Чтение онлайн

С неприятным ощущением в стеснённой груди и уверенностью, что вмешиваться не стоит, я пошла спасать Лавентина.

— Где он?

— В лаборатории, — как-то виновато просипел привратный дух.

Вот ведь настырная девица, отвлекает Лавентина, когда он должен думать только о мамином спасении.

Дверь в лабораторию была открыта, и, ступив на лестницу в подвал, я имела сомнительное удовольствие слышать разговор.

— …было обговорено, приняты обязательства. Теперь ты должен на мне жениться, — заявила бывшая невеста. — Ты это понимаешь?

Лихая дамочка.

— Но я женат… — растерянно отозвался Лавентин.

— Брак не подтверждён! Браслеты вас сводили, это видели. Ты обязан продержаться и снять с неё браслет великого рода Бабонтийских, — с придыханием требовала невеста. — Ты ведь любишь меня. Ты не мог за пару дней меня разлюбить, тем более не из-за этой мужланки безродной.

С ней я бы размялась в спарринге с превеликим удовольствием.

— Не оскорбляй мою жену, — повысил голос Лавентин.

Чем добавил себе баллов. Особенно в сравнении с Павлом.

— Это во-первых. Потому что она теперь длорка Бабонтийская.

— Это я должна быть длоркой Бабонтийской. Ты обещал.

— Но ты мне изменила.

— Ты всё не так понял.

Классическая отговорка всех времён и народов.

— Я лишь пыталась вызвать твою ревность. Ты же такой отстранённый, тебе было будто всё равно, что я и как. Иногда ты меня даже не замечал!

— Один раз, — напряжённо отозвался Лавентин. — Это было один раз. И это не повод целоваться с другим.

— Я сделала это ради тебя.

В такие моменты я начинаю понимать шутки о женской логике.

— Только ради привлечения твоего внимания. Лавентин, ты сам в этом виноват. Это всё твоя вина.

— Моя? — изумился Лавентин.

Ну точно надо спасать.

Заглянула в лабораторию: он был притиснут к огромному столу жёстким подолом блондинки в голубом шёлковом плаще с чёрными кружевами. Лавентин выглядел изумлённо и как-то несчастно. У невесты был милый профиль, медовые кудряшки и глубокое декольте.

— Твоя вина, — возвестила она, часто вздымая высоко поднятую грудь. — Только ты виноват, ведь я не знала, как ещё привлечь твоё внимание.

— Э… — Лавентин пытался отступить, но стол мешал. Испуганный взгляд упирался в лицо девушки. — Я не понимаю. Я был твоим женихом. Разве измена — это не способ разрушить отношения? Почему ты говоришь так, будто она сближает?

— Хороший вопрос, — согласилась я.

Вздрогнув, оба посмотрели на меня. Складывая руки на груди, я прислонилась к дверному косяку. Девушка казалась смутно знакомой и…

Да я её знала.

— Сабля! — Я широко улыбнулась. — Добрый день.

Побледнев, она вздёрнула подбородок:

— Длорка Сабельда Эзольи.

— Длорка Саша Бабонтийская, — не удержалась я.

— Временно, — улыбнулась Сабля.

Исподлобья глядя на меня, Лавентин пробормотал:

— Прости, это…

— Можно тебя на минуту? — я отступила в коридор.

Ситуация была крайне, просто до дрожи неприятная. Через мгновение Лавентин уже стоял передо мной, преданно заглядывая в глаза. Прошептал:

— Я не знаю, что делать, как быть…

— Ты её любишь? — тоже шёпотом спросила я.

На его лице появилось растерянное выражение. Почти испуганно Лавентин прошептал:

— Я… не знаю. Во мне будто что-то сгорело, когда увидел её… их…

— Понимаю, — положила ладонь ему на предплечье. — Нужно время, чтобы это принять, разобраться в себе. Но и меня пойми, мне эта особа с её претензиями и заявлениями, что я всего лишь временное явление, мужланка и прочее, здесь не нужна. Я этот год хочу прожить спокойно.

— Ты… ты права. Я должен обеспечить тебе наилучшие условия проживания.

— Отлично. Рада, что мы поняли друг друга, — моя рука соскользнула до его ладони, наши пальцы соприкоснулись, практически переплелись. — На этот год двери твоего дома для неё закрыты.

Кивнув, Лавентин зашёл в лабораторию и с порога объявил:

— Сабельда, приходи через год.

Я поперхнулась смехом. Умеет Лавентин обращаться с девушками.

— Что? — ошеломлённо переспросила Сабля. — Ты выгоняешь меня из-за этого лохматого нечто?

Меня передёрнуло, в груди стало тесно. Послышался визг, чавкающий звук. Дребезг. Глухой далёкий вскрик. Я заглянула в лабораторию.

Сабли не было. Если только она не избавилась от необъятного подола и не спряталась за Лавентином. Прошла в сторону, чтобы увидеть, что перед ним. Никого не было.

Лавентин смотрел вверх. На потолке затягивалась дыра. На её выступе болтались светлые волосы. У меня перехватило дыхание, на миг показалось — убила. Потом сообразила — это накладные локоны.

Потолок чавкнул — светлые кудряшки шмякнулись на пол — и закатал отверстие заподлицо.

Лавентин опустил взгляд на кучку волос. Нервно кашлянул.

— Теперь понимаю, почему невест будущих глав рода чему-то дополнительно учат. Спонтанные желания опасны. — Дёрнувшись, он испуганно посмотрел на меня. — Ты ведь не хотела ей ничего плохого? Убить, например…

— Неет, — не слишком уверенно произнесла я. — Просто подумала, что её надо… выкинуть отсюда.

— Привратник, — позвали мы одновременно, переглянулись.

— Жива длорка, — хрипло отозвался привратный дух. — Правда, помялась немного и в клумбу угодила, но жить будет.

Мы с Лавентином выдохнули.

Его облегчение сменилось грустной задумчивостью, зрачки расширились, придавая взгляду растерянное выражение. Да, от привязанностей больно избавляться…

В этой ситуации слова вряд ли могли послужить утешением, я снова коснулась его руки:

— Всё образуется. И спасибо, что на этот год сделал меня полноправной хозяйкой.

Лавентин слабо улыбнулся:

— Иначе не мог… — Но его взгляд был грустным. — Как думаешь, она действительно могла сделать это, только чтобы возбудить мою ревность? Неужели подобное может подействовать на мужчину именно так, как сказала Сабельда?

— Все люди разные. На кого-то действуют. На меня — нет. И я считаю, что заниматься подобными вещами нечестно. Лучше поговорить, высказать свои претензии, а то недомолвками и полуправдами можно так и не объяснить, чего хочешь.