Чтение онлайн

Я сжала кулаки и совсем уж было приготовилась забаррикадироваться в своей будке, чтоб стоять насмерть, как вдруг услышала:

— Эй, там! Написано — открыто! Или как?

В окошке ларька со стороны улицы светилась знакомая мне рожа командира Бодура. Да и остальных солдат из его компашки я узнала. Особенно того, который назвал меня шлюхой тогда, на пляже…

Я встретила их сразу после того, как нашла Листочка. Как же хорошо, что ума хватило не отдавать им маленького русальчика!

Правда, теперь при виде меня эти мерзавцы принялись таких вежливых кавалеров.

Они пришли не за мной.

Они пришли за моей шаурмой.

— Здр-р-р-авия желаю! — разглядев меня, Бодур заулыбался, принялся крутить ус и чуть ли не каблуками щелкнул. — Я, конечно, слышал о новом модном заморском кушанье, которое заворачивается в диковинную тонкую лепешку, но не ожидал, что его делает такая симпатичная молодая леди! Все термополии уже закрыты, а мы с ребятами страсть, как хотим плотно заправиться — впереди сутки на карауле. Так вот, милая хозяюшка, нам семь больших шаурм обычных, и одну с зеленым перчиком лично для меня. Я, знаете ли, люблю поострее.

— Леди, сходите со мной на свидание?

— А со мной?

— Нет, я первый предложил!

— Господа, господа. Пусть леди сама выберет.

Я посмотрела остальных на солдат — они галантно шутили и строили из себя передо мной таких порядочных, как будто когда-то не обижали и не смеялись в голос над несчастной некрасивой девушкой с ребенком на руках.

Молча достала лаваш, смазала его соусом, и принялась раскладывать на нем свежепорубленную фаверольку-гриль, овощи и зелень.

Вместо капусты решила использовать замаринованную морковку по-корейски. Так вкуснее будет!

Солдаты наблюдали за моими манипуляциями, исходя голодной слюной.

— А работает-то как ловко да красиво, одно удовольствие смотреть, — заметил кто-то.

Когда благоухающая запеченным мясом, специями и овощами шаурма была готова и завернута мной в бумагу, я протянула ее темноволосому солдату с синими глазами, который стоял поодаль ото всех и не принимал участия в этих гусарских подкатах.

— Приятного вам аппетита! — улыбнулась.

Парень полез за деньгами, но я остановила.

— Не надо. Это угощение.

Ведь я не забыла те несколько монеток, что он мне когда-то протянул…

У его товарищей по службе буквально отвалились челюсти.

— Вот тебе раз! И за что Эрику такие почести?

— За человечность, — уже без улыбки ответила я и собралась захлопнуть свое окошко.

— Эй, эй, милая леди, а нам шаурму? — горячо возмутился усан. — Сейчас не поедим — будем весь караул голодными ходить!

Тогда я ткнула пальцем в объявление, которое повесила рядом с окошком:

«Продавец вправе отказать в обслуживании без объяснения причин».

С той стороны раздались возмущенные крики и даже мольбы голодных солдат — и поделом им.

Конечно, моя выходка была неразумной — надо продавать шаурму всем, вежливо при этом улыбаться, и не вызывать подозрений…

??????????????????????????Расскажут же всем теперь, какая в новом ларьке хозяйка — сука!

Но…

Я чисто принципиально не стану готовить свою шаурму этим мерзавцам!

Ночь выдалась хлопотной — около двух ночи мой ларек атаковали рабочие, которые косяком шли с устричной фермы, усталые и голодные после смены. Брали мою горячую и свежую, с пылу с жару шаурму, ели по дороге, а потом заваливались спать.

Зато солдаты больше не подходили — видимо, Бодур уже успел растрепать товарищам, что в шаурме ему в обслуживании отказали.

Плоховато — несмотря на работников фермы, мой ночной доход снизился, что было неприятно.

Может, нужно было обслужить противного усана?

Ну, уж нет!

Я придумаю что-нибудь, но завтра, когда посплю. Сейчас почти пять утра и я еле держусь на ногах, а мне еще фаверолей на завтра мариновать!

Сделав дело, я проверила Листочка, который безмятежно спал в своей кроватке — по-прежнему с человеческими ногами и прилегла на свою кушетку.

Но, несмотря на усталость, сон долго не шел.

Я думала о маленьком русалочьем царе и о той ответственности за него, которая лежала теперь на моих плечах.

А еще это дурацкое условие — я должна опозорить Грэма, чтобы нас развели в Храме Ньерда!

Интересно, чем таким я могла бы его опозорить, да еще и при трех свидетелях?

Ничего на ум не приходит, хотя…

Как будто почувствовав мое состояние, Буль тихонько прошлепал ко мне своими ластами и положил мордочку на край кушетки.

Я погладила его по мягкой бархатистой шерстке и не заметила, как заснула.

Сначала мне снился Грэм. Чудной сон — как будто мы с ним вместе что-то закапывали в саду, кажется, это были изумруды. Мы вместе зачем-то накрыли их стеклом и стали любоваться, как блестят камни, переливаясь магическим сиянием.

Я вглядывалась в него изо всех сил, так что от блеска стало больно глазам, и вскоре поняла, что никакие это не камушки. Это блестела при рассветных лучах чешуя Дэйгана, который купался в море.

Самое удивительное, что я тоже оказалась в воде.

Отдаленный шум волн напоминал ровное дыхание спящего гиганта. На горизонте медленно раскрывался первый лучик солнца, окрашивая небо в оранжевые и розовые оттенки.

Вода мерцала серебром, словно тысячи бриллиантов. Мир казался таким спокойным и чистым, словно все заботы и тревоги унесло море, оставив лишь тишину и гармонию.

Я медленно рассекала прохладную воду, а Дэйган скользил рядом, увивался вокруг меня, и мне было совсем не страшно рядом с таким грозным жутким существом.

Наоборот, я чувствовала безопасность и комфорт, чувствовала, что дракон меня оберегает…

Даже удивительно, что у такого гада, как Грэм, такой спокойный и благородный сиблинг.

Ободряющий сон, приятное утреннее купание в безмятежно-спокойном, теплом, лазурном море…

Мы с драконом подплыли к берегу, Дэйган скользил вокруг меня и брызгался водой, а потом уже знакомым мне движением опустил голову, чтобы я его погладила.