Женщина, которая легла в постель на год
Шрифт:
И, конечно, не обходилось без тех, кто недавно лишился близкого человека и не мог смириться с суровой действительностью, что больше никогда не увидит любимого. Такие вручали Еве письма и фотографии и просили ее поговорить с душами усопших и передать послания от них тоскующим живым. Ева тяжело трудилась, чтобы заглушить поток эмоций в своей комнате. При виде слез она отворачивалась.
Александр затоптал окурок и отфутболил его в канаву, а потом тихо сказал Сэнди:
– На сегодня это все. Прислушайтесь ко всему хорошему в себе. Не зовите Еву сегодня, проявите уважение. В этой семье только что состоялись похороны.
* * *
Той ночью перед сном, уложив Венеру и Томаса в кроватки в бывшей комнате Брайана-младшего, Александр выглянул в окно и увидел, что на тротуаре напротив осталась только Сэнди Лейк, которая сидела возле своей палатки.
Она обеспечила себе весь возможный уют, настелив под туристский коврик из каремата слой картона и газет. В свете налобного фонаря Сэнди штудировала журнал о знаменитостях.
Александр слегка приоткрыл форточку, чтобы впустить в комнату немного воздуха. Сэнди тут же подняла глаза, и ее неподвижность чем-то встревожила Александра. Он запер окно на задвижку.
Сэнди тем вечером пребывала в унынии. Соратники оставили ее и отправились по домам пестовать свой бронхит. Сэнди пробыла здесь дольше всех и до сих пор не получила нормальной аудиенции у Евы. Ей требовалось больше, чем десятиминутный разговор. Ева обещала дать ей еще одну консультацию, но по каким-то причинам все откладывала встречу, и Сэнди начала терять терпение. Ей было необходимо поведать Еве историю своей жизни – как жестоко люди всегда обходились с ней и как мистер Бартхи отказался ее выслушать, когда она явилась в его магазинчик за углом и завела речь о Еве и ангелах.
Невежа заявил Сэнди:
– Для меня в вашем бреде нет смысла. Я агностик.
Во всем был виноват Александр. Это он удерживал ее вдали от Евы. Он ревновал, потому что Сэнди сделалась самопровозглашенным мировым экспертом во всем, что касалось феномена Евы. В альбомах Сэнди было больше газетных вырезок, чем у любого другого фаната новоявленной святой, и она могла наизусть пересказать все важные вехи пути своего кумира к славе. В айпэде Сэнди хранились ссылки на все вебсайты и блоги, в которых упоминалась Ева, и самая продвинутая программа оповещения о новостях постоянно выискивала в сети новые сообщения о лестерской затворнице.
Сэнди была главным источником распространения ложной информации об экстрасенсорных способностях миссис Бобер. Фанатка не стесняла свою фантазию, описывая вымышленную встречу с Евой, словно подлинную: «Я находилась рядом с буквально неземным созданием. Ее воздушная красота непохожа ни на что в нашем мире. А каждое ее слово – кладезь мудрости и правды».
Когда новички просили поведать, что же такое волнующее сказала ей Ева, Сэнди вытирала глаза и говорила: «Простите, у меня всегда слезы текут, когда я говорю о Еве,.. — а после приводящей слушателей в ярость долгой паузы, добавляла: – Слова Евы были предназначены только для моих ушей. Но когда я выходила из ее комнаты, то заметила, что она приподнялась над кроватью и несколько секунд просто парила в воздухе. Это был знак! Так Ева сообщала мне, что я избранная!»
Если циники пытались уточнить, для чего же ее избрали, Сэнди ханжеским тоном поясняла, что ждет следующего знака, который ниспоследует с небес.
Сэнди хотела, чтобы Ева обратилась к миру и попросила все воюющие страны прекратить насилие. И помочь детям, у которых нет еды и воды. К Еве мир наверняка прислушается, и затем настанет рай земной, где больше не будет войн, наводнений, голода и землетрясений, а будет лишь благолепие, радость и любовь для всех и каждого. Поэтому Сэнди было крайне важно серьезно побеседовать с Евой. Что может быть важнее?
Сэнди подняла глаза на окно Евы, в котором горел свет, прочитала молитву и забралась в палатку, где Уильям Уэйнрайт уже спал сном младенца, накачанного снотворным.
* * *
Еве казалось, что каждый раз, когда она выглядывает из окна, Сэнди Лейк пялится на нее с блаженной улыбкой. Эта женщина портила Еве вид.
Ранее тем вечером Ева выругалась и спросила Александра:
– Эта терехнутая вообще когда-нибудь спит?
– Даже во сне она держит глаза открытыми, – ответил Александр. – Но не беспокойся, я в соседней комнате. Если понадоблюсь, просто постучи в стенку.
Глава 56
В конце февраля, вернувшись в Лидс, близнецы с облегчением вошли в свои комнаты в Сентинел-тауэрс – на Боулинг-Грин-роуд было совершенно невозможно заниматься серьезными вещами. По подсчетам Брайана-младшего, в дверь звонили со средней частотой 9,05 раз в час.
Близнецы решили, что с этих пор станут работать вместе и помогать друг другу с эссе и прочими заданиями, тем самым оставляя себе больше времени на СпецПроекты.
Брайан-младший и Брианна начали новую жизнь с финансов и продали подаренные матерью украшения в ломбард в центре города. Они договорились, что впредь не позволят сентиментальности влиять на свои планы.
На второй неделе второго семестра брат с сестрой успешно взломали базу данных университетского общежития и изменили статус своих учетных записей с «Задолженность за проживание с…» на «Проживание полностью оплачено до 2013 года». На следующий день после этой победы, принесшей каждому по четыреста дополнительных фунтов в месяц, сообщники отправились по магазинам.
Они сели на диванчик напротив примерочных кабин в «Дебенхэмс» и долго беседовали о жизни и о том, чего ждут от будущего.
Брианна призналась, что если ей не суждено быть с Александром, то она не захочет больше никакого другого мужчину.
Брайан-младший заявил, что никогда не женится.
– Меня нисколько не привлекают физически ни женщины, ни мужчины, – сказал он.
Брианна улыбнулась и спросила:
– Получается, нам суждено всю жизнь быть не разлей вода?
– Ты единственный человек, чье общество я могу выдерживать дольше четырех минут, – согласился Брайан-младший.
Надев новую одежду, близнецы вышли из примерочных кабин и удивились тому, насколько похоже выглядят. Оба предпочитали черное, и после недолгих обсуждений и прогулок между рядами вешалок, остановились на одинаковых костюмах – черных, с ремнями леопардовой расцветки – и на черных ковбойских сапогах с серебряными пряжками.
Помня о своем новоприобретенном и растущем богатстве, они бросили старую одежду в примерочных. Следуя рука об руку по торговому центру, напарники начали тренироваться ходить нога в ногу.