ЖАНРЫ

Женщина-генерал и старшая принцесса
Шрифт:

— Пффф ахахахахахаха...Юй Сянь-цзецзе, Юй Сянь-цзецзе хахахаха!

Сидя на втором этаже чайной, сяо-Шии покатывалась со смеху, уцепившись за сидевшую рядом с ней Юй Сянь. Та не смогла удержаться от смешка, когда посмотрела громко хохочущую девушку, и заворчала:

— Ведешь себя неподобающе. Ты благородная дева, где твои манеры? 

Но сяо-Шии не придала этому значения и продолжала хохотать, похлопывая по столу.

— Хахахаха, Юй Сянь-цзецзе, этот дурачок реально поехал в столицу на ослиной повозке?! Хахаха, у него в самом деле хватило стыда подумать об этом. Судя по всему, в Тяньду о нем будут судачить днями напролет! За все пятнадцать лет, что я живу в столице, ни разу не видела ослиной повозки хахахахаха…

— Ну все, хватит смеяться. Хорошо, что они благополучно добрались и отделались небольшим испугом.

— Хмф, этот засранец. Держал нас в напряжении на протяжении всего путешествия и каждый раз за полночь вскакивал с постели и делал круговые обходы, пугая меня до смерти...Ну скажи же, надоедливый! Рано или поздно я сведу с ним счеты!

Юй Сянь, не отрывая глаз от сяо-Шии, взяла пирожное и поднесла его к губам девушки. Улыбнувшись, она сказала:

— Ладно, ты хорошо потрудилась. Открывай рот.

Щеки сяо-Шии вспыхнули, но она послушно открыла рот и приняла пирожное. Вскоре все ее лицо залилось краской, и она опустила голову, не осмеливаясь заговорить и избегая смотреть в глаза Юй Сянь. Юй Сянь подперла рукой подбородок и посмотрела на девушку полными любви глазами.

Стражники стояли прямо у ворот дворца с пиками в руках, как вдруг один из них прищурился. Словно увидевший призрака, он обратился к стоящему рядом стражнику:

— Ты видишь это? Движется к воротам дворца!

— Мм? 

Второй стражник вгляделся и неверяще потер глаза. Убедившись, что зрение его не обманывает, он пробормотал:

— Это...ослиная повозка?

— Стоять! Императорский дворец — тщательно охраняемая зона, вы не можете просто так зайти на территорию.

Линь Ваньюэ продолжала ехать. Когда до ворот осталось приличное расстояние, оба стражника направили пики на Линь Ваньюэ.

"Тпрр" — Линь Ваньюэ натянула поводья, и повозка затормозила.

Не дожидаясь, пока Линь Ваньюэ заговорит, из повозки протянулась тонкая рука, на которой висела маленькая, искусно отделанная яшмовая подвеска. Линь Ваньюэ повернула голову и взяла подвеску, затем подняла ее перед собой.

Стражники переглянулись и убрали оружие. Один из них подошел к повозке и взял подвеску. Он внимательно рассмотрел ее и не обнаружил ничего примечательного. Однако, когда он перевернул подвеску, крошечный иероглиф “Сянь” бросился ему в глаза!

Сянь?!

Глаза стражника расширились. Он тут же опустился на одно колено:

— Этот покорный слуга приветствует Ее Высочество старшую принцессу!

— Можете встать. Командир батальона Линь не знает дорогу в дворец Вэймин, найдите ему проводника.

 У преклонившего колено стражника все еще оставались кое-какие подозрения. Все говорили, что на старшую принцессу было совершено покушение, и она пропала без вести, что Его Величество впал в крайнюю ярость. Начальник префектуры Хучжоу был казнен вместе со своей семьей, и даже люди под его руководством не избежали этой участи. По всей стране разослали разведчиков и посыльных с объявлениями, чтобы найти местонахождение старшей принцессы. Как она могла вернуться в ослиной повозке..?

Но когда стражник услышал голос Ли Сянь, все его сомнения развеялись.

Он опустился на одно колено, положив пику на землю, и поднял яшмовую подвеску Ли Сянь высоко над головой.

Линь Ваньюэ забрала подвеску и вернула ее Ли Сянь, которая сидела в повозке, затем подняла глаза и посмотрела на коленопреклоненного охранника. Она слегка оторопела: когда они проезжали мимо всех тех префектур, она считала, что начальники префектур были чересчур почтительны. Их манеры и вежливость были совершенны. Но кто бы мог подумать, что происходящее в столице отличалось от того, что было в префектурах, как небо и земля!

— Ваше Высочество, этот...осел...Ваше Высочество...подождите минуту, этот ничтожный пошлет за паланкином.

— В этом нет необходимости. Просто завезите эту ослиную повозку к моему дворцу. Фэйсин, залезай в повозку.

— Хорошо...Слушаюсь и повинуюсь...

Линь Фэйсин передал кнут и поводья стражнику, затем сел в повозку. Стражник взял поводья и с удивлением посмотрел на этого уродливого, отощавшего и даже несколько линялого карлика-осла. Затем он повернулся к другому стражнику и кинул красноречивый взгляд. Тот сразу все понял и, словно струйка дыма*, побежал во дворец, чтобы доложить Его Величеству.

Стражник натянул поводья, и скрипучая ослиная повозка медленно двинулась вперед.

В месте, куда она направлялась, стояло на коленях огромное множество стражников…

* струйка дыма (yili`uyan) обр. в знач.: быстро, мгновенно

Глава 47

Глава 47. Осень в Ханьском дворце. Феникс возвращается в гнездо

("Осень в Ханьском дворце" — китайская лирическая трагедия, написанная Ма Чжиюанем в эпоху Юань в 13 веке)

Линь Ваньюэ села напротив Ли Сянь. Ее натянутое как струна тело наконец расслабилось.

— Эх... — Линь Ваньюэ вздохнула с облегчением и тяжело привалилась к стенке повозки.

На лице Ли Сянь промелькнула улыбка.

— Ты, должно быть, очень устал от этого путешествия, — тихо сказала она.

Линь Ваньюэ сразу же выпрямилась и ответила:

— Вовсе нет, Сянь...Принцесса.

Улыбка Ли Сянь померкла. Глядя на Линь Ваньюэ, она тихонько вздохнула:

— Фэйсин.

— Да, принцесса?

— Хоть мы и вернулись во дворец и обязаны соблюдать этикет, я искренне желаю, чтобы между нами не возникло дистанции из-за разницы в нашем положении. Хорошо?

Линь Ваньюэ довольно долго смотрела на Ли Сянь, затем усиленно покивала:

— Хорошо.

Получив желаемый ответ, Ли Сянь слегка улыбнулась. Линь Ванью, увидев это, улыбнулась в ответ.

Перед императорским кабинетом на белом мраморном полу стоял на коленях стражник.

— Ваше Величество, этот презренный явился с докладом!

Ли Чжао за столом с нефритовой кистью в руке и перечитывал отчеты. Услышав громкий голос стражника, он поднял глаза. Старший дворцовый евнух понял все без слов. Он поклонился Ли Чжао и, согнувшись в спине, поковылял из библиотеки, размахивая мухогонкой*.

Поделиться с друзьями: