Чтение онлайн

— Вы отлично справились, леди Саагар, — от этого напускного дружелюбия захотелось хорошенько ему съездить. — Ваши сегодняшние баллы наивысшие — двадцать из двадцати возможных. Общий счет — девяноста восемь. Пожалуйста, пройдите на главную площадку.

— Благодарю, лорд Дэйрон, — а теперь от напускной вежливости захотелось съездить самой себе.

Я елейно улыбнулась и под прицелом нескольких магокамер дошла до назначенного места. Здесь собрались почти все, из чего я сделала вывод, что у всех участников испытание длилось примерно одинаковое время. А еще задалась вопросом: как так получилось, что отшельник явился всем одновременно?

Впрочем, о чем это я? Ему же больше тысячи лет. За такой срок можно уровня Всевышнего достичь!

Итоги финального испытания подводили эффектно и с размахом. Прямо над сценой появился большой экран, на котором замелькали лица и номера участников, а так же отрывки битв.

Если иметь в виду именно магические битвы, отшельнику проиграли все. Без исключения. Хотя, надо отдать участником должное, большинство справлялись довольно неплохо, учитывая, кто являлся их оппонентом.

Глядя на боевого мага, наделенного длинной светлой косой, я узнавала и одновременно не узнавала в нем себя. Раньше подобные записи не пересматривала принципиально, а сейчас, увидев себя со стороны, испытывала двойственные чувства. Во время сражений я всегда ощущала себя настоящим бойцом — сильным и ловким, а на экране мелькала смазливая блондинка, которая даже в боевом обмундировании выглядела слишком женственно.

И вот это вот я?!

— Отлично смотришься, моя прелесть, — тихо прозвучало прямо под ухом.

Судя по настроению, проигрыш в сегодняшнем испытании Олдера расстроил не слишком.

— Зато тебя уделали как младенца, — не упустила я шанс над ним поиздеваться. — А я победила!

Олдер подавил смешок:

— Ты хотела сказать — победила саму себя? Браво, леди Саагар, ваше раздвоение личности прогрессирует.

Руки зачесались съездить в третий раз — теперь уже по нему. От сломанного носа Олдера спас Райн, огласивший мое имя с призывом выйти на сцену.

На сцену поднялись те, кто сегодня имел успех, и всего нас оказалось шестеро. Из тех, с кем я хотя бы мало-мальски общалась, здесь не было никого. Ни Кристора, ни Ная, на даже Трэя, проигрыш которого особенно порадовал.

Выискав его среди толпы, я не сдержала мимолетной торжествующей улыбки — смотреть на него сверху вниз, особенно после вчерашнего вечера, оказалось чертовски приятно. Да и стоять на сцене в целом — тоже. Этакая минута славы.

Следом началось объявление итоговых баллов за все испытания в горах. Уже в тот момент, когда стоящие со мной участники снова заняли места среди остальных, а Райн попросил меня задержаться, я заподозрила неладное. Точнее, ладное.

Но расклад все равно удивил: сегодняшнее и вчерашнее испытания решили многое, и я перебралась в лидеры. Даже не просто в лидеры — вскарабкалась на самую вершину, удобно обосновавшись на первом месте! Да еще и разделила его с Олдером! Трэй оказался на втором, а третье, к всеобщему удивлению, занял Кристор, до сего момента особо ничем не выделяющийся.

После того, как результаты были объявлены, все минуты славы розданы, а участники отпущены до вечера, началось самое интересное.

Хотя, я бы охарактеризовала это по-другому: кошмар начался!

И лично моим кошмаром стал Чука, на коего я наткнулась, едва войдя в дом. Устав изумляться сюрпризам, на его присутствие я отреагировала спокойно, а вот внешним видом прониклась. Стилист успел вновь изменить прическу, перекрасившись в зеленый «вырви глаз», тем же цветом окрасить брови и сделать золотистое тату на щеке — кажется, временное.

— Детка! — в его голосе прозвучали укор, досада и предупреждение, от которого захотелось куда-нибудь спрятаться. — Ты во что вырядилась, радость моя? Что у тебя на голове, на лице…о, все боги моды, а на ногах?! Ты во что превратила мои прекрасные творения, как смогла выйти в таком чудовищном облике на люди?! Заставила меня плакать кровью, глядя прямые эфиры игр!

Чука встряхнул своего притихшего песика, обзаведшегося новой курточкой:

— Даже Плакс рыдал горючими слезами! — резко сбавив тон, он потрепал его за белобрысым ухом: — Закрой глазки, мой маленький, не смотри на эту детку, она испортит твой безупречный вкус.

Мне совершенно не хотелось быть невежливой, но выслушивать эти стенания не хотелось еще больше. Поэтому, пока Чука отвлекся, я проскользнула к лестнице и, уже поставив ногу на первую ступень, услышала возмущенное:

— Нет, ну это уже ни в какие корсеты не лезет! Детка, ты — неподражаемый образец наглости! Я ей оказываю первоклассные услуги, организовываю встречу с императрицей, превращаю из не пойми кого в настоящую женщину…

У входной двери раздалось прерывистое:

— А-ах…

А следом:

— В к-кого вы превращаете мою племянницу?

В этот момент меня посетили сразу две мысли: «Всевышний, за что?» и «Последние слова Чуки прозвучали двусмысленно».

Впрочем, учитывая, что речь шла о Чуке, понять его фразу о настоящей женщине двусмысленно могла только тетушка Ливия.

«Какого черта она здесь делает?!» — захотелось закричать мне.

— Тетушка, как вы здесь оказались? — любезно спросила я, попрощавшись с надеждами на спокойный остаток дня.

— По воздуху прилетела, разумеется, — окинув Чуку подозрительным взглядом, она стремительно приблизилась ко мне и, тут же о нем забыв, зачастила: — О, Фелиция, девочка моя, как же я за тебя переживала! Извелась вся! Разве же можно девушке в таких сражениях участвовать? Когда на тебя тот страшный гигантский паук напал, я чуть не поседела… А тролли, а пауледы? А сегодняшний старикашка?

Судя по всему, о том, кто такой «старикашка» тетушка не знала.

— А этот дом?! — воскликнула она особенно громко. — Подумать только, тебя поселили вместе с мужчиной! Фелиция, это просто… просто…

— Ни в какие корсеты не лезет, — закончила я фразой Чуки, который в это время прожигал нас возмущенным взглядом.

Его явно не устраивала передача главной роли неуемной, сыплющей причитаниями особе. И Чука взорвался. Глядя на меня в упор, рыкнул так, что затряслись стены:

— Живо в комнату! У нас на носу вечернее мероприятие, а работы непочатый край!

И, видя, что я оторопело продолжаю стоять на месте, рыкнул еще громче:

— Живо, я сказал!

Я даже испугалась. Нервно ойкнув, засеменила вверх по лестнице, слыша позади:

— Дамочка, нечего на меня так смотреть! Да, я тоже иду с вашей племянницей наверх, чтобы сотворить из нее нормальную женщину! И, к слову, вам бы мое внимание тоже не помешало!

Что было дальше я не знала, но, учитывая раздающиеся звуки, внизу шла ожесточенная словесная борьба. Ливия с Чукой в некоторых моментах были удивительно похожи: обычно люди уравновешенные, но если разойдутся…

Одним словом — флегматики.

— Сама-то хороша, — фыркнула я, упав в кресло и лениво сбрасывая сапоги. — Типичный холерик.