Женюсь на первой встречной-поперечной
Шрифт:
Шагаю и вижу знакомую майку с дурацкой надписью на спине.
— Лобанов! А ну, стой!
Друг замечает меня, шарахается в сторону и хочет убежать. Дожили…
— Макс! Мне нужна твоя помощь.
Перехватываю у двери. Мотает головой, ему не нравится моя просьба. С этих слов обычно начинается все, что может плохо кончиться.
— Да что ты, в конце концов?! — спрашиваю. Поворачивается. Молчит. А потом открывает рот и что-то мычит. Язык, похоже, и правда опух. — Оса укусила? — начинаю ржать. Он показывает средний палец и отворачивается. А затем набирает сообщение:
«Твоя свадьба дорого обошлась. Не могу разговаривать, живот крутит и с головой что-то не в порядке».
— А, ну с головой — это твое нормальное состояние, — хлопаю по плечу. — Мы программисты немного странные, так что…
Макс опять пытается что-то сказать, но я перебиваю:
— Ладно, приятель, ты молчи, я сам говорить буду. Мне надо за Ликой и в ЗАГС, — на ходу рассказываю ему о том, что приключилось с утра. Он даже не улыбается. Просто сопит. Совсем как Джо. Отличный собеседник. Молчаливый. Понятливый.
Выслушав, вздыхает и заводит авто. Хорошо, что у него кроме «феррари» моей утопленной, есть джип.
— Ну спасибо, братан. Удружил. Сейчас я за Ликой схожу, подвезешь нас до ЗАГСА? — делаю просящее выражение лица. Кивает и вылезает, чтобы пойти за мной. В ответ на вопросительный взгляд быстро набирает сообщение, потому что мычание я не понимаю.
«Отвезу, если туалетом разрешишь воспользоваться. Долбанные лягушки!».
— Отведали деликатесов? — смеюсь. Он кивает и раньше меня в квартиру забегает. Больше в этот клуб ни ногой…
— Лика! Я пришел. Ты где?
Но вместо жены меня встречает Джо. Как всегда, счастлив меня видеть. Да так, что от счастья несколько раз метит мне брюки. А я тазик не прихватил с работы...
— Джо! Вот блин! — ругаю собаку. — Лика, ты с ним все-таки не гуляла?! — захожу в комнату в поисках девушки. Никого. Только какая-то бумажка на полу лежит разодранная. Пес садится и с довольным видом начинает жевать бумагу, едва успеваю отобрать остатки.
Собираю слюнявые клочки в подобие записки и пробегаюсь глазами. Закипаю от прочитанного. Ну и Лика! Вот так сюрприз…
— Вылезай, Лобанов! Некогда заседания проводить! — зову. Друг кряхтит и выходит. Даю ему лекарство, иначе будем под каждым кустом тормозить. А машину свою доверить он мне не хочет почему-то… Может, потому что я уже одну утопил?
— Да, Максим. Не смотри на меня так. Он тоже с нами едет, — запихиваю пса в новенький кожаный салон, строго-настрого запретив его драть и грызть. Ну разве что самую малость. Там, где незаметно. Но он, конечно, делает вид, что не понимает по-русски. Мопс, что с него взять? Древнекитайская порода…
«Куда ехать?» — жестами спрашивает Макс, забиваю в навигатор адрес, и мы отправляемся в путь. Не думал, что так скоро снова поеду «навещать» бабу Люду.
Инициатива наказуема
— Ну и дорога, на вертолете и быстрее, и приятнее, — говорю Лобанову, когда меня в очередной раз подкидывает на кочке. Уже смеркается, а неровности на сельской дороге не подсвечивают.
К счастью, мы почти приехали.
«Цветы», — пишет мне Макс.
— Ну да. Лето, цветы, птички поют.
«Лике букет надо», — приходит новое сообщение.
— Идея неплохая… Но где я тебе тут найду магазин?
Лобанов резко тормозит и указывает пальцем куда-то вперед.
— Да там целый цветник!
Переглядываемся.
— И чего делать? Тут забор. Да и нехорошо это… воровать.
«Лезь. Никто не увидит», — пишет Макс, протягивая мне пять тысяч. «Вот. Положи в клумбу, найдут. Как будто купили».
— А чего сразу я? Давай рассчитаемся? «На камень, ножницы, бумага».
«А кому на Лике жениться тоже жребий кинем?»
— Ага, губу закатай. Или тебе слабо?
Лобанов что-то бубнит, но все-таки протягивает кулак. У меня выпадает «камень», у него «ножницы». Победа за мной.
— Вперед. А я пока с собакой прогуляюсь. Его укачало на этих ямах.
Макс оглядывается по сторонам. Наверное, уже жалеет, что идею подал. Но инициатива наказуема.
Отхожу подальше, чтобы не привлекать лишнего внимания, но пес почему-то решает, что нужно удобрить именно этот «огород» и следуя примеру Лобанова, пролезает в заборчик. И как не застрял?
— Джо! — кричу шепотом, но он уже роет ямку. Как раз посередине большой клумбы с пионами. — Макс! Давай быстрее! Плевать на цветы! Забирай его, и валите. Там кто-то есть! — предупреждаю уже в голос.
Друг срывает пион, и в этот момент раздается оглушительный «ба-бах»!
Лобанов и Джо, не сговариваясь, пулей срываются с места. Их не останавливает даже забор: оба перескакивают его легко и грациозно.
— Говорил, не трогать цветы! — орет в спину мужской голос. Но мне совсем не хочется узнавать кому он принадлежит. Я тоже бегу к машине и первым запрыгиваю за руль. Макс открывает дверь, но его опережает Джо. Мопс вообще, кажется, потерял половину веса после такой пробежки. Надеюсь, заикаться не начнет, когда будет лаять. Мопсы существа ранимые — с тонкой душевной организацией. Странно, что он прямо в этой клумбе в обморок не упал.
— Давай быстрее, — выдергиваю у Макса цветок. Лобанов выглядит бледным. И почему-то не садиться, а как-то странно размещается на сиденье. Боком. — Ты чего? В штаны наложил от страха? — удивляюсь, заводя мотор.
— Поехали быстрее! Умник! — шипит и за ногу держится.
Давлю на газ и только после этого замечаю, что у друга прорезался голос.
— Исцелился? Язык не болит?
— Нет. Зато сидеть теперь не смогу еще долго! — рявкает. — И все из-за твоих пионов! Сам бы лез!
— Так это что тебя из ружья? Ранен? — бледнею.
— Ага.
— Надо в больницу?
— И чего я им скажу? Воровал цветы, и сторож меня солью подстрелил?!
Переглядываемся и начинаем ржать. Наверное, Лобанова легонько задело. Либо, наоборот, слишком сильно контузило. — Так что ты теперь мне не только за бензин должен, но и за моральный ущерб и лечение. Ну и штаны новые, эти, кажется, с дырой.
— Сочтемся, братан, — прикусываю губу, чтобы снова не рассмеяться. Жалко друга.
— Тормози Сафин, надо соль смыть. Щиплет! — упрашивает Макс. — Читал в какой-то байке, что вода помогает.