Чтение онлайн

– Различий много, но много и совпадений, - не согласился Эйден.
– И я знаю, у кого есть ответы на все вопросы. Астор наверняка знал, что морион спрятан в Гланселе, и приехал за ним намеренно. Он зачем-то нужен ему, и мы обязаны это выяснить.

– Некромаги - а Астора теперь можно отнести к ним с полной уверенностью - тщательно хранят свои тайны, - предупредил Ралф.
– В прежние времена они не раскрывали секретов даже под пытками.

– И все же, я обязан попытаться, - уверенно заявил король.
– Немедленно пошли гонца за Кюрелем. Если его тайные знания помогут остановить войну и чуму, я их добуду!..

Глава 24

Астор Кюрель пребывал в прекрасном расположении духа. Его темные молитвы были услышаны - морион нашелся. И временное убежище Беала отыскали другие, некромага это не сильно заботило. Больше ему нет нужды притворяться и участвовать не в своей войне. Впереди ждет величайшая победа в его жизни.

– Как жаль, что духи не сообщили мне точное местоположение камня, - ворчал Астор себе под нос, ожидая короля Шилдании в небольшой гостиной.
– Эта встреча стоит того, чтобы немного потерпеть.

Эйден вошел без стука. Окинул придирчивым взором сидящего в кресле графа - тот выглядел так, словно являлся властелином мира. Раскованная поза, надменный взгляд, торжествующая улыбка на бледных губах - все это привело короля в ярость. Астор даже не потрудился подняться и поприветствовал короля лишь легким наклоном головы.

– Полагаю, Вы знаете, о чем будет вестись разговор?
– Эйден встал напротив собеседника и облокотился на каминную полку.

Его непринужденная поза не смогла обмануть Астора. Граф Кюрель видел, как напряжен король Шилдании и как стремится он поскорее узнать тайну мориона. Но её королю никто не собирался раскрывать.

– Мне стало известно, что Коум вернулся раньше положенного срока и сообщил Вам о какой-то находке, - почти равнодушно произнес граф.

Эйден усмехнулся краешком губ. Астор не собирался так просто раскрывать карты.

– И Вы, разумеется, не знаете, что это за находка?
– тем же тоном осведомился король.
– Ведь не ради нее Вы прибыли в Дэйзиленд и согласились занять в войске должность, неподобающую вашему статусу.

Как бы ни был надменен и эгоистичен Астор, он понял, что король не так глуп. И сделать его пешкой в своей игре не так легко. Но попробовать стоит.

– Не представляю, о чем идет речь, - он продолжил исполнять роль непонятливого вояки.
– Я прибыл в Бэтлтон в надежде помочь Хартии избавиться от опасного врага, наславшего страшную эпидемию. Только мои личные убеждения и страх за близких заставили меня ввязаться в войну.

Эйден взял из дровницы полено и бросил его в камин. Взметнувшееся пламя осветило искаженные усмешкой черты лица короля, отразилось искрами ярости в его глазах.

Сделав эффектную паузу, Эйден сложил на груди руки и почти лениво сообщил:

– В таком случае Вы будете рады узнать, что Коум обнаружил морион - древний артефакт некромагов. И я больше чем уверен, что этот камень имеет отношение к чуме, поразившей два королевства.

Астор изобразил на лице удивление:

– Как может камень вызвать чуму? Вы заблуждаетесь, Ваше Величество.

– И все же я намерен обезопасить Глансель и закрыть доступ к камню навсегда. С тем, чтобы ни одному тайному некромагу не пришло в голову использовать морион для своих темных практик.

Эйден замолчал и вгляделся в лицо собеседника. Астор определенно нервничал, хоть и изо всех сил старался сохранить видимость безразличия.

– Что могут маги животных сделать артефакту некромагов?
– с некоторой долей ехидства проговорил граф.
– Неживые предметы не подчиняются им.

Но Эйден уловил дрожь в его голосе. И выложил на стол свой главный козырь:

– Вы правы лишь отчасти. Да, маги Шилдании не извергают огонь, не управляют неживой материей и не могут своими способностями разрушить морион. Для всего этого у них есть иное средство.

Глаза Астора опасно блеснули. Он подался вперед и так стиснул подлокотники кресла, что у него побелели костяшки пальцев.

– Что Вы имеете в виду?

Астор предполагал, что король нарочно вводит его в заблуждение. И все же боялся - как никогда в жизни. Он стоял так близко к достижению заветной мечты, а этот юнец, этот соблазнитель чужих жен хочет лишить его права стать главным помощником Беала?..

Эйден узрел, что его выпад достиг цели и мысленно возрадовался. Вслух же сообщил следующее:

– Тигры не самые древние из магических существ трех королевств. Прежде в Спрусе жили единороги - носители света Богини на земле. Их ржание разгоняло тьму, а прикосновение рога могло наложить непреодолимую печать на источник тьмы.

– Единороги вымерли сотни лет назад, - злобно рассмеялся Астор.
– К чему вспоминать об их способностях.

Эйден загадочно улыбнулся в ответ и ответил:

– В королевской сокровищнице хранится рог последнего единорога, и я намереваюсь провести над морионом запирающий ритуал. А после завалить вход в пещеру так, чтобы больше никто и никогда не коснулся древнего камня. Вот тогда и посмотрим, была ли странная чума связана с вскрытым храмом некромагов, или же я ошибся. В любом случае, подобные меры предосторожности не будут лишними.

Астор пришел в ужас. Он словно почувствовал, как его горло обхватили ладони Богини и сжали, вытесняя из тела тьму. Скрывать свои намерения дальше не имело смысла. Если он позволит Эйдену совершить задуманное, то Беал заснет вновь. И вряд ли найдется такой сильный некромаг, что сможет преодолеть печать единорога.

Эйден понял, что добился желаемого. Он оказался прав: внешний вид Астора как нельзя красноречивее подтверждал его теорию. Морион содержал в себе нечто, что желали подчинить себе все некромаги. И граф Кюрель - не исключение.

– Я предлагаю сделку!
– громогласно объявил Астор и поднялся.
– У Вас есть то, что нужно мне. А у меня то, что нужно Вам. Женщина в обмен на камень - достойный обмен, не так ли?

Эйден на секунду потерял дар речи. Граф знал его уязвимое место и все же сумел обойти.

– Вы бредите, Кюрель, - с нажимом произнес король.
– Я не позволю Вам забрать морион. Какие бы чувства я не испытывал к Розалинде, на мне лежит ответственность за целую страну.

Внутри Астора клокотала тьма. Человек, испытывающий привязанность к жене, корчился в муках. Но некромаг торжествовал.