Чтение онлайн

Ли Чжао сказал со смехом:

— Похоже, у фумы высокие приоритеты, и он считает, что официальные должности, дарованные мной, слишком ничтожны.

— Этот сын не смеет так считать, — Линь Ваньюэ почувствовала, как ее спина покрылась холодным потом, но ее лицо оставалось спокойным.

— Великий генерал, будучи еще живым, много раз рекомендовал тебя. Раз уж ты настаиваешь на возвращении, я дарую тебе желаемое.

— Благодарю отца-императора.

— Линь Фэйсин, повинуйся моему указу. Я провозглашаю тебя дворцовым командиром четвертого ранга и приказываю тебе сегодня отправиться с генералом Пиндуном на северную границу.

— Благодарю отца-императора.

Ли Чжао сказал еще несколько фраз и приказал всем, кроме наследного принца, удалиться.

Из тронного зала вышли четыре человека. Пройдя сто шагов, Сян Цзинъи похлопал Линь Фэйсина по плечу и с тревогой сказал:

— Син-ди, это было слишком рискованно!

Линь Фэйсин лишь улыбнулся в ответ.

Сян Цзинъи продолжил:

— Но все обошлось. Дагэ не ошибся, вот что значит быть достойным человеком. Милому брату всего девятнадцать, но он уже стал дворцовым военачальником. Перед тобой простирается необозримое будущее.

— Спасибо, дагэ.

— Вернемся по домам, соберем вещи, а через два часа встретимся у городских ворот.

— Договорились.

— Прощайте, Ваше Высочество, — обратился Сян Цзинъи к Ли Сянь.

— Прощайте, Шэнь-цзецзе и зять.

… …

Вернувшись в малый двор, Линь Ваньюэ достала свой багаж — чистая одежда, доска с отметками и жетон лежали на месте. Она упаковала кинжал, подаренный Ли Хуанем, и серебряное копье Гудань от принца Ци и пошла в будуар, но кормилица сообщила ей, что у принцессы полуденный сон. Линь Ваньюэ долго стояла у кровати, глядя на свою дремавшую дочь, затем повернулась и ушла.

Она направилась в главный зал, чтобы попрощаться с Ли Сянь.

Та уже ждала на месте. Увидев, что Линь Фэйсин переоделся из дворцового одеяния в практичную одежду и нес на спине багаж, держа в руке копье, она вдруг почувствовала, что этот образ подходил ему более всего.

Линь Ваньюэ приблизилась к Ли Сянь и, посмотрев на нее с улыбкой в глазах, тихо промолвила:

— Принцесса, я уезжаю.

— Я провожу фуму.

На лице Линь Ваньюэ расцвела широкая улыбка. 

— Ладно.

Ли Сянь отвела глаза:

— Пойдем.

Весь путь до ворот поместья они молчали, но Линь Ваньюэ время от времени поглядывала на Ли Сянь.

У ворот уже ждал слуга, который привел скакуна Лунжаня.

— Принцесса, дальше можешь не провожать. На улице холодно, тебе лучше вернуться внутрь.

Ли Сянь кивнула и остановилась. Линь Ваньюэ с улыбкой смотрела на прекрасное лицо Ли Сянь, по которому будет горячо тосковать.

Взобравшись в седло, Линь Ваньюэ вдруг почувствовала сожаление: если бы она знала о скором отъезде, ей все-таки следовало чмокнуть Ли Сянь в лоб тогда.

Ли Сянь стояла у ворот и наблюдала, как Линь Фэйсин плавным движением взобрался на коня, убрав за спину серебряное копье. Он повернул голову и пристально посмотрел на нее. В его взгляде проблеснула какая-то хитринка, которая сменилась сожалением. Ли Сянь внезапно вспомнила, что едва не произошло прошлой ночью.

— Езжай!

Лунжань умчал Линь Фэйсина вдаль. Ли Сянь наблюдала, как одинокая фигура с серебряным копьем за спиной становилась все меньше и меньше, пока не исчезла в конце улицы.

Линь Фэйсин и Сян Цзинъи встретились у городских ворот и тотчас отправились в путь.

Спустя пять дней дороги они прибыли на северную границу.

К этому времени Сян Цзинъи оброс бородой. Линь Ваньюэ выглядела уставшей и еще больше похудевшей.

Так как ее фигура и без того была тощей, теперь Линь Ваньюэ казалась еще более долговязой.

Гроб Ли Му простоял уже десять дней. К счастью, воздух на северной границе был холодным, и в нем пока не чувствовалось никакого запаха.

Сян Цзинъи и Линь Ваньюэ разошлись, чтобы помыться и переодеться, и только потом отправились отдать земной поклон Ли Му.

В погребальном зале их неизбежно одолел еще один приступ горя. Сян Цзинъи зачитал императорский указ. Плотник заколотил крышку гроба, который затем перенесли в уже приготовленную похоронную повозку.

Сян Цзинъи, не мешкая, назначил отряд и лошадей и отправился обратно в столицу.

Линь Ваньюэ проводила их, отойдя от города на десять ли. Попрощавшись с Сян Цзинъи, она стояла на холме и провожала взглядом процессию до тех пор, пока та не скрылась за горизонтом.

Возвращалась в военный лагерь она уже одна. Чжан Саньбао, Мэн Нида, Бянь Кай и несколько других ее личных стражников сразу же вышли вперед, приветствуя ее.

При виде их, пасмурное настроение Линь Ваньюэ немного рассеялось.

Чжан Саньбао улыбнулся Линь Фэйсину:

— Генерал, вы вернулись!

Бянь Кай тут же упрекнул его:

— Ты должен называть его господином фумой!

Мэн Нида поправил Бянь Кая:

— Мы в военном лагере, генерала только что повысили до четвертого ранга дворцового командира, так что все же следует называть его генералом.

Те оставшиеся, кто соблюдал правила приличия, не сказали Линь Фэйсину ни слова поздравления.

Линь Ваньюэ почувствовала удовлетворение. Она слабо улыбнулась:

— Нида прав. В военном лагере обращение должно соответствовать военным правилам.

Линь Ваньюэ задала своим стражникам несколько вопросов, касающихся армии, и они дали упорядоченные ответы. Линь Ваньюэ кивнула:

— Все могут идти, за исключением вас троих.

— Слушаемся!

После того, что случилось с Гун Боюем, Линь Ваньюэ больше не доверяла никому из своих так называемых личных стражников. С Чжан Саньбао и Мэн Нидой она через многое прошла, Бянь Кая она привела сама. Этих троих можно было принять за своих.

Все четверо вошли в шатер Линь Фэйсина и расселись. В глазах каждого из них светилось предвкушение и волнение. Кончина главнокомандующего Ли Му принесла им большую печаль, но вслед за ней северная граница осталась без главы, а печать главнокомандующего — бесхозной! И ныне Линь Фэйсин был не просто фумой старшей принцессы, но и дворцовым командиром четвертого ранга. Все трое чувствовали, что это была ниспосланная небесами возможность!

Линь Ваньюэ всмотрелась в выражение лиц всех присутствующих. Она не стала ходить вокруг да около и холодно сказала: