Чтение онлайн

– Вы абсолютно правы, госпожа! Я оставлял только то, что итак было белым: варёную курицу, яйца, сыры, косточки индюшки.

– А вино, Ваша милость?

– А разве можно было оставить вино?

– Даже белое нельзя?

– Где же видано, чтобы белое вино подавалось на таком застолье? Оно было только красным, таким ярким, что пролей кто хоть каплю, и день был бы испорчен. За вино я взялся в первую очередь, и будьте уверены, я очень внимательно изучил этот вопрос.

– Я благодарю вас за труд, проделанный в тот день. Уверена, благодаря вашим стараниям гости были спокойны, а свадьба прошла отлично.

Мгновение они стояли, погрузившись в тишину, но она не продержалась долго. Схватившись за бока и согнувшись, Бернард громко засмеялся, не обращая внимания на шарахнувшихся от него дворян, напуганных громким звуком и тут же возмущённо зароптавших. Ни одно слово, брошенное в его сторону, не достигло ушей Ястредского, но вот глаза наполнились слезами, которые тот поспешно старался утереть.

– Чес слово, ваша светлость, лучше разговора, чем у нас с вами только что, у меня не было ни с одной леди. Эти напыщенные дамы, не сочтите за грубость моё мнение, не понимают шуток, а тем более как на них отвечать, – объяснил он, успокоившись и переводя дыхание. Лицо раскраснелось, от чего пудра стала особенно заметна, а веснушки просвечивали сквозь неё. – За такой разговор предлагаю свои услуги, госпожа. Если вам когда понадобится помощь, смело обращайтесь к виконту Ястредскому, который всегда верен своему слову!

– Тогда и вы обращайтесь, если я смогу вам помочь, господин. Боюсь, мои силы не так велики, как ваши, но ради вас я готова постараться и добиться большего, – это даже не была лесть. Сейчас, вспоминая этого персонажа, Алисия могла представить только вид графа Ястредского, одного из сторонников Самуила. Она не думала, что в этом милом парне есть хоть капля того коварства, которым отличался его отец, ставший злодеем одной из арок ещё до последней главы. На самом деле, этот милый юноша уже слишком понравился ей, и она решила потворствовать своему желанию во что бы то ни стало переманить его на свою сторону, если то вдруг понадобится.

Всё это время виконт Рассел Шаплен стоял рядом с ними. Во время разговора он то бледнел, то краснел, под конец покрылся испариной, а стоило им обменяться такими искренними предложениями помощи, как мужчине пришлось вынуть платок и обтереть лоб и щёки от холодного пота, что стекал по нему уже не просто ручьями – водопадами. Наконец, словив секунду тишины, он поспешил украсть её, будто боялся, что они скажут что-то еще более скандальное – а, надо отметить, речи такие между неженатым мужчиной и недавно вышедшей замуж девушкой были прямым путём к скандалу. Подслушай их кто сейчас, укажи на подтексты, которых на самом деле не было, и честь обоих была бы запятнана, а репутация испорчена.

– Рад, что вы сразу нашли общий язык! – такой фразой вклинился в их разговор Шаплен. – Уверен, у вас найдётся много тем для разговоров позже, возможно, в компании вашего мужа или нескольких подруг, госпожа Джерард, – почему он решил, что стоит уточнить для неё этот момент, Алисия не поняла, но кивнула. – Как вам сегодняшний праздник? Музыканты сегодня особенно хороши, не так ли?

– О, вы правы! – не успела Алисия открыть рот, как ответил Бернард. – На самом деле, мы же уже обсуждали это, пока не перешли к вам, ваша светлость.

– Ко мне? Вы имеете ввиду, когда я к вам подошла?

– Нет, не совсем, но в тот момент как раз и вы к нам подошли. Его милость, господин Шаплен, как раз заговорил о вас, но не успел ничего сказать.

Неприятное чувство само собой собралось у неё в груди, но Алисия постаралась игнорировать его, вместо этого повернувшись к зеленеющему, готовому вот-вот умереть от стыда господину Шаплену. Или не от стыда. Может, от злости? Всё же Бернард не удержал язык за зубами в теме, которая явно ставила его знакомого в нехорошее положение.

– О чём же вы хотели сказать, господин? Уверена, я смогу дополнить, если вас что-то интересует.

