Чтение онлайн

— Понимаю, — кивнул я, — но вы можете взять это устройство и отдать тем, кто в мехах разбирается. Быть может, они смогут ответить на наши вопросы или заметят что-то еще, что мои люди пропустили.

Бровь гостя взлетела вверх. Он явно хотел спросить: «А зачем нам это надо?», но я не стал ждать вопроса и сразу дал на него ответ.

— Дело в том, что часть этих мехов были окрашены в цвета СНП, если вы заметили.

— Вот как? — удивление собеседника было настоящим.

— Да, — кивнул я, — а еще несколько мехов в точности повторяли контуры мехов империи, но…у нас подобных моделей точно нет.

Гость мгновенно посерьезнел.

— Давайте не будем ходить вокруг да около. Вы подозреваете, что есть некая сила, которой невыгодно, чтобы мы с вами заключили союз?

— Наладили партнерство, — поправил я его.

Вот еще…«союз». Было бы с кем его заключать.

— Но кому это мешает? — пропустив мое замечание мимо ушей, спросил собеседник.

— А это уже лучше вам знать.

— Почему?

— Начав со мной сотрудничать, вы в первую очередь укрепите свои позиции.

— Вы тоже выиграете от…

— Я не говорю, что мне это невыгодно. Однако по сравнению с тем, что получит от сделки СНП, моя выгода кажется мизерной.

Теперь я уже очень толсто намекал, что те условия, на которых должна была заключаться сделка, меня не устраивают, и я хочу больше. Могу и хочу, тем более что я знаю, насколько сделка будет выгодна для СНП. Впрочем, даже если бы не знал, один тот факт, что кто-то третий ее хочет сорвать, уже говорит о многом.

— Я вас понял, — кивнул собеседник, — но могу я полюбопытствовать…

— Да?

— Как вы определили, что мехи этих…налетчиков не могут быть нашими или мы не можем их спонсировать?

— Очень просто. У вас нет подобных технологий.

— Каких?

— Например, использование меха при условии, что в кабине нет пилота.

— Ну почему же, — усмехнулся оппонент, — есть у нас подобные программы…

— Мех под полным контролем ИИ? — уточнил я.

— Что? Нет конечно! Оператор находится на удалении и…

— Так это далеко не новая технология, — усмехнулся я, — ее и наемники вовсю используют.

И это действительно была правда. Я даже с таким сталкивался — один из наемников дважды сходился со мной в бою, при этом оба раза в кабине меха его не было.

— Я говорю вам о полной автономности, без всяких операторов, — пояснил я свою мысль.

— Постойте, — нахмурился собеседник, — вы хотите, чтобы я поверил, будто некий корабль прибывал в вашу систему, десантировал мехов, которые вас атаковали, затем собирал их и убирался восвояси? И при этом ни на его борту, ни в мехах не было людей?

— Ну, получается, что так…

— Бред!

— Мы нашли базу налетчиков. Почти разбили их, но они, осознав, что проиграли битву, попросту подорвали все — и оставшиеся мехи, и комплекс и…одним словом все. Так вот, мы тщательно изучили все, что осталось. Ни одного трупа, ни одного намека на то, что трупы вообще были.

— Ну мало ли, можно предположить, что…

— Ничего нельзя предположить. Мы застали их врасплох, нас не ждали и не были готовы к отражению атаки. Корабли мы уничтожили, едва заявившись, далее дело оставалось за малым — уничтожить мехов и взять комплекс. Куда по-вашему могли деться люди?

— Я должен увидеть это место. К тому же наши специалисты, если бы могли изучить…

— Вы получите доступ к добытым нами материалам. Получите координаты базы налетчиков и вообще все, что пожелаете.

— Вы ничего взамен требовать не будете? — удивился собеседник.

— Нет, — покачал я головой, — и вы должны понимать, чем для нас все это чревато. У нас появился противник, у которого технологии намного превосходят наши.

— Но вы смогли этого противника победить, — хмыкнул собеседник.

— Я никого не победил. Мы всего лишь разбили небольшую группу, которая занималась диверсионной деятельностью, а вот бой с основными силами впереди. У вас, кстати, тоже. Те «псевдоимперские» мехи, что мы нашли, наверняка готовили для атаки на ваши миры. И вы бы, я в этом уверен, наверняка решили, что они принадлежат нам, со всеми отсюда вытекающими последствиями.

— Если подвести итоги, вы считаете, что есть некая сторона, которая не желает, чтобы мы с вами заключили союз, которой нужна наша вражда…

— Не обязательно, — поправил я, — может быть и нас, и вас просто хотят уничтожить. А как это произойдет — мы друг друга перебьем или же это сделает кто-то еще, неважно.

— Хорошо. Есть некая сторона, враждебная и вам, и нам, которая к тому же обладает продвинутыми технологиями и при этом не скрывается?

— Скрывается, — ответил я, — наверняка они не ждали, что мы сможем их отследить.

— Кстати, а как вы это сделали?

— В наших системах — с помощью зондов.

— А дальше?

— А дальше нам помогли ваши люди. К их чести скажу — против их же воли.

— Это как?

— По вот этим координатам, — я передвинул по столу лист с напечатанными там цифрами, — находится ваша станция. Ну, правильнее сказать находилась…

— Так…

— Мы были уверены, что налетчики спрятались на ней, и потому… — я пытался подобрать другое слово, но решил, что пытаться смягчить правду уже поздно. Нужно играть в открытую, а потому скажу как есть: — И поэтому мы ее атаковали.

Собеседник удивленно уставился на меня.

— Правильно ли я понимаю, вы сейчас признались в том, что вы атаковали нашу станцию?

— Послушайте, — вздохнул я, — в свете уже известного вам это можно назвать неприятным эпизодом, досадной оплошностью с нашей стороны, ну, или же, если вам угодно, мелкой приграничной стычкой.

— Вообще-то это неприкрытый акт агрессии…

— Хорошо, — я откинулся на спинку кресла, сложил руки на груди и усталым взглядом уперся в собеседника, — я признаю, что мы атаковали вашу станцию. Мне сейчас не до расшаркиваний и юлить банально лень. А потому да, мы атаковали вашу станцию, потому что считали, что ваши наемники нападают на нас, ну а вышеназванная станция — ничто иное, как место для ремонта, дозаправки и доукомплектовки техники противника. Вы довольны?