Чтение онлайн

Или у меня разилась паранойя?

– Думаешь, он разорвёт помолвку? – забеспокоилась Элеттра. – Если он это сделает, то ни к чему хорошему это не приведёт.

Она была права. Полностью.

И здравая часть меня кричала внутри: «Напиши ему, объяснись!», но та другая половина была разочарована в мужчинах окончательно после известий об Аурелии на помолвке и хотела нагадить в душу своего будущего мужа всеми возможными способами.

Как там писала Джейн Остин?

«Я бы простила вам вашу гордость, если бы вы не задели мою.»

А по моей гордости он прошелся поездом.

И всё же, в этой неравной схватке должен был быть победитель.

– Рената? – подняла голову я, глядя на единственную девушку в компании, что предпочла надеть под платье серый спортивный костюм, из-за которого выглядела инородно среди гостей в кутюрных нарядах. – Не поможешь мне? В уборной.

Рената без лишних слов поднялась со своего места и последовала за мной до туалета.

Я хотела отомстить. Здравомыслие проиграло разуму.

Когда дверь за нами закрылась и я убедилась в том, что кроме нас в туалете никого не было, я шепотом затараторила, нехотя обнажая перед подругой свою уязвимость:

– Надень капюшон и обними меня со спины.

Рената подняла брови, но, не проронив ни слова, сделала всё так, как я ей сказала. Я сделала три десятка снимков в зеркале, чтобы найти тот самый. Идеальный.

Обрезала торчавшие кудри Ренаты, немного подвигала перспективу и вот на снимке поперёк груди меня уже обнимал таинственный спортсмен-незнакомец.

Рената посмотрела на фотографию и присвистнула.

– Это настолько тупо, что может сработать. – усмехнулась она, когда мы выходили из уборной.

Я отправила снимок Фаусту Руджери с подписью из кучи не сочетавшихся между собой смайликов и коротким сообщением: «Винный погреб в Джероме действительно супер! Особенно, милашка-экскурсовод».

Моя внутренняя змея ликовала, но это продлилось совсем недолго. Влетев в спину остолбеневшей Ренаты, я выглянула из-за её плеча и обомлела.

Оказалось, не только Фауст Руджери выслеживал меня по данным банковской карты.

Таддео Монтолоне стоял возле столика, где сидела Элеттра и Маддлен, весело о чём-то щебеча с ними.

– Кажется, у нас проблемы. – на выдохе прошептала я, следя за плавными движениями рук Таддео.

Он был врагом Фауста и его появление здесь не могло привести ни к чему хорошему, раз Руджери отслеживал каждый мой шаг.

Будто просвистевшая в опасной близости пуля, в руках завибрировал телефон.

Одно короткое сообщение от моего будущего мужа: «Я заставлю тебя смотреть, как он выроет себе могилу».

Сердце ухнуло куда-то в пятки, одновременно колотясь поперёк горла. Ладони задрожали, и телефон едва не выпрыгивали из них.

– Хуже и быть не может. – прокомментировала я, показывая экран с сообщением Ренате. Та усмехнулась, а после её брови поползли наверх, а рот открылся, будто у выброшенной на сушу рыбы.

– Ты уверена?

Я обернулась, следя за её взглядом, когда увидела вошедших в ресторан уже знакомых мне мужчин. Среди них был Фауст Руджери.

Мир вокруг будто потерял краски. Гости будто поблекли и исчезли. Остался только Фауст. И он был в бешенстве.

Если судьба и существовала, то у неё было отвратительное чувство юмора.

Сердце колотилось где-то в горле, руки дрожали, а губы судорожно хватали воздух, пока я смотрела за тем, как Фауст Руджери размашистыми шагами направлялся к столику, где сидела Элеттра и Маддлен. Туда, где стоял ничего не подозревавший Таддео Монтолоне.

– Что делать? – прошептала я, заметив косые взгляды от двух молоденьких актрис, что не раз светились на кабельном.

Мне было плевать, если ни слышали наш разговор.

Страх парализовывал. Он проникал в каждую клеточку тела, отравляя разум.

– Может, стоит подойти? – лепетала я.

Рената покачала головой, исполненная решимости.

– Ещё не время. – прошипела она, толкая меня плечом. – Соберись. Когда я скажу, что нам пора – ты будешь естественно и торжествующе улыбаться, поняла меня?

Ответа Ренате не требовалось. Она, будто пантера, выжидала лучший момент.

Таддео отшатнулся. Стоило Фаусту Руджери приблизиться к столу. Пальто на моем будущем муже было расстегнуто, под ним виднелась белая рубашка и жилетка.

Где бы он ни был, пиджак он точно позабыл надеть в спешке.

За Фаустом Руджери тенью следовали его друзья. Акиле Скалетта сел на свободный стул, заняв первый ряд для просмотра, Кармин Кавальере и Этторе Д’Анджело встали по обе стороны от Руджери.

Выглядело это странно. Они то ли готовились оттаскивать его от Таддео, то ли хотели помочь добить.

– Пойдём, дорогая. – Рената обняла меня за плечи, толкая вперёд.

Я нехотя повиновалась.

Первым нас заметил, как ни странно, Таддео Монтолоне. За ним обернулся Кармин Кавальере и Этторе Д’Анджело.

Мой будущий муж не сводил взгляда с Таддео, пока Этторе не усмехнулся:

– Твоя невеста оказалась умнее, чем ты думал.

Фауст развернулся. Рената перехватила меня так, как сделала это для фотографии в туалете, а я выдавила из себя улыбку.

Фауст Руджери замер, но всего на мгновение. Я была готова поклясться, что слышала скрежет шестеренок в его голове даже с расстояния в пять метров, что нас разделяло.

Сердце бешено колотилось в груди, но я самодовольно повела плечами и вздернула нос.

– Здравствуй, любовь моя. – я первая нарушила молчание.

Внезапно, мой будущий муж позабыл о Таддео и угрожающе шагнул ко мне. Кармин и Этторе вцепились с его руки, не давая приблизиться.

Он хотел меня ударить?

– Я просто поговорю со своей женой. – прошипел Руджери, выпутываясь из хватки друзей.

– Невестой. – поправила его Рената, светясь от гордости.

Фауст Руджери подошел ко мне почти вплотную и, хищно улыбаясь, предложил взять его под локоть. Я смотрела на его руку, представляя, как он без труда свернет мне шею.