В этот момент до Бернарда наконец дошло, что он сказал и тем самым сделал. Не успела кровь отойти от его щёк, как стремительно вернулась обратно, да ещё с пущей силой, когда как сам юноша постарался исправить ситуацию:

– Я уверен, что только хорошее, госпожа! Мой друг совсем не из тех, кто говорит гадости за чужой спиной, могу в этом поручиться, – глаза Бернарда заметались от Алисии к Расселу и обратно. Его взволнованный, нервный вид сам собой заставил Алисию успокоиться. В самом деле, Шаплену очень повезло с другом. Хорошо бы теперь и оправдаться, чтобы звучало не надуманно.

– Да, да! Я бы не позволил себе сказать плохо о госпоже Джерард! – что же, миссия провалена, он абсолютно точно не выглядел как раскаявшийся или искренний. Алисия внутренне тяжело вздохнула, готовясь слышать лесть или оправдания. В конце концов, Бернард не знает, о чём хотел сказать его друг, так что и обвинить во лжи нельзя. Гнусный злодей одной арки, чего от него ещё ожидать. – Я хотел рассказать, как встретил вас на рынке, понимаете? Вы тогда тоже выглядели хорошо, так что я хотел поделиться новостями, что наш общий с Бернардом друг, герцог Джерард, вполне себе счастлив в браке, вот и всё. Не думайте о нас плохо, госпожа, я просто радуюсь за вашего мужа, ведь такой достойный человек заслуживает только не менее достойной жены.

– Поверьте, мне очень приятно это слышать, – вежливая улыбка ещё никогда не казалась ей такой лёгкой, как в этот момент. Даже если он это всё выдумал сейчас, потому что рассказать настоящих мыслей не позволяют общественные порядки, слова его были правдивыми. Она примет это, а сплетни, что будут ходить позже за спиной, с чистой совестью повесит на этого человека.

– Была рада с вами поболтать, господа, но мне нужно вернуться к своему мужу. Думаю, я должна ему хотя бы один танец, а то так заговорюсь, что пропущу все, – как ей показалось, довольно вежливо откланявшись, Алисия развернулась и покинула компанию мужчин. Идти пришлось по краю зала, ведь началась следующая мелодия, под которую пары отплясывали что-то очень активное, чему её ещё не научили. При том, какими были тренировки вальса, Алисия уже боялась репетиций этой галиматьи, где есть и хлопки, и притоптывания, и обмен партнёрами. Если получится, она заранее откажется в этом участвовать.

Самуил сменил своё местоположение, его не удавалось разглядеть, даже выискивая чёрные макушки. Как оказалось, таковых в зале не было вообще, только тёмно-русые изредка встречались тут и там. Значит, это и правда цвет, выделенный только Алисии и Самуилу? Опять же, господин автор, почему эта пара стала такой исключительной, но не получила и десяти страниц внимания?

Тяжело вздохнув и опершись о колонну, поддерживающую высокий потолок, Алисия решила заняться более интересным для неё занятием. Две золотые точки, уже взлохмаченные, но каким-то образом сохранившие презентабельный вид, принадлежали Саманте и Эйдану. Парочка занимались тем же самым, чем и сама Алисия: встав в уголке, рассматривали людей, что-то шептали друг другу и смеялись. Вместе они были больше похожи на головную боль родителей, близнецов, не умеющих сидеть на месте. Тяжело поверить, что совсем скоро страсть в их сердцах разгорится с такой силой, что день расставания будет казаться вечностью мучений. Алисия немного сожалела, что своими действиями прервала любовь с первого взгляда, но любовь с первого дня знакомства тоже звучала не так уж плохо.

Задумавшись, она не обратила внимания на то, как эти двое прокрались к столу, хотя весь путь следила за ними, не отрывая глаз. Очнулась же от испуга, когда Эйдан схватил её за руку и потянул за колонну, где их ждала Сэм. Служанка переступала с ноги на ногу, глаза бегали, то и дело останавливаясь на двух бокалах, осторожно удерживаемых ею. Она то прикусывала губу, то облизывала её, после сжимала, и тут же, вспоминая, что выглядит некультурно, разжимала с приглушённым «па» или звонким «ма»: звук менялся в зависимости от того, укусила ли она губу до этого или же облизнула.