Женский хор
Шрифт:
Я соединила ладони перед лицом, поклонилась в знак благодарности и смирения, и в ответ он тоже поклонился.
Он вытер руки, закрыл дверь кабинета и спросил:
– Ты успела купить ВКС?
Я достала из сумки продолговатую коробку:
– Я побежала покупать ее в субботу вечером, за пять минут до закрытия аптеки.
– Вот как? – сказал он, подмигнув. – А я-то думал, что ты все выходные провалялась в теплой…
– Я так бы и сделала, если бы мне было чем кормить пятерых человек на протяжении трех дней.
– Пятерых человек?
– Это Жоэль так шутит. Когда я сильно влюблена, то, кажется, будто я ем за четверых.
– Понимаю, – сказал он, мягко забирая у меня коробку. – У тебя есть ко мне вопросы, или…
– Нет, – сказала я, – я в курсе. И потом, вы же все будете объяснять мне во время процедуры, не так ли?
– Да.
Он пошел к столику и стал готовить поднос с инструментами, а я вошла в кабину для переодевания.
– Я сниму только низ, правильно? – шутливо спросила я.
– Как пожелаешь.Видишь, мы даже халаты для пациенток купили.
На полке я увидела сложенные в стопку халаты и быстро развернула один из них, короткий, красивого зеленого цвета, на кнопках, очень простой, вроде тех, что носят женщины в американских фильмах.
Я сняла трусы и вздрогнула:
– Можно не снимать носки?
Он засмеялся. Мне нравилось, как он смеется.
Я вышла из кабины для переодевания и посмотрелась в зеркало. Я надела твою рубаху: так, даже если я стояла прямо, она закрывала бедра, и я была похожа на Жаклин Биссет в фильме «Буллит», мне это казалось очень сексуальным, а также более целомудренным, я собиралась показать ему свое непростое устройство лишь в последний момент и не хотела, чтобы он увидел его прежде, чем я лягу на кресло.
Я подошла к нему, в носках, он медленно повернулся, улыбнулся, протянул руку, пробормотал: «Добро пожаловать» – и отодвинул скользящую занавеску, открыв моему взору новое гинекологическое кресло, из тех, что я еще никогда не видела. Заметив, что я ищу лесенку, он показал, что поставил ее сбоку. На долю секунды я перестала понимать, что происходит, я не могла найти свои ориентиры, это ненормально, я никогда не поднималась на гинекологическое кресло, я…
Тогда он сделал то, что делал со всеми пациентками: успокоил меня и пригласил подняться на кресло:
– Видишь ли, бремя условностей очень тяжелое, много лет я жаловался, что у меня нет подходящего материала, техники, администрация ничего не хотела слышать, но когда появилась ты, я подумал: почему меня это останавливает? Если я хочу работать с хорошим инвентарем, я могу его себе позволить и все тут; и все же это кресло я купил благодаря тебе (тогда я заметила, что новое кресло по меньшей мере в полтора раза больше обычных. Заметив мое удивление и замешательство, Франц улыбнулся, и я поняла, что у кресла нет стремян, что его две части расположены горизонтально и что он предлагает мне лечь набок, повернуться к нему спиной и принять английскую позу), подумав, что так удобнее, целомудреннее, скромнее: женщины не обязаны раздвигать ноги, чтобы лечиться.
СКЛЕП
Я была на седьмом небе. Жизнь мне улыбалась. Мне хотелось танцевать, как Джули Эндрюс в фильме «Моя прекрасная леди»,и петь во все горло, как в фильме «Звуки музыки».Мне скоро тридцать, у меня чудесная профессия, я работаю с потрясающими людьми, которые стали для меня больше чем друзьями (у нас появилась привычка раз в месяц ужинать вместе у кого-нибудь дома), у меня разворачивались великолепные любовные отношения… и я вновь обрела папу.
Однажды утром он пришел в 77-е отделение, до моего приезда. Поднимаясь по ступенькам, я заметила силуэт мужчины, оживленно беседующего с Алиной, которая – как он мне позже рассказал – описала меня как идеальную девушку, милейшую подругу и непревзойденную женщину-врача, именно в таком порядке. Когда я вошла, он стоял ко мне спиной, но я сразу узнала его плечи и, сдерживаясь, чтобы не заорать во все горло, бесшумно подошла, прижав палец к губам, чтобы Алина меня не выдала, и сделала то, что всегда делала, когда была маленькой: приложила ладони к его глазами и сказала: Guess Who?[79] – тоненьким голоском, и почувствовала, как он вздрогнул, помолчал и ответил: Let me see… How many guesses do I get, O Genie?[80] , а потом повернулся и обнял меня: Hello my beautiful girl! I missed you so much, Sweetheart![81]
В то утро он пробыл у нас недолго, он торопился на встречи и хотел сделать мне сюрприз. Вечером мы вместе ужинали, без Жоэля, и даже не говорили о нем. Вновь обрести их двоих в течение нескольких недель – это было слишком, я боялась их потерять, хотела познакомиться с ними заново, не класть их слишком быстро в одну корзину из страха, что поссорюсь с одним или другим… или с ними обоими. Да, знаю, может быть, вся эта осторожность ни к чему, но даже когда я счастлива, сияю и купаюсь в счастье, я предпочитаю не торопиться, и если я и могу дать девушкам, оказавшимся в такой же ситуации, какой-нибудь совет, то только один: прежде чем знакомить двух мужчин-из-нынешней-жизни, особенно если и тот и другой – яркие личности, лучше действовать осторожно.
*
– Э… ты с ним обо мне не говорила? – спросил Жоэль, глядя на антрекот, который только что поставили перед ним на большой стол из грубого дерева в кафе «Москит».
– Нет. Еще нет. Впрочем, я с ним еще почти ни о чем не говорила. Я не тороплюсь, потому что чувствую, что ему нужно мне многое сказать, но он, видимо, не знает, с чего начать, поэтому я воспользовалась некоторыми постулатами прикладной психологии, которыми один мой знакомый, которого я едва знаю, пичкает меня каждый вечер… ммм… шутка.Пока я рассказываю отцу о том, что произошло в моей жизни за последние годы. Когда я увижу, что он готов перейти к главному, я выслушаю все, что он захочет мне сказать. У меня чувство, что он тянет волынку, но я не знаю, какой она формы или даже что это за волынка…
Жоэль жестом подозвал официантку и попросил перец.
– Думаешь, его что-то беспокоит? Он что-то от тебя скрывает?
– Не знаю. Как будто он ждет, что я задам ему конкретный вопрос, и тогда он произнесет ответ, который вынашивал долгие годы.
– Понимаю. А поскольку новая Джинн считает, что когда задаешь вопросы…
– Не получаешь ничего, кроме ответов…да, ты понимаешь мою дилемму: я не хочу устраивать ему допрос. Если бы я знала, хотя бы в общих чертах…
– Это придет, – сказал он, щедро посыпая мясо молотым перцем. – Дай ему время. Дай себе время.
Он отрезал кусок стейка, медленно поднял вилку, как титановую ракету, и по правильной траектории направил ее к моим губам.
– Как ты узнал, что…
– Я прочел это в твоих глазах.
*
– Джинн, ты мне нужна.
Мой мобильный зазвонил в самый разгар консультации. Увидев номер Сесиль, я взяла трубку:
– Что-то не так? Симптомы возобновились?