Чтение онлайн

Унтар ожидал от мастера Бурсота короткого кивка и односложного:

— Да, господин барон.

Обычно в репликах старого управляющего Унти чувствовал покровительственную интонацию: «Хорошо, малыш, ты отлично выучил урок». Но это не раздражало, а радовало. В глубине души юный барон никогда не был полностью уверен, что делает то, что надо. Но на этот раз мастер Бурсот покачал головой:

— Нет, господин барон. С Белинкой поедет старая Ланна. Она не хуже меня знакома со столицей. Да и при дворе ей приходилось бывать. Я остаюсь.

— Что? — не сразу понял Унтар.

— Я слышал, о чем вы говорили с магом. Нужны люди для обряда? Мы уже решили: если… ну, если нужно будет делать то, о чем говорил некромант, то делать это буду я, хромой Юрек и Артан-шорник. Мы слишком стары, чтобы драться, но нас хватит на то, чтобы умереть с пользой.

Барон не нашел, что сказать в ответ, только обнял старого слугу.

— Мне давно пора за Кром, — Бурсот аккуратно высвободился из объятий молодого барона. — Только не мог я уйти раньше вашего отца.

И вот теперь в промозглой пустоте надвратной башни — пятеро стариков: магмейстер эт-Лидрерри, герцог Эльрик Мор, управляющий Бурсот, конюх Юрек и шорник Артан. Впрочем, уже не важно, кем они были при жизни. Смерть, чье присутствие чувствуется буквально физически, уравняла всех.

— Когда враг подойдет к Вельбиру, вы должны вскрыть себе вены вот этим ножом, — снова повторил эт-Лидрерри троим, остающимся в замке. — Это не очень больно, не беспокойтесь. Кровь должна стечь в чашу.

— А потом? — спросил старый Бурсот, предпочитающий заранее знать, что от него требуется.

— «Потом» не будет, — ухмыльнулся некромант. — Врата в кромешный мир уже открыты. Осталась лишь тончайшая завеса, и ваша кровь растворит ее. Обряд будет завершен, задуманное исполнится, и Двальди найдет свою смерть под стенами замка.

Некромант замолчал, словно прислушиваясь к чему-то. Он знал: едва капли крови коснутся дна чаши, невидимая сила, ворвавшаяся в этот мир, скрутит тела тех, кто решил пожертвовать собой, как хозяйки выкручивают белье, выжмет досуха… Но рассказывать о том, что будет, Эт-Лидрерри не стал. Ни к чему смущать стариков ужасными описаниями.

— Да, хорошо, я понял, — кивнул управляющий.

Его слова показались будничными, словно он только что выслушал распоряжения хозяина по поводу сервировки завтрака. Мертвенная тишина вдруг лопнула. Кромешная жуть, наполнявшая башню, отступила, сжалась в комок над чашей.

— Я очень надеюсь на то, что ваша смерть подождет другого случая, — проговорил герцог Мор, молчавший, пока некромант наставлял вельбирцев. — Но все равно… Зачем стоящим у порога Крома высокие слова? Просто… Спасибо вам, господа! Я бы так не смог…

Герцог поочередно пожал руки Бурсоту и его товарищам. Так прощаются с равными.

Помолчав еще секунду, Эрик вдруг ухмыльнулся:

— А все-таки хорошую шутку вы придумали, господин магмейстер! Завтра утром мы выступаем, и сердце у меня будет спокойно.

К Генрике в эту ночь вновь пришел «истинный» сон.

Вот она, раскинув руки, спит на широкой кровати. Ей жарко. Одеяло отброшено, сбилось в ногах. Девушку дурманит запах из открытого окна. Она что-то шепчет во сне. С кем же она говорит? Что же ей снится?

Бесконечность подземных чертогов. Сталактиты — целый лес сталактитов. Витые колонны, прихотливые фестоны, замысловатые кружева. Ни одной прямой линии, ни одного отчетливого угла.

Девушка медленно идет, не думая о том, откуда и куда ее путь. Каждый шаг — новые чудеса. Падает сверху, подобно дождю, рассеянный свет и рассыпается радужными брызгами. Камень переливается и искрится, каждая пядь его кажется достойной украшать королевские короны.

Что-то мерцает вдалеке. Еще несколько шагов…

Вдруг прямо перед ней возникает хрустальная завеса. Но сразу же невидимые руки раздвигают трепещущие нити, и девушка шагает в мерцающий проход. Убранство нового зала еще роскошнее. Пол — полированный камень, в нем отражаются, дробясь, сотни огней. Стены — огромные зеркала вперемежку с затейливыми мозаиками из яшмы и малахита. Посреди чертога — крохотное озерцо в обрамлении из живых цветов. У края воды — изукрашенная хитроумной резьбой скамейка.

Дальше хода нет.

Путь окончен.

Девушка, не раздумывая, садится на теплый камень и наклоняется к воде. Но вдруг шуршит ткань. Почувствовав чье-то присутствие, девушка резко поворачивается. На другом конце скамьи сидит молодая женщина удивительной красоты. Сидит и молчит, лишь улыбается задумчиво.

— Госпожа, откуда вы? — спрашивает спящая и понимает, что сказала глупость.

Женщина смеется:

— Это мой дом. А я снюсь тебе, Генрика.

— Хороший сон. Здесь красиво.

— Да нет, сон как раз плохой, — женщина неожиданно становится серьезной. — Я хотела тебя предупредить, Генрика эт-Лидрерри, дочь некроманта — торопись! Как только мимо твоего дома промчится изумрудный кентавр, запрягай лошадей и спеши к Бенскому ущелью. Твоему отцу грозит беда. Скоро грянет битва, и тебе нужно спешить к Старой Заставе, чтобы помочь отцу.

— Какой кентавр на Альве? — пытается возражать девушка, но снова понимает, насколько глупо звучат ее слова, как будто она забыла что-то очень важное.

— Ты все знаешь сама, только боишься, — улыбается подземная хозяйка. — Торопись.

В этот миг Генрика слышит топот детских ног, и в зал выбегает босоногий мальчишка лет десяти в длинной красной рубашке:

— Бабушка!

Женщина нетерпеливо машет рукой:

— Торопись, Генрика!

Девушка проснулась.

За окном еще и не начинало светать. Где-то заливался соловей — птичьи трели так безнадежно сладки…

«Верить? Не верить? Пророческие сны не врут. Нужно лишь уметь правильно их понять»…

Дочь некроманта поднялась с постели, зажгла свечу. Накинув на плечи платок, неслышно пробралась в отцовский кабинет.

Вот нужные записи: эт-Лидрерри специально оставил на столе то, что понадобится ученикам. Опыты с ракой… Да, душу умершего можно удержать в этом мире, предоставив ей убежище в колдовском сосуде. Отец не единожды это проделывал. Правда, это были души тех, кто уходил из этого мира сам.