Чтение онлайн

И правда, стол просто ломился от яств: стручковые бобы, горошек, брюква, тыква, сладкий картофель и помидоры. Подали также копченую ветчину, щедро приправленную гикори, а также несколько жирных курочек, поскольку было решено превратить ужин в настоящее пиршество.

"Как будто блудный сын вернулся домой, - подумала Келли.
– Интересно, кто из них блудный - Джесс или Дэниел?"

За столом не смолкал непринужденный разговор. Мужчины, похоже, не обращали внимания на цвета своих мундиров.

Только Криста чувствовала себя из-за этого не очень уютно. И все же за столом даже зазвучал смех.

Тем временем Джесс с Дэниелом обменялись многозначительными взглядами.

– Говорят, Джефф Дэвис некоторое время назад приостановил действие закона о неприкосновенности личности. Мы все здесь можем попасть в беду.

Взрослые разом замолчали.

– Что это значит?
– спросила Патрисия Миллер.

Камерон-старший задумчиво ответил:

– Конституция гарантирует мужчинам и женщинам равные права. И ваша, и наша, - добавил он.
– Ты имеешь право на неприкосновенность, то есть никто не может арестовать тебя без веских на то причин. Однако в случае войны...

– Линкольн уже давно приостановил действие этого закона на Севере, перебил брата Дэниел.

– Но это значит...

– Это значит, что нам не поздоровится, если нас застукают вместе, пояснил Камерон-младший.
– Это значит, что Джесс и Джереми могут оказаться в Андерсонвилле, а меня могут арестовать за общение с врагом.

– Значит, все мы можем попасть в беду из-за того, что вместе ужинаем?
– недоверчиво спросила Патрисия. Никто ей не ответил.
– Юг прав, и Север прав, а вот война - не права!
– воскликнула девочка.

Присутствующие сразу почувствовали себя неловко.

Над столом пролетела горошина и угодила прямо в лицо Джереми: тот от неожиданности даже вздрогнул.

Все с удивлением посмотрели на другой конец стола. Радостно улыбаясь, Джон Дэниел отправил тем же путем еще одну.

– Боже мой!
– воскликнул Джесс.
– Скорее бы закончилась война! Мой ребенок совершенно не умеет вести себя за столом!

Келли не могла удержаться от смеха, увидев, как третья горошина попала в левую щеку Джесса.

– Джон Дэниел!
– в отчаянии воскликнула Кирнан, бросаясь к сыну.

Джард, завороженно следивший за манипуляциями кузена, попытался проделать то же самое. Правда, удержать горошину в ложке он не сумел и потому просто опрокинул всю тарелку и окинул горделивым взглядом домочадцев.

– Джард!
– простонала Келли и тоже вскочила на ноги.

– Не расстраивайтесь, - успокоила бедных мам Криста - Эти двое по крайней мере понимают, что стрелять надо в янки!

– Криста!
– осадил ее Дэниел.

– Ладно, братец, Я сейчас уйду и заберу с собой детей.

Патрисия, пойдешь со мной? Прошу вас меня извинить.
– Она произнесла все это очень вежливо, но глаза ее метали молнии.

Патрисия, спокойная и не по годам рассудительная девочка, тоже поднялась из-за стола.

– Я послежу за юными Камеронами, - сказала она.
– Приятного аппетита.

За столом воцарилось тягостное молчание.

– Не надо было мне оставаться на ужин, - проговорил наконец Джереми.

– Черт возьми, но ведь это наш дом!
– воскликнул Дэниел.
– Я требую на сегодняшний вечер перемирия между Севером и Югом. Давайте спокойно поужинаем, а? Вечно у нас не хватает времени. Сейчас, когда мы все вместе, давайте, ради Бога, радоваться тому, что есть.

– Правильно, - кивнул Джесс.
– Сядь Кирнан и передай мне горошек, пожалуйста.

– Если не затруднит, то обычным путем, - хмыкнул Дэниел.

Кирнан уселась на место и, рассмеявшись, извинилась перед Джереми за поведение сына.

Вновь непринужденно потекла беседа, и вдруг Джесс спросил Дэниела:

– Когда уходишь?

– Завтра, - коротко ответил тот.
– Неизвестно, что у Гранта на уме. Приходится следить за ним, - пожав плечами, объяснил он.
– А ты когда?

– - Тоже завтра. И я не знаю, что у Гранта на уме, но в том, что ранеными он меня обеспечит в избытке, не сомневаюсь.
– Он помедлил, глядя на Дэниела.
– А как же насчет бракосочетания Кристы? Осталось всего несколько дней.

Лейм Макглоски может приехать с минуты на минуту.

Брат тяжело вздохнул и покачал головой.

– Не могу ничего поделать, - сказал он.
– Здесь будет Кирнан. И Келли...
– Он замялся, вспомнив, что позволил Жене уехать завтра утром, если она того пожелает.

Он вдруг понял, что решительно не хочет этого.

Но главное, чтобы не смогла забыть его, когда он уйдет.

– А ты что скажешь, Джереми?
– вдруг спросил Дэниел.

– У меня отпуск, сэр, но едва ли ваша сестра пожелает, чтобы я присутствовал на ее бракосочетании.

– Нет, нет, я не о том, - смешался Дэниел.
– А рад, что ты в отпуске. Ты можешь у нас переночевать.
– Он вдруг поднялся с места, обошел вокруг стола и приблизился к жене.
– Сестра позаботится о том, чтобы тебе приготовили комнату. А теперь прошу вас нас с Келли извинить...

Он быстро помог жене подняться. Она вмиг покраснела и хотела было воспротивиться неожиданному приказанию, но интуитивно почувствовала, что ей так или иначе придется подчиниться. Ибо стоит сейчас начать препирательства, как брат снова будет выяснять отношения с ее мужем.

Она все-таки высказалась по поводу его поведения, но только после того как они вышли в коридор.

– Что ты себе позволяешь, Дэниел? В самый разгар ужина, когда все еще сидят за столом...

– Я поел, спасибо;

– Но мы были не одни.

– Зато будем одни.

– Дэниел...

Он помедлил, потом подхватил ее на руки и направился к лестнице.

– Что ты делаешь?
– сердито завопила она.

– А ты как думаешь?
– вопросом на вопрос ответил он, впившись в нее потемневшим взглядом.

Келли прекрасно знала, что он делает. Всякий раз, когда обстоятельства снова заставляли их надолго разлучаться, его взгляд и прикосновения становились горячее огня. Ее вмиг захлестнула теплая волна, и теперь она лихорадочно старалась понять, чего он хочет. Не прошло и часа с тех пор, как он дал понять, что она при желании может его оставить. А теперь...