Чтение онлайн

— Говори быстрее!

— С-слушаюсь!

Надзиратель был напуган до такой степени, что поклонился несколько раз, ударяясь головой об пол. Наконец выпрямившись, он ответил:

— Гун Боюй сказал... что раз генерал сказал, что последний гунн крайне важен, нельзя позволять ему умирать от голода, поэтому принес ему маньтоу…

— Привести ко мне Гун Боюя немедленно! Нет, я сам пойду к нему!

Взяв с собой два отряда, Линь Ваньюэ помчалась к лагерной палатке Гун Боюя. На месте ей сообщили, что он вернулся домой на выходные. Линь Ваньюэ со своими людьми направилась прямо в его поместье.

Заспанный привратник начал медленно открывать главные ворота. Бянь Кай не вытерпел и сам распахнул их пинком. Два вооруженных отряда солдат ворвались во двор Гун Боюя.

— Эй, вы... вы кто вообще такие?

— Открой свои песьи глаза пошире и всмотрись хорошенько. Перед тобой заместитель главнокомандующего генерал Линь Фэйсин! Где Гун Боюй?

Услышав это, привратник сразу же упал на колени и громко крикнул:

— Этот ничтожный слеп и не оказал должного уважения! Наш хозяин сейчас спит. Этот слуга проведет вас к нему.

Привратник шел впереди быстрыми шагами. Линь Ваньюэ с мрачным выражением лица следовала за ним. Подойдя к спальне Гун Боюя, солдаты толкнули дверь, которая оказалась заперта.

Линь Ваньюэ бросила стоявшему рядом стражнику взгляд. Тот все понял без слов и тут же пнул дверь, что та с грохотом распахнулась.

… …

Увиденное пригвоздило к месту всех, включая Линь Ваньюэ.

— А! Господин... — громко воскликнул привратник и вбежал в комнату.

Гун Боюй был повешен. Неизвестно, было это намеренно или нет, но труп висел прямо перед дверью, чтобы его нашли сразу же!

Гун Боюй был мертв уже много часов. Лицо — багрово-фиолетовое, глаза выпучены, а язык торчит наружу. Его состояние было аналогично состоянию того гунна.

— Генерал, — приглушив голос, позвал Бянь Кай…

После короткого раздумья руки и ноги Линь Ваньюэ словно бы закостенели от холода. Она быстро отадала распоряжение:

— Спустите его вниз, найдите осмотрщика трупов. Двое останутся здесь на страже, остальные за мной!

Поспешно покинув резиденцию Гун Боюя, Линь Ваньюэ с солдатами направились в лагерь разведчиков.

Там командир батальона разведчиков сообщил, что вчера вечером его вызвал Гун Боюй и, сказав, что находится под командованием Линь Фэйсина, возьмет одного разведчика для проведения опроса.

Когда Линь Ваньюэ услышала эту новость, в ее груди начал медленно разгораться огонь, который невозможно было ни выпустить наружу, ни погасить.

В конце концов был обнаружен труп разведчика, повешанный в бамбуковой роще на юге Янгуаня.

Эта роща находилась менее чем в ста шагах от поместья Линь Ваньюэ...

Последний пленный гунн был мертв!

Гун Боюй повесился, страшась наказания за свой поступок!

Разведчика повесили в бамбуковой роще у дома Линь Ваньюэ. Он умер в точности как двое предыдущих!

Как гунны сумели беззвучно миновать пограничные укрепления и похитить простолюдин Ли?

В конечном итоге это превратилось в смутный и необъяснимый тупик.

Этот инцидент заставил Линь Ваньюэ почувствовать небывалое бессилие. Казалось бы, она сосредоточила все свои силы и ударила по мешку хлопка. Однако под массой хлопка скрывались острые ножи, что порезали ее до сильного кровотечения!

Ее быстрые и решительные действия, разгром гуннов, захват живых пленников, психологические атаки, запугивания...

С самого начала она полагала, что соберет хоть каплю полезной информации и добьется результатов для блага Ли Сянь, чтобы той заранее принять меры предосторожности. И чтобы оправдать доверие Ли Сянь, она хотела преподнести все это как свадебный подарок.

В результате, когда оставалось сделать всего один рывок, она потерпела крах.

В этот же день Линь Ваньюэ отложила все свои дела и приказала, чтобы на следующий день ей доложили обо всем, кроме военных действий.

Она бесцельно бродила по улицам, обуреваемая множеством мыслей.

— Ай-яй, господин шицзы, господин шицзы, это ведь Вы тот прославленный шицзы Пинъянхоу, будущий фума старшей принцессы, господин Ли Чжун?

Линь Ваньюэ подняла голову и увидела Ли Чжуна с золотой повязкой на лбу и белой нефритовой заколкой на голове, облаченного в роскошное ханьфу с широкими рукавами. Слева на поясе висел клинок и мешочек с благовониями. Совершенен, как божество.

Его сопровождало два отряда столичных стражников в количестве двадцати человек, которые также не отставали во внешнем великолепии, навевая трепет на прохожих!

Владелец лавки сладких супов* преградил Ли Чжуну путь. Один из стражников тут же наставил на него клинок, но Ли Чжун остановил его.

* (t'angshu) — кантонский десерт по типу сиропа

И тут Ли Чжун заметил Линь Фэйсина. Однако восхищенные восклицания владельца лавки вселили в него уверенность, и он приказал своим стражником отступить. С доброжелательным выражением лица он сказал:

— Да, это я. Могу я поинтересоваться, что Вам нужно?

— Ай-яй-яй, сама богиня благословила меня, и я наконец-то узрел воочию истинное лицо господина шицзы. Молва о том, как господин шицзы возмущался несправедливостью к простолюдинам, пойманным гуннами, разнеслась по всему городу. Этот ничтожный восхищается господином шицзы и молил небеса дать мне возможность лично встретиться с господином шицзы! И вот, это в самом деле сбылось!

— Ха-ха-ха-ха... — услышав эти слова, Ли Чжун громко расхохотался, запрокинув голову.

Владелец лавки снова начал заискивать:

— Господин шицзы так добр и великодушен. Этот ничтожный бездарен, но умеет готовить сладкие супы, коих рецепты передаются из поколения в поколение. Соизволит ли господин шицзы отведать чашу?

— Ладно! Этот молодой господин попробует твой суп!

— Айо, это такая большая честь для моей семьи. После того, как господин шицзы отведает это скромное блюдо, завтра же этот ничтожный прикажет написать об этом на деревянной табличке и повесить ее на стену. Отныне эта вывеска станет семейной реликвией!

— Ха-ха-ха... — Ли Чжун громко рассмеялся, искоса поглядывая на стоявшего неподалеку одинокого Линь Фэйсина. В этот момент его распирало от гордости.

Он махнул рукой, и два отряда стражников тут же заполонили лавчонку.

Линь Ваньюэ бесстрастно наблюдала за этим действом. Она дернула уголком губ, желая улыбнуться, но так и не смогла этого сделать.

Оставалось лишь идти дальше.

Когда она уже проходила мимо лавки, Ли Чжун вдруг окликнул ее:

— Ооо, а это случаем не генерал Линь? Неужели сегодня так мало работенки, раз прохлаждаетесь по улицам, а?