаю языком. — Может, я смогу его исправить.

Я провожу лезвием по его груди, разрывая кожу и создавая черную реку вокруг своего кинжала.

— Она задала тебе вопрос, — рычит Данн, сильно нажимая ботинком на руку существа. По его резкому тону я понимаю, что он хочет ударить монстра своим цепом по лицу, и я готова позволить ему это сделать, если эта тварь не начнет говорить в ближайшее время. — Советую тебе ответить, пока она не разозлилась.

— В месте, куда не может попасть ни один чудак, — выпаливает он.

Отлично. Еще больше загадочной чепухи.

— Куда не может попасть ни один чудак? — спрашиваю я, останавливая свой клинок.

— Если скажу тебе, все равно меня убьешь, — издевается монстр. — Делай, что хочешь.

— Ты прав, — говорю я, теряя терпение. — Я так и сделаю.

Я собираюсь вонзить клинок глубже в его грудь, но дымок, витающий над его кожей, оживает, расширяется и отрывается от тела существа. Тьма соединяется в потоки, а зверь замирает под мной, и я понимаю, в чем дело.

Тень — не просто часть монстра.

Тень и есть монстр.

Я хватаю свой клинок, но не успеваю уклониться от щупалец, которые стремительно летят ко мне, одно из них хватается за мою ногу и крепко держит.

— Нет! — кричит Данн и бросается вперед, бросая руку, которая застыла в его руках. Он прыгает ко мне, отбрасывая меня гораздо сильнее, чем я ожидала, и я отлетаю от туши монстра, как раз в тот момент, когда тени набрасываются на него. Они поглощают его тело, на мгновение заставляя его исчезнуть в черной пелене, и мы с ужасом наблюдаем, как тень поглощает тело Данна.

— Данн! Нет! — кричу я, а Чес хватает меня. Его сильные руки обхватывают меня, удерживая на месте, несмотря на мои попытки вырваться.

Черные щупальца извиваются и кружатся вокруг кожи Данна, пока не исчезают в нем полностью. На секунду ничего не происходит, но затем он шевелится, его тело странно движется, пока не оказывается на вершине мертвого тела монстра. Когда он поворачивается к нам, его глаза черны, как ночь, а на лице застыла кривая улыбка, которая ему абсолютно не подходит.

— Данн, — зовет Дион, и его голос дрожит. — Данн, что ты делаешь?

Из тела раздается маниакальный смех, похожий на голос Данна, но я знаю, что это не он. Что бы ни сделала с ним тень, Данн больше не с нами. Он стал кем-то другим, чем-то совершенно другим, и я могу только с ужасом наблюдать, как он смотрит на нас троих.

— Вы не сможете выиграть эту битву, — говорит он, и его голос меняется с привычного тона Данна на хриплый, демонический посреди предложения. — Мы выследим каждого из вас. Страна чудес умрет, как и этот жалкий чудак.

Данн поднимает руку к лицу, пальцы медленно скользят по коже. Одной рукой он хватает себя за подбородок, другой — за макушку, и быстрым движением с невероятной точностью скручивает шею, ломая себе позвоночник.

Я кричу, ужас пронизывает мое тело, когда Данн падает на землю, сваливаясь в искаженной куче.

Я хочу бежать, кричать, плакать, но все, что могу сделать, это стоять в объятиях Чеса, шок превращает мое тело в глыбу льда.

Данн мертв.

Он покончил с собой.

И теневое чудовище заставило его это сделать.

— Данн! — Дион кричит имя своего брата, его мучительный голос нарушает тишину леса вокруг нас. Он бежит вперед, бросая свой меч и падая на колени. Он переворачивает тело Данна дрожащими руками, укладывая его как можно более естественно, а затем встряхивает его. — Данн. Проснись.

Мы все знаем, что уже слишком поздно, ничего нельзя сделать, но это не мешает мне надеяться и молча молиться, чтобы он пришел в себя. Чтобы он открыл глаза, внезапно освободившись от тени, которая овладела им, и был совершенно здоров.

Шум мира затихает, и я становлюсь гиперчувствительной к своему собственному дыханию. Края моего зрения темнеют, и я чувствую, как бессознательность тянет мой разум, но я отказываюсь терять сознание. Не здесь, не сейчас.

Я вырываюсь из рук Чеса, и медленно иду вперед, опускаясь рядом с Дионом, который рыдает в рубашку Данна. Я не могу ничего сказать или сделать, чтобы исправить ситуацию. Я не могу ничего предложить, чтобы облегчить боль Диона, утешить его каким-либо образом. Поэтому просто сижу рядом с ним, с разбитым сердцем и ощущением, будто в моей груди расцвела свежая рана.

— Дион, — говорю я, осторожно протягивая руку к его руке. — Мне так жаль.

Я не знаю, слышит ли он меня или его плач заглушает все остальное. Если слышит, то игнорирует и продолжает рыдать, пока его голос не становится хриплым. Чес подходит и помогает мне встать, наклоняясь так близко, что его губы касаются моей кожи, и шепчет мне на ухо.

— Думаю, нам стоит оставить его на несколько минут одного, — говорит он, уводя меня от парней на несколько метров.

— Чес, — говорю я, стараясь сохранять ровный голос. — Что только что произошло?