Чтение онлайн

Кабинет имел внушительный вид: длинный, мрачный, спокойный, с кондиционером, закрытыми окнами и серыми венецианскими жалюзи, опущенными До половины для защиты от жаркого июльского солнца. Серые шторы гармонировали с цветом стен и мебели. В углу находились гигантская черно-серебристая касса и длинный ряд низких шкафов. На стене висела цветная фотография какого-то остроносого старика с бакенбардами и в высоком стоячем воротничке. Его непомерно большое адамово яблоко выпирало из шеи. под острым углом. На фото значилось: «Мэтью Джиреллен. 1860 —1934».

Деррас Кингсли быстро прошел за свой восьмисотдолларовый директорский стол и погрузил заднюю часть тела в огромное кожаное кресло. Затем взял сигару из малахитовой шкатулки, обрезал ее и прикурил от медной зажигалки, лежавшей на столе. Занимался он этим довольно долго, нисколько не заботясь обо мне. Наконец, усевшись поудобнее, он выдохнул облако дыма и сказал:

— Я деловой человек и не люблю попусту тратить время. Судя по вашей карточке, вы частный детектив. Мне нужны доказательства этого.

Я вынул бумажник и извлек оттуда самые разные документы. Он взглянул на них, потом отодвинул. Мое удостоверение с фотографией на право заниматься розыском в целлулоидной обложке упало на пол, но он даже не счел нужным извиниться.

— Я не знаю никакого Мак-Ги,— повторил он.— Мне известен шериф Петерсен. Я просил его рекомендовать мне подходящего человека. Допускаю, что им можете оказаться вы.

— Мак-Ги работает в голливудском управлении в отделе шерифов,— заметил я. — Хотите проверить?

— Незачем, Похоже, вы мне подойдете, если не станете больше устраивать ваших дурацких штучек. И запомните: если я нанимаю человека, он должен-делать именно то, что я прикажу, и держать рот на замке. Иначе он сразу вылетит ко всем чертям! Понятно? Полагаю, я не слишком груб?

— Давайте закроем эту тему,— предложил я.

Он нахмурил брови и резко спросил:

— Сколько вы желаете получать?

— Двадцати пять долларов в день и суточные. Кроме того, по восемь центов за каждую милю, которую я проеду на своей машине.

— Чепуха! — возразил он.— Слишком дорого. Пятнадцать долларов в день— и то много. А за бензин я готов платить, но в границах разумного. Никаких развлекательных прогулок!

Я выдохнул серое облачко дыма и разогнал его рукой, но ничего не ответил. Кажется, он удивился моему молчанию. Наклонившись вперед, он наставил на меня сигару.

— Я еще не нанял вас. Но если найму, вы будете работать в полной тайне. Никакой болтовни на эту тему с вашими дружками из полиции. Ясно?

— А что за работа, мистер Кингсли?

— Какая разница? Вы же производите всякого рода расследования, не так ли?

— Нет, не всякого. Только чистые.

Он взглянул на меня, прищурившись и сжав губы, его серые глаза потемнели.

— Между прочим, я не веду дел, связанных с разводами,— заявил я.— Но в качестве эксперта соглашусь за сто долларов.

— Ладно, ладно,— неожиданно мягко произнес он.

— Что касается грубости,—- продолжал я,— то большинство клиентов начинают либо обливать мою рубашку слезами, либо кричат, стремясь показать, кто из нас хозяин. Но обычно в конце они становятся рассудительными ... если только доживают до развязки.

— Ладно,— мирно повторил он, по-прежнему глядя на меня.— А многих вы теряете?

— Немногих, если со мной обращаются вежливо.

— Желаете сигару? — предложил он.

Я взял и положил ее в карман.

— Я хочу, чтобы вы отыскали мою жену,— сказал Кингсли.— Она исчезла месяц назад.

— Хорошо, я ее найду.

Он ударил обеими руками по столу и улыбнулся.

— Похоже, вы действительно ее найдете. За последние четыре года со мной никто так не разговаривал,— прибавил он. Я промолчал.

— Черт возьми! — воскликнул он.— Мне это нравится.— Он провел рукой по своим густым черным волосам и продолжил: — Она выехала ровно месяц назад из нашего домика в горах возле Пума-Пойнт. Вы знаете, эту местность?

Я ответил утвердительно.

— Дом расположен в пяти километрах от деревни. Туда приходится добираться по частной дороге. Он стоит на берегу озера Оленят, тоже частного. Плотину там мы сами построили. Это владение принадлежит мне и двум моим друзьям. Участок большой, но не обжитой и таким останется очень долго. Некий Билл Чейз живет там бесплатно со своей женой в соседней хижине и присматривает за хозяйством. Он инвалид войны, получает пенсию. Вот, пожалуй, и все. Жена отбыла туда в середине мая, выезжала два раза на уик-энды. А двенадцатого июня отправилась на какую-то увеселительную прогулку и назад не вернулась. С тех пор я ее не видел.

— И что вы предприняли в связи с этим? — поинтересовался я.

— Ничего. Ровно ничего. Я даже не поехал туда.

Он явно ожидал, что я спрошу его почему. И я спросил.

Он отодвинул кресло, отпер ящик стола, достал из него сложенный листок и подал мне. Это был телеграфный бланк, заполненный в Эль-Пасо четырнадцатого июня в девять часов девятнадцать минут утра. Он адресовался Деррасу Кингсли, Беверли-Хилл, Карсон-драйв, 965. Я прочитал:

«Выезжаю Мексику, получить развод, выхожу замуж Криса. Всего лучшего, до свидания. Кристалъ».

Я положил телеграмму на стол, а Кингсли протянул мне большую любительскую фотографию на глянцевой бумаге, запечатлевшую мужчину и женщину, сидящих под зонтиком на пляже. Мужчина был в плавках, а женщина в чем-то, отдаленно напоминавшем купальный костюм. Она была стройной блондинкой, молодой и хорошенькой. Мужчина сильного сложения, смуглый и красивый, имел узкие бедра, длинные ноги, огромную копну волос и белые зубы. Словом, обычный тип соблазнителя, разбивающего семью. У него было интеллигентное лицо и руки, созданные для объятий. Он держал в руках темные очки и улыбался, глядя в объектив, профессиональной, беззаботной улыбкой.

— Это Кристаль,— пояснил Кингсли,— а это Крис Лавери. Скорее всего, они сожительствуют, и ну их обоих к дьяволу.

Я отложил снимок.

— Если так, то в чем же дело?

— В горах нет телефона,— продолжил Кингсли,— и не было ничего-необычного в том, что она куда-то уехала. До тех пор, пока не пришла телеграмма, я об этом не думал, да и депеша меня не удивила. Мыс Кристаль уже несколько лет обитаем отдельно. Каждый из нас живет своей жизнью. У нее много денег: ежегодный доход от аренды принадлежащих ей нефтяных участков в Техасе составляет двадцать тысяч. Кристаль ведет легкомысленный образ жизни, и мне доподлинно известно, что Лавери был одним из ее любовников. Признаться, я удивился только тому, что она собирается выйти за него замуж, ведь этот парень профессиональный соблазнитель. Но все выглядело вполне правдоподобно. Вы меня понимаете?