Железная Воля
Шрифт:
Слишком много документов, слишком мало времени. Он уже привычно ставил печати на свитки, передвигая их в одну или другую сторону стола. Некоторые были прошениями — отказывал или одобрял, не углубляясь в суть, если решение было очевидным. Другие касались государственных дел — налоги, договора, вопросы территорий. На многие он ставил подпись, иногда добавляя короткие замечания. Его перо двигалось с холодной, почти механической точностью.
«Снова одно и то же… Каждый год одно и то же, но… теперь еще хуже.»
Его мысли возвращались к причине вечного раздражения. Ангелы. Они решили посетить его бал, и он знал точно, что это было не просто визитом из вежливости. Нет, это была проверка, посланная Небесами, чтобы шнырять и совать свои пернатые носы туда, куда не следовало.
«Снова они будут наблюдать, искать, надеясь найти что-то, чтобы обвинить меня», — Миран сжал кулаки под столом, ощущая, как злость растекается по его телу. Он не доверял Небесам. Их действия всегда были скрытыми, обманчивыми, и чтобы они ни говорили о «справедливости», он знал, что для них главное — контроль. Контроль над ним и над всем, что происходило в мире.
Он взял в руки очередной свиток и развернул его. Это был договор о поставках из северного королевства Эйрисгард. Небольшая улыбка промелькнула на его лице. Этот вопрос был простой формальностью, и он быстро подписал его, чувствуя, как перо легко скользит по бумаге.
Северное королевство поражало Владыку своей суровой красотой. Находясь на самом краю континента, оно имело доступ к Тарнэйру — бескрайнему океану, что окружал их единственный и огромный континент в этом мире. Эйрисгардцы рассекали его просторы на своих величественных кораблях, закидывая сети в холодные воды и вылавливая огромных рыбин, которые водились далеко от берега.
Миран помнил, как в детстве был там вместе с родителями. Тогда его отца пригласили во дворец, а матушка все улыбалась, перебирая свои золотистые кудри и укладывая их под шапкой. Затем аккуратно укутывала сына в несколько шарфов. Внутри что-то приятно растеклось, потеплело, словно он выпил кружку горячего молока. Северы с их морозным, отчужденным климатом манили его. Причудливые избы, раскиданные по заснеженным просторам, были наполнены запахом сушеной рыбы и водорослей, а в воздухе витала древняя, первобытная сила, которая казалась неотъемлемой частью этого края.
Но стоило ему отложить этот свиток, как злость снова начала нарастать. Он открыл очередное прошение — жалоба на земельный спор. Сухо отрезав своим резким почерком короткое «отказано», он швырнул свиток на край стола.
Внезапно раздался стук в дверь. Миран, погруженный в бесконечную бумажную работу, лениво поднял взгляд и, кинув невнятное «Мг», ожидал, кто войдет. Его лицо уже готовилось исказиться от гнева, когда в кабинет вошла одна из ангелов, прибывших на бал. Натягивая на лицо доброжелательную улыбку, Владыка молился, чтобы не выглядеть так, словно проглотил лимон.
— Владыка, все гости ждут тебя, — произнесла светловолосая девица, окидывая его унизительным взглядом и накручивая локон на палец.
— Прошу прощения, я погряз в работе, — сдержанно ответил Миран, тяжело вздыхая. — Перед предстоящим годом меня буквально закидывают свитками. — Он встал со стула и добавил: — Я скоро присоединюсь к гостям. Можешь идти.
Потирая виски, он отвел взгляд на окно, где ветер гонял огненно-красные листья. Кружась в своем танце, они ненадолго завораживали его и отвлекали от надвигающегося напряжения. Его взгляд расфокусировался, мысли ускользнули в эту осеннюю картину. Но ангел не ушла. Раздраженно вздохнув, она громко хлопнула в ладоши, и Миран, вздрогнув, резко вернулся в реальность. Ангел, цокая каблуками и виляя бедрами, подошла ближе, села на подоконник возле него, не отводя насмешливого взгляда.
— Владыка, тебе скоро исполнится тридцать, а ты до сих пор не выбрал себе избранницу, — сказала она, слегка потянув его за воротник. Ее прикосновение вызвало у него новый приступ раздражения.
— А… понятно. — промолвил он одними губами.
— Что? — ангел нахмурилась, отбросив волосы назад. Ее тяжелые серьги слегка звякнули, когда она сделала это движение.
— Ничего, — ответил король с ледяной невозмутимостью, его глаза оставались холодными, словно два кусочка льда, созерцая ее. Стало очевидно, зачем ангелы решили явиться.
— Триединые ждут твоего наследника, — продолжала небесная дева, приближаясь к нему так близко, что ее дыхание почти касалось его губ. — Я надеюсь, что мы с тобой поладим.
— Мы не поладим. — Миран одним резким движением отстранил ее от себя. Быстрыми шагами он направился к выходу, практически выбегая из кабинета.
Еще мгновение — и его пальцы бы сжались вокруг тонкой шеи этой надменной девицы. Ее приторный аромат духов все еще витал в воздухе, вызывая у него приступы тошноты. Миран отправился в купальни, чтобы умыться, пытаясь очиститься от этого липкого ощущения. Ледяная вода быстро смыла остатки раздражения с его лица, но мысли не отпускали.
«Небеса вспомнили об их старом обряде именно сегодня», — с горечью подумал он. Им нужен наследник с ангельской кровью, но он никогда не позволит этому случиться.
Вглядываясь в зеркало, Миран поправил свой белоснежный костюм. Ткань идеально ложилась на его плечи, подчеркивая величественную ровную осанку, а золотые нити, прошитые по краям, напоминали о празднике Благословенного сбора. В его ушах поблескивали золотые серьги-кольца.
Он еще раз осмотрел себя, выдохнув, как бы освобождаясь от накопленного раздражения после неприятного разговора с ангелом. Король слегка наклонил голову, словно проверяя, все ли идеально, а затем направился в бальный зал, где уже собрались гости.
Бальный зал был огромен, потолок ускользал в бескрайние высоты, увенчанный гирляндами из осенних листьев и светильников. Огромные окна пропускали мягкий свет закатного Игниса, который отражался на золотых украшениях и придавал всему залу особое сияние. Гости уже собрались, оживленно переговариваясь, под звуки музыки, которая плавно заполняла пространство.
Король вошел в зал уверенным шагом. Его присутствие сразу привлекло внимание гостей. Он двигался легко, немного сдержанно, излучая невидимую силу, которая всегда была в нем. В руке он держал бокал вина, прихваченный со стола, уставленного яствами, а на лице играла натянутая, но приветливая улыбка. Подойдя к центру зала, он поднял бокал.
— Друзья мои, — начал он, его голос был полон уверенности, словно никакая мелочь не могла его сбить с мысли. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы отпраздновать Благословенный сбор, время, когда мы благодарим за изобилие и готовимся к новому году, полному вызовов и возможностей. Пусть этот праздник станет символом нового начала для всех нас.
Он сделал паузу, окинув взглядом гостей, и на мгновение позволил себе украдкой искать взглядом ее — Иветту. Она должна была быть здесь, среди гостей, но пока он не видел ее. Его сердце забилось быстрее, но он тут же вернул себе хладнокровие.