Чтение онлайн

В противоположном углу я заметила, как Констанция Руджери отсчитывала Франческу в окружении двух женщин.

Я осталась наедине с Фаустом Руджери, стараясь не думать о том, что его рука гладила меня по боку, то и дело касаясь ребер большим пальцем.

– Раз уж теперь ты видела и слышала всё, что только могла, я думаю, что стоит объявить дату свадьбы гостям.

Я надеялась, что он заговорит. Скажет хоть что-то, что меня успокоит, но вместо этого Фауст Руджери окончательно уничтожил мою веру в него.

Подумать только! И у этого человека были друзья!

– С чего ты взял, что я выйду за тебя после этого? – сдавленно прошептала я, молясь о том, чтобы мне хватило самообладания не разрыдаться на глазах у сотни гостей.

Фауст Руджери прижал меня так сильно к своему боку, что, казалось, он вот-вот поломает мне ребра.

– Потому что ты уже согласилась, милая. – без намека на ласку прошептал он, зарывшись носом в мои волосы. – Улыбайся, когда я скажу им, что мы снова все встретимся первого июня.

Я не смогла сдержаться. Одна крупная слеза покатилась по моей щеке.

До свадьбы оставался всего месяц.

Через неделю после помолвки мы всё-таки уломали Ренату взять свою работу с собой в огромный чемодан, набитый тряпками, чтобы махнуть вчетвером в Аспен.

Никто не говорил этого вслух, но каждый знал: это был последний наш отпуск вчетвером.

Следующий я проведу уже не с девчонками, клейменная фамилией Руджери.

Наверное, поэтому Рената сломалась и согласилась составить нам компанию.

Элеттру отпустили со скрипом: нашу милую воспитанницу Католического университета Святого Сердца отправили со мной лишь потому, что я, как благовоспитанная жена, буду следить за тем, как бы никто не поставил нашу репутацию под вопрос.

Ох, как же семья Ринальди ошибалась.

Наши приключения начались с джета, компания которого принадлежала семье Д’Анджело.

Уже следя за тем, как взлётно-посадочная полоса уменьшалась, становясь игрушечной, я обнаружила сообщение, что пришло на мой телефон.

Первое, за неделю после помолвки.

Фауст Руджери решил не утруждать себя тем, чтобы показаться вежливым и поздороваться, а выдал лишь лаконичное: «Так значит, сбегаешь от меня в Аспен?»

Я хотела быть благоразумной, но бигуди на челке сдавили мою голову и кровь отлила от мозга, поэтому всё, что я ему отправила в ответ – смайлики с бегущим человечком. Целых три штуки. Чтобы понял, насколько я спешила.

На самом же деле я не планировала сбегать.

Это было бесполезно: меня всё равно бы нашли и пристрелили, как бешенное животное.

А я не хотела умирать. Правда, и подобная жизнь меня не прельщала.

Весь перелёт мы проспали, изредка стаскивая повязки с глаз, чтобы пожевать запечённую в томатах говядину и заправиться минеральной водой.

Когда же мы прилетели, на улице было всего градусов двадцать тепла. От аэропорта Питкин Каунти нас забрал личный водитель Маддлены. Его нанял её жених. Он же выбрал нам апартаменты в Джером. Отреставрированный старейший отел Аспена встретил нас самым вежливым персоналом, запахом кожи и вина.

В огромной люксе на четырех персон под самой крышей нас ждали кровати, заправленные шелковыми простынями глубокого орехового цвета.

Рената запрыгнула на свою постель прямо в одежде. Её каштановые кудри разметались по сторонам, когда она убрала руки под голову.

– Прекрасный антураж. Я будто легла в самый просторный гроб в своей жизни!

– Ты это из-за цвета простыней? – усмехнулась Маддлен, заняв кровать ближе к выходу. Она водрузила на неё свой чемодан. Что ломился от вещей. – Они больше похожи на дерьмо.

Одна Элеттра едва не выпрыгивала из джинс от радости. Она напоминала мне ребенка, которого привезли в Диснейленд.

Она металась от панорамных окон к своей кровати и обратно, восхищенно щебеча:

– Вы видели улочки? А мы пойдём на подъемник? Они сказали, у них есть экскурсии по винному погребу!

Переодевшись, мы отправились в город.

Шоппинг, музей современного искусства, кофейни с лучшим кофе с сырной пенкой и миндальными лепестками.

Разговоры из отвлечённых очень скоро начали приобретать реалистичный характер.

С заходом солнца похолодало и нам пришлось приобрести пару шуб, которыми любезно торговали почти в каждом бутике.

В шубе я чувствовала себя так, будто меня нарядили в доспехи, и я пообещала себе, что в этом году обязательно приеду сюда снова, чтобы выгулять её по холмам, но уже со своим мужем. Может, шуба даст мне животной храбрости, и я сброшу его с подъемника.

Переодевшись в вечерние платья, мы направились в Плазу. Шикарный ресторан славился своей панорамой с горами.

Поедая телятину, я смотрела на луну возле горного пика, почти полную, серебряную, когда на мой телефон вновь поступило сообщение от Фауста Руджери: «Джером – прекрасный выбор».

Он, будто охотник, выслеживал мои следы среди тысяч других.

Интересно, на что он надеялся? Запугать меня?

К его неудаче, мне было противно, а не страшно.

Писал ли он все эти сообщения, сидя на работе в огромном офисе с окнами от пола до потолка, как здесь, или же искал меня в перерывах между посещениями постели Аурелии?

В любом случае весточка от него прозвучала, как приговор к гильотине – он наверняка наслаждался тем, что всегда был на шаг впереди.

Я совру, если скажу, что не искала информацию о ней, но, к сожалению, имея только имя, ничего дельного не нашлось.

Проигнорировав сообщение своего будущего мужа, я всё-таки решила рассказать об этом девочкам.

– Фауст писал мне сегодня. Дважды. – всего два предложения, но им удалось всецело завладеть вниманием девчонок. – Он следит за мной. Пусть и с опозданием.

Первой оттаяла от оцепенения Маддлен:

– Он думает, что ты сбежала?

Я кивнула, внимательно скользнув по гостям взглядом.

Где-то за столиком среди обычных посетителей мог притаиться частный детектив, которого нервный Руджери приставил за мной приглядывать.