Чтение онлайн

Сердце сжимается, а пульс учащается из-за его отсутствия. Его вещи все еще здесь, значит, он не собрался и не бросил нас, но куда же он мог уйти?

И что за этот непрекращающийся стук?

Я жду еще в надежде, что он просто отошел в туалет или пошел на поиски еды, но по мере того как проходят минуты, моя тревога лишь растет. Мой взгляд останавливается на деревьях вдалеке, и, хотя я не могу быть уверена, мне кажется, что именно оттуда эхом доносится звук.

Наверное, мне стоило бы разбудить Чеса, прежде чем идти проверять, но я знаю, что ему нужен отдых. Он позволил мне выспаться больше, чем, возможно, следовало, так что теперь я собираюсь отплатить тем же.

Взяв кинжал, я еще раз осматриваю окружение у входа в пещеру, всматриваюсь во все стороны в поисках признаков движения, но все спокойно и неподвижно. Затем я выхожу на небольшой просвет и направляюсь к лесу в поисках источника звука.

Чем ближе подхожу, тем громче становится стук, и я на всякий случай держу кинжал наготове. После времени, которое я с ним провела, он чувствуется естественно в моей руке, словно ее продолжение, а не инородный предмет. Я иду тихо, ступая как можно аккуратней, лавируя между деревьями и корнями.

Наконец источник звука появляется в поле зрения, и я опускаю кинжал, потому что сердце падает в живот. Это Дион, он стоит ко мне спиной с мечом в руке. Он многократно вонзает его в бок толстого ствола дерева, медленно выдалбивая из него куски.

Я сомневаюсь, что он пришел сюда за дровами, значит, он пришел выплеснуть злость.

Сердце болит за него, и я хочу помочь хоть как-то облегчить его боль. Я подхожу ближе, слышу его тяжелое дыхание, и вижу, как рубашка прилипла к его телу от пота. Кто знает, сколько времени он уже здесь, рубая это дерево?

Я не хочу его напугать, опасаясь, что он может замахнуться мечом на меня, как если бы на него напали, но и оставить его здесь я тоже не могу. Ему нужен отдых перед тем, как мы отправимся к часовой башне, а не трата всех своих силы. Ему нужно вернуться в пещеру, а шуметь здесь так, что весь мир нас услышит.

— Дион, — тихо зову я, делая несколько шагов к нему. Либо он меня не слышит, либо снова игнорирует, поэтому я повторяю, чуть громче. — Что ты делаешь?

Вместо ответа он бьет сильнее, его напряжение видно по его плечам и рукам, когда он вгоняет металл меча глубоко в дерево и снова вырывает его. Чем ближе я подхожу, тем лучше вижу, насколько пострадало оружие. Оно погнуто, покорежено, с зазубринами в нескольких местах, и я не могу не подумать, не практиковался ли он сперва о скалистую стену горы за нами, прежде чем прийти сюда.

— Дион, — говорю я, подходя настолько близко, чтобы дотронуться, и решаюсь положить руку ему на спину. — Пойдем, вернемся в пещеру.

Я делаю шаг в сторону, чтобы привлечь его внимание, и вижу, как по его щекам текут ровные потоки слез, а глаза не отрываются от дерева. Я вздыхаю, не зная, стоит ли продолжать его трогать, ведь он явно не собирается слушать, прежде чем он в последний раз вгоняет меч в дерево и оставляет его в стволе. Затем он разворачивается, опираясь спиной к дереву и поднимает голову к ветвям над собой.

— Боль не проходит, — говорит он, закрывая глаза и глубоко вздыхая. — Это несправедливо. Данн не заслуживал смерти.

— Нет, не заслуживал, — соглашаюсь я. Подхожу ближе, кладу обе руки ему на руки и пытаюсь заставить его посмотреть на меня, что он нехотя и делает.

— Я хотела бы хоть как-то забрать твою боль, — говорю я. — Мне больно видеть тебя таким.

— Ты могла бы меня убить. Избавить от мучений.

Я медленно качаю головой.

— Я не могу сделать этого, Дион. Ты слишком много для меня значишь.

Он усмехается и отворачивается, проводя языком по верхним зубам.

— Не говори это слишком громко. Чес может услышать.

— Что? — я наклоняю голову набок. — Какая разница услышит или нет?

Он вырывает руки из моих и прячет их за спину, вне моей досягаемости.

— Не важно.

Я смотрю на него, все больше запутываясь, пока до меня не доходит. Дион говорил о том, что хочет провести со мной ночь еще у домика Чеса на дереве. Он что, пытается сказать, что ревнует?

Я решаю пойти у него на поводу, надеясь, что это отвлечет его от боли. Возможно, это не лучший способ справляться с ней, но кто я, чтобы судить? Я просто хочу помочь ему любым способом, хоть немного снять боль.

— Очевидно, что важно, — говорю я, скрестив руки на груди. — Иначе ты бы это не говорил.

Он шевелит губами, потом опускает взгляд, встречаясь с моим.

— Ладно. Не буду ходить вокруг да около. Очевидно, что ты выбрала Чеса, и это нормально. Но не провоцируй его на меня, говоря, как сильно ты обо мне заботишься.

— Я действительно забочусь о тебе, — говорю я. — И никого не выбирала.

С усмешкой Дион отходит от меня, углубляясь в лес и качая головой, а я иду за ним по пятам. Мне не нравится эта дистанция между нами, и если он уйдет слишком далеко, он может заблудиться.

— Тебе не нужно врать, чтобы защитить мои чувства, Алиса, — говорит он через плечо, останавливаясь спиной ко мне. — Все и так очевидно.

— Я не вру. Чес для меня тоже важен, но это не значит, что я должна выбирать между вами, — говорю, подходя к нему и становясь перед ним. — Я могу быть с вами двоими, если захочу.

Он долго молчит, его челюсть напрягается, пока он изучает меня. Наконец он отвечает.

— Это то, чего ты хочешь?

— Да, — быстро говорю я, прежде чем он успеет задать еще вопрос. Когда-то я могла подумать, что быть с кем-то из них — пустая трата времени, отвлечение от моей миссии спасти Страну чудес, но теперь, когда неизвестно, сколько у нас всех осталось времени, я решаю, к черту.

К черту правила и ответственность.

Я собираюсь иметь тех мужчин, которых хочу, пока у меня есть шанс, прежде чем станет слишком поздно. Если ничего другого не дано, они хотя бы узнают, что я к ним чувствую, прежде чем монстры заберут меня.

Он делает шаг вперед, холодное выражение на его лице не меняется, и мое сердце начинает биться быстрее.

— Ты в этом уверена?

Я вспоминаю, как он поцеловал меня в первый раз, с таким жаром и страстью, и мои губы ноют от воспоминания. Я хочу снова почувствовать его, снова попробовать на вкус, и мне совершенно все равно, что он весь потный. Пусть он возьмет меня жестко и быстро, чтобы мы оба были мокрые от пота после, лишь бы он убрал эту дистанцию между нами прямо сейчас.

— Уверена, — говорю я, делая крошечный шаг вперед, дразня его, чтобы он сделал то же самое.

Я знаю по тому, как он хотел уничтожить дерево, что сейчас он не сможет быть мягким или нежным. Ему нужно жестко и быстро выплеснуть эмоции, и я готова принять его так, как он хочет. Возможно, это будет полезно нам обоим, выебать всю боль, трахаться, пока мы не опустошим друг друга и не выжмем из себя все противоречивые эмоции. Потеряться друг в друге и забыть абсолютно все хотя бы на несколько минут.