Чтение онлайн

– Это только одна из версий, - продолжил Серж.
– Но такая гипотеза допустима, и на ней стоит задержать внимание, не отбрасывая другие предположения!

– Понимаю о чем ты думаешь, - заметил я.
– Но ничто не указывает, что эта дама прошла в "Павильон Свиданий" в интересующий нас момент.

– Это-то нам и предстоит определить!

Склонившись к его уху, я прошептал:

– Я провел расследование в этом направлении и совершенно точно установил, что Теодора Фарнезе отбыла из Парижа в 13 часов, в день трагедии и до трагедии.

– Она отбыла из Парижа в день трагедии в 13 часов, - насмешливо повторил Серж.
– Точно так же, как Мариус Моншан закрыл свою парикмахерскую накануне дня-преступления! Где ты почерпнул столь точные сведения, Тессон?

– Узнал их во Дворце Правосудия от Жиро, близко мне знакомого.

– Великолепно! Бедняжка Тессон, он такой доверчивый!
– посетовал Серж.

– Но я сам ездил потом на вокзал, и сведения оказались точными.

– Что именно тебе стало известно на вокзале?

– А то, что Парапапулос отбыл из Парижа в Марсель в 13 часов в тот день, то есть во вторник.

– Ну и что?

– Но ведь Теодора Фарнезе уехала с Парапапулосом...

– Нет! С Парапапулосом она не уехала! Она отправилась его догонять в среду!

– Ты в этом уверен?

– Уверен так же, как и в том, что в день трагедии Мариус Моншан ещё не закрыл свою парикмахерскую. Личность Теодоры Фарнезе окутана странной тайной... И я это замечаю, впрочем, не впервые. Ты понимаешь теперь, почему я ничего не сказал следователю о том, что кое-что обнаружил в его присутствии?!

– Добрый вечер, тетя!
– проговорил кто-то пропитым голосом, и в наш укромный зальчик бесцеремонно вошли какие-то двое людей. Я с тревогой сжал руку Сержа, остававшемуся совершенно спокойным.

Потом я более или менее разглядел две фигуры. Человек, посетовавший на плохой свет, казался огромным, с развитыми плечами и мощными кулаками здоровяком. Он был неплохо одет в модное пальто с поднятым воротом и в элегантную шляпу, почти наполовину закрывавшую его лицо. У другого была стройная фигура, облаченная в стильный костюм тройка. На голове у него был берет, чуть надвинутый на правое ухо. С нижней губы свисала горящая сигарета.

Гигант бесцеремонно уселся за наш столик и, протянув мне руку, произнес тихо и вполне нормальным голосом:

– Ну вот, мсье Тессон, вы не узнаете старых знакомых?

– Мишель!
– воскликнул я от изумления.

– Потише! От вас ничего не скроешь, - проговорил этот парень.

Я знал, насколько Мишель, то же русский, бывший Миша, был предан Сержу, как он участвовал во многих его опасных приключениях, словно верный пес, помогая ему, но никогда не забывая и свои интересы.

Он сказал Сержу:

– Есть новости. Бывшее заведение Мариуса Моншана снова открыто! Он продал парикмахерскую своему помощнику, и тот действует в качестве его преемника... А сам Моншан уехал в Марсель, свой родной город.

– Это уже неплохо, Мишель... Значит, Моншан внезапно разбогател?

– Судя по всему, именно так.

– А как с меркой?

– Об этом тебе скажет Владимир!

Весьма привлекательный мужчина, сопровождавший Мишеля, был ещё одним помощником Сержа. Он занимался сводничеством в Москве в среде "новых русских", потом перебрался в Париж. Красивый тип, без каких-либо принципов и исключительно храбрый. Я знал также, что, оказавшись вдовцом после внезапной смерти жены, он теперь ухаживал за молодой некрасивой племянницей банкира барона Ротшильда. Любительница бриллиантов была ослеплена и происхождением Владимира: он выдавал себя за потомка одного из знатнейших русских дворянских семейств. Мадемуазель Мишлет Ротшильд не скупилась на содержание Владимира.

Пока Серж разговаривал с Мишелем, Владимир ненадолго отлучился в погреб кабачка и поднялся оттуда с целой батареей бутылок.

– Старуха тебя видела?
– спросил его восхищенный гигант.

– Женщины ни в чем не могут мне отказать, - ответил с чарующей небрежностью молодой славянин.

– Выходит, ты ухаживаешь и за владелицей бистро?

– Друзья!
– вмешался Серж.
– Вы угоститесь винцом мадам "В гостях у кролика" после моего ухода. А пока я тебя слушаю, Владимир! Ты принес мерку ноги Теодоры Фарнезе?

– Более, чем мерку. Смотрите!

И он вынул из кармана выходные элегантные туфли, правда, поношенные.

– И эти туфли принадлежат Теодоре Фарнезе?
– недоверчиво спросил Серж.

– Принадлежали! Эта красотка несколько недель тому назад подарила эту пару туфель своей горничной. А горничная вскоре рассталась со своей щедрой хозяйкой, так как ей все труднее стало угождать, она стала ещё более капризной, завоевав сердце следующего своего богатейшего поклонника-грека. Теперь Жанин - горничная мадемуазель Мишлет.

– Благодарю и желаю тебе полного счастья!
– бросил Серж, убирая в свою сумку туфли.

И обернувшись ко мне, он добавил:

– Тессон! Ты сейчас можешь оставить меня. Постарайся быть послезавтра здесь же в такое же время - в одиннадцать часов вечера.

– Сделаю, - произнес я...

Когда я уходил, то услышал, как Серж сказал Мишелю и Владимиру: "Действуйте ещё активнее, ребята: ведь мы теперь на верном пути".

Я вернулся домой без каких-либо приключений, но все сказанное Сержем не давало мне спокойно спать...

* * *

Садясь через день в "такси", ждавшем меня на улице Бонди, я спросил Мишеля, есть ли у моего друга какие-либо новости. Тот ответил, что у Сержа есть вести, которые "все опрокидывают с ног до головы".

Но на улице Шарон мне не пришлось выходить из автомобиля. Ночную тишину прервали полицейские свистки, и едва машина остановилась, я почувствовал, как сам Серж прыгнул в автомобиль, уселся рядом со мной.

– Поехали! Сегодня здесь, должно быть облава на продавцов наркотиков. Поищем себе другое место!

Наклонившись вперед, он бросил Мишелю:

– Жми к углу набережной и площади Сен-Мишель!

– Нас преследуют?
– спросил я.

– За нами тоже на "такси" следует Владимир и Артур.

Я облегченно вздохнул. Он тотчас же произнес:

– Артур вернулся сегодня из Гавра.

– Из Гавра? Зачем он был там?

– Мне стало известно, что до событий в Пасси, туда на краткое время наведывалась Теодора Фарнезе.

– Я видел Теодору Фарнезе в комической Опере в субботу на неделе, предшествующей преступлению.