Чтение онлайн

В последнее время Линь Ваньюэ стала очень восприимчивой к холоду. Казалось, она вернулась в те дни, когда съела цветок Яован. Время от времени ее тело охватывал озноб. Вдобавок, в груди образовался узел, из-за которого стало труднее дышать. Она все еще чувствовала истощение.

На северной границе суровый климат, и до получения ранения Линь Ваньюэ хватало только одной жаровни в комнате. Теперь же она ставила четыре.

Линь Цзыту начал хлопотать: боясь, что из-за жаровен воздух будет сухим, он разместил над каждой подставку с медным тазом, наполненным водой. Но даже так Линь Ваньюэ все равно зябла от холода. Целыми днями напролет она сидела под толстыми одеялами, слабо опираясь на кровать.

Эта серьезная травма в значительной степени подорвала здоровье Линь Ваньюэ.

— Раз слуги, то можешь разместить их самостоятельно. Мне необязательно их встречать.

— Слушаюсь. Хозяин, уже почти полдень, Вы хотите кушать? Я передам приказ на кухню приготовить что-нибудь и принесу Вам.

Линь Ваньюэ немного подумала и почти неслышно вздохнула:

— У меня нет аппетита.

Линь Цзыту хотел что-то сказать, но сдержался. Он с тревогой посмотрел на осунувшееся лицо Линь Фэйсина, но в конце концов все же отступил.

Линь Цзыту вернулся через два часа. Войдя в спальню Линь Фэйсина, он увидел, что тот сидит за столом, закутавшись в свою одежду. Он тотчас же поставил поднос, затем вытащил из шкафа меховую накидку и набросил ее на Линь Фэйсина:

— Хозяин, Вам, конечно, в последнее время полегчало, но погода изменчива. Вам все равно нужно надеть что-нибудь еще.

Линь Ваньюэ ничего не ответила. Она плотнее натянула накидку и бросила отсутствующий взгляд на миску с кашей на подносе.

— Хозяин, Ее Высочество старшая принцесса перевела из своего поместья нескольких очень способных служанок, включая и повара. Я их уже распределил. Эту рисовую кашу приготовил он, сказав, что Вы очень любили ее, когда жили в поместье. Вы уже несколько дней не ели нормально, пожалуйста, хотя бы попробуйте, — сказал Линь Цзыту, наклоняясь, чтобы поставить миску с рисовой кашей перед Линь Фэйсином.

Линь Ваньюэ посмотрела на блестящую и полупрозрачную кашу, в точности напоминающую ту, что она ела на завтрак на второй день после свадьбы. Кажется, туда были добавлены ягоды годжи и луковицы лилий, и выглядело это действительно аппетитно.

— Ах да, господин, вот еще письмо от Ее Высочества старшей принцессы, — Линь Цзыту вынул запечатанное письмо и обеими руками протянул Линь Фэйсину.

Темные и тусклые глаза Линь Ваньюэ сразу же загорелись. Она взяла письмо. На нем изящным* почерком Ли Сянь было выведено четыре крупных иероглифа: "Личное письмо фуме".

— Можешь идти. Я поем немного.

* (l'ong fei f`eng w) — взлет дракона и пляска феникса; обр.: об исключительно красивом почерке

Лицо Линь Цзыту озарилось радостью, и он направился к выходу из спальни.

Линь Ваньюэ быстрым движением вскрыла конверт и начала читать.

"Дорогой фума

Я получила письмо и теперь извещена. Дела в поместье идут хорошо, доченька учится говорить. Мужу не о чем беспокоиться.

В пору весенних заморозок следует беречь здоровье. Присылаю умелых служанок и повара, распорядитесь ими по своему усмотрению.

Покорнейше прошу принять мои лучшие пожелания

Сянь"

Линь Ваньюэ несколько раз перечитывала эти строки. В поместье все хорошо, и Байшуй уже начала говорить…

Линь Ваньюэ приложила пальцы к окончательной части письма, легонько проводя по красивому иероглифу "Сянь", от которого исходило величие. Она могла представить, как выглядела Ли Сянь, когда писала этот ответ. Должно быть, сидела за столом с идеально прямой спиной, одной рукой придерживая широкий рукав своего дворцового платья, сдержанная и бесстрастная.

Линь Ваньюэ аккуратно сложила письмо и положила его обратно в конверт. В глубине души поселилась тяжесть одиночества, поскольку содержание письма соответствовало его владелице. Которая, исполненная достоинства и неукоснительная в соблюдении этикета, держала дистанцию.

Она ни единого слова не сказала о Линь Ваньюэ.

Ни намека на то, что она скучает. Линь Ваньюэ дернула уголками губ, ощущая горечь во рту. Да, Ли Сянь — она такая.

Убрав письмо, Линь Ваньюэ зачерпнула полную ложку каши и отправила себе в рот. Как и ожидалось, на вкус оказалось точь-в-точь как тогда, в поместье принцессы.

Кто знает, из-за того ли, что эта рисовая каша приятна на вкус, или из-за письма Ли Сянь, но Линь Ваньюэ, которая уже несколько дней ничего толком не ела, прикончила всю миску каши.

Дни пролетали незаметно, в мгновение ока прошел один месяц.

Травма Линь Ваньюэ иногда давала о себе знать, но постепенно исцелялась. Повар из поместья старшей принцессы был прислан исключительно для того, чтобы готовить для Линь Фэйсина. Линь Ваньюэ ела горячую и сытную пищу каждый день. Спустя месяц выздоровления ее безжизненно-бледное лицо наконец приобрело здоровый оттенок.

Видя, что здоровье их хозяина постепенно улучшается, прислуга поместья Линь наконец-то смогла вздохнуть с облегчением.

Линь Ваньюэ пока не могла сражаться, но изменения не коснулись привычного ритма жизни. Время от времени она чувствовала узел в груди, но никаких серьезных проблем не испытывала.

Линь Ваньюэ снова вернулась в военный лагерь. За весь месяц Чжан Саньбао и Мэн Нида сделали для Линь Фэйсина больше, чем полагалось. Они не только справлялись с поручением о внесении имен нужных людей в список, но и установили связь с правым генералом Бай Жуйдой.

Несмотря на то, что между сторонами не было ничего обговорено, если когда-нибудь Линь Фэйсин будет нуждаться в поддержке, Бай Жуйда поможет ему в меру своих возможностей!

Слушая Чжан Саньбао и Мэн Ниду, которые с воодушевлением докладывали о своих результатах, Линь Ваньюэ засветилась улыбкой, которая уже давно не появлялась на ее лице.

— Хорошо, а как насчет потерь среди четырех штурмовых кавалерий, которых я повел за собой?

Чжан Саньбао ответил:

— Количество убитых и раненых незначительно, чуть меньше трети.

— Мгм. Что насчет четырех ланцзянов?

Мэн Нида почувствовал намерения Линь Фэйсина, поэтому ответил:

— Двое погибли, один остался инвалидом. Ван Дали невредим.

— Понятно, — блекло ответила Линь Ваньюэ. Кто бы мог подумать, что Ван Дали все еще способен спасти свою шкуру. — Новые назначения уже проведены?

— Отвечаю генералу, с тем инвалидом командир Гао сказал повременить. На места погибших оба командира выдвинули по одному человеку, пока топчатся на мертвой точке. Они слишком заняты спором, поэтому еще никого не назначили.