Чтение онлайн

— Ах, нет,— ответил я.— Я потребовал их только потому, что вы начали разговор в неподобающем тоне;

Он улыбнулся. Я встал и внимательно посмотрел на него.

— Вы ничего не скрываете?.. Ничего существенного?

Он принялся рассматривать свои пальцы.

— Нет, ничего. Я просто беспокоюсь. Дьявольски беспокоюсь. Если вы что-то выясните, звоните в любое время днем или ночью.

Я пообещал, мы пожали друг другу руки, и я вышел в приемную к мисс Фромсетт, которая по-прежнему сидела за своим столом.

— Мистер Кингсли заявил, что вы можете сообщить мне местонахождение Криса Лавери,— сказал я, внимательно вглядываясь в ее лицо.

Она не спеша достала толстую адресную книгу и начала ее перелистывать. Когда она заговорила, ее голос звучал приглушенно и холодно:

— Здесь указан следующий адрес: Вай-Сити, Элтер-стрит, 623. Телефон: 1-25-23. Но мистер Лавери не посещал нас более года. За это время он мог переехать.

Я поблагодарил ее и направился к выходу. Потом снова обернулся. Она сидела неподвижно, положив руки на стол, взор ее был задумчив и печален. На ее щеках выступили красные пятна. Похоже, воспоминания о Крисе Лавери не доставили ей удовольствия. 

Элтер-стрит располагалась на окраине Вай-Сити. С южной стороны ее открывалась панорама этого маленького прибрежного городка, раскинувшегося над автострадой. На севере сверкало холодно-голубое зеркало залива. Маленькая улочка заканчивалась золоченой железной оградой, за которой возвышались деревья, виднелись кусты, дорожки и газоны. Зданий там не было. Несмотря на то что улицу украшало множество больших роскошных вилл, беспорядочно разбросанные бунгало придавали ей какой-то неряшливый вид. Возле той же ограды, на противоположных сторонах, стояли два дома. Я подъехал к номеру 623, развернулся и выключил двигатель. Дом был повернут к улице боком, и вход в него располагался немного ниже ее уровня. На крыше виднелась терраса, спальни размещались в нижнем этаже, правее просматривался гараж. Фронтон здания был увит плющом, а каменные плиты тротуара заросли корейским мхом. На узкой входной двери висел железный молоток. Я постучал им несколько раз, но ответа не получил. Тогда я нажал звонок, услышал, что он работает, однако опять никто не отозвался. Я снова взялся за молоток, но результат получился таким же. Я подошел к гаражу и приоткрыл дверь. Там стоял автомобиль с белыми полосами на шинах. Я вернулся обратно. Превосходный черный «кадиллак» вырулил из гаража противоположного дома, проехал мимо и замедлил ход. Худой мужчина в темных очках за рулем бросил на меня такой недоброжелательный взгляд, словно был недоволен моим присутствием. Я Ответил ему столь же приветливым взором, и машина скрылась. Затем я опять забарабанил молотком и на сей раз добился результата. Дверной глазок приоткрылся, и я увидел лицо красивого светловолосого молодого мужчины, глядевшего на меня с недовольным видом.

— Что за шум, черт побери! — воскликнул он.

— Мистер Лавери?

— Да, но что вам нужно?

Я протянул ему визитку.

— Очень сожалею,— изрек он,— но я не нуждаюсь в услугах детектива.

— Я работаю на Дерраса Кингсли.

— Дьявол забери вас обоих,— молвил он и скрылся.

Я сильно нажал на звонок, а свободной рукой достал сигарету и поднес к ней спичку. Дверь неожиданно распахнулась, и на пороге показался Лавери в купальных трусах, сандалиях и белом мохнатом купальном халате. У него был такой вид, словно он жаждал броситься на меня. Я перестал звонить и ощерил зубы в ослепительной улыбке.

— Только позвоните еще раз, и вылетите на улицу,— пригрозил он.

— Не будьте ребенком,— фыркнул я.— Вы отлично понимаете, что нам необходимо побеседовать.

Я вынул из кармана депешу и протянул к самому его носу. Он прочитал её с кислым видом, закусил губу и пробормотал:

— Ну ладно, входите!

Я очутился в приятном полумраке комнаты, устланной дорогим китайским ковром и украшенной несколькими бра. Справа располагался рояль, слева — широкая удобная кушетка, а у камина с медной решеткой — глубокие кресла. На каминной полке стоял букет манзониты. Цветы уже увядали, но еще не утратили красоты. Поднос на столе занимали бутылка вина и рюмки, а маленький ореховый столик — медное ведерко со льдом. Комната заканчивалась небольшим портиком, из которого виднелись три узких окна и лестница. Лавери закрыл дверь и сел на кушетку. Затем достал из серебряного портсигара сигарету, закурил и окинул меня гневным взглядом. Я уселся напротив. Он был не менее красив, чем на фото: мощный торс, стройные бедра, карие глаза и длинные волосы, слегка вьющиеся на висках. Смуглая кожа была идеально чиста. Я сразу понял, почему он имел такой успех у женщин.

– — Отчего вы не расскажете нам, где она? Ведь в конце концов мы найдем ее, а если вы все откроете, то избавитесь от неприятностей.

— Едва ли частный шпик сумеет мне их причинить.

— Вот как? И тем не менее частный сыщик может насолить каждому. У него есть опыт и терпение. Свое Оплачиваемое время он отлично использует на то, чтобы досаждать людям.

— Ну так слушайте,— сказал он, наклоняясь вперед.— Я знаю, что написано в вашей телеграмме, но это вздор. Я не ездил в Эль-Пасо с Кристаль Кингсли и вообще не видел ее уже давно. Понимаете, у меня с ней не было никакого контакта. Я уже объяснял Кингсли.

— Он не верит вам.

— А зачем мне лгать?

— А зачем говорить правду?

— Слушайте, вы,— медленно процедил он.— Вам этого не понять, вы не знаете ее. Она не связана с Кингсли веревкой. Если ему не нравится поведение жены, пускай принимает меры. Эти властные мужчины вызывают у меня отвращение.

— Коли вы не ездили с ней в Эль-Пасо, почему она отправила такую телеграмму?

— Не имею ни малейшего представления.

— Позвольте спросить,— сказал я, указывая на цветы манзониты,— вы привезли их с озера Оленят?

— Этой травы полным-полно на здешних холмах,— презрительно ответил он.

— Но здесь нет таких прекрасных цветов.

Он расхохотался.

— Ну что ж, я действительно был там во второй половине мая. Тогда я видел ее в последний раз.— Он отогнал дым и прибавил: — Не скрою, я думал о ней. У нее есть деньги, а они всегда нужны. Но у меня не было желания связывать себя браком.

Я кивнул, но промолчал. Он взглянул на цветы и наклонился, снова выдыхая табачный дым. Минуту спустя он опять посмотрел на мою визитную карточку и сказал:

— Значит, вас нанимают для того, чтобы вы копались в грязи? И хорошо платят за это?

— Не могу пожаловаться. Доллар здесь, доллар там.

— И все они воняют.

— Послушайте, мистер Лавери, не нарывайтесь на ссору. Кингсли убежден, что вы знаете, где его жена, но не хотите сообщить. То ли со зла, то ли из соображений деликатности.

— А что вас больше устраивает? — засмеялся Лавери.

— Мне все равно. Лишь бы получить информацию. Мистеру Кингсли не интересно, чем вы с ней занимаетесь, куда ездите и собирается ли она с ним разводиться. Он только хочет быть уверен, что все в порядке и его жена не попала в беду.

Лавери неожиданно встрепенулся.

— В беду? Какого рода беду?

Он обсасывал это слово своими сочными губами так, будто пробовал его на вкус.

— Разве вы не догадываетесь, чего может опасаться человек в его положении?

— Нет. Поведайте мне об этом,— саркастически сказал он.— Я люблю постигать все, чего не знаю.

— И отлично делаете,— заметил я.— На конкретный разговор у вас нет времени, но сколько угодно времени для шуток. Только не подумайте, что мы жаждем впутать вас в историю о незаконном сожительстве с чужой женой.

— Опомнитесь, мудрец. Сперва вы должны были бы доказать, что я платил за ее билет.

— Но существует еще телеграмма.

— По-моему, я уже говорил о ней, и не один раз. Вероятно, она просто пошутила. Кристаль всегда любила откалывать подобные номера. Все женщины глупы, а многие еще и злы.

— Из телеграммы этого не видно,

Я небрежно стряхнул пепел на стол. Он хмуро взглянул на меня и отвернулся.

— Я порвал с ней,— сказал он наконец.— Возможно, она мечтала отомстить мне. Я собирался с ней на уик-энд, но не поехал. Она мне опротивела.