Чтение онлайн

– Ага!
– произнесла Бренда, и в глазах ее заплясали лукавые искорки.
– Так это то озеро...

Мой взгляд заставил ее прикусить язык. Третьего дня я не в меру разоткровенничался с сестрой и рассказал ей романтическую историю своего знакомства с Дейрдрой - и вот она чуть не проболталась об этом в присутствии моей дочери. Пенелопа уже знала о Дейрдре, но вряд ли ей было бы приятно услышать, что сейчас она находится там, где ее отец влюбился в другую женщину.

– Так это, - после короткой паузы поспешила исправиться Бренда, твое любимое озеро, о котором ты мне говорил?

– Да, - с облегчением ответил я.
– Прелестное местечко, не так ли? А весной здесь вообще восхитительно.

– В самом деле, - сказала Пенелопа, обводя взглядом окрестности. Здесь очень красиво. Жаль, что я принципиально не пишу пейзажи.

– Так измени своим принципам, - посоветовал ей Брендон.
– Твоя принципиальность в таких вопросах сродни закомплексованности... Между прочим, Артур, - обратился он ко мне.
– Ты был прав. Формирующие здесь действительно "кусаются".

– А я уже установила контакт, - похвасталась Бренда.
– Через Самоцвет. Оказывается, это раз плюнуть.

Пока Брендон и Пенелопа, сосредоточившись, проделывали "это раз плюнуть", я изложил им свои соображения:

– Мы не можем вот так сразу переместиться в мой замок. В этом мире пока что неизвестно явление тоннельного перехода, и если мы появимся в Каэр-Сейлгене из ниоткуда, нас, чего доброго, примут за исчадий ада.

– Это уж точно, - согласилась Бренда.
– На Земле Хиросимы кое-кто подозревал, что я обитаю в канализационной системе, вследствие моей дурной привычки входить и выходить из Тоннеля в туалетных кабинах.

Я вежливо рассмеялся.

– А однажды, - продолжала сестра, - даже случился скандал. За мной попытался приударить один тип, такой прилипчивый, что не отдерешь. В один прекрасный день, вернее, вечер, мне пришлось улизнуть от него через дамскую комнату в баре. И представь себе - он простоял под дверью битый час, а затем, встревоженный, вызвал полицию. Когда меня нигде не нашли, его, разумеется, подняли на смех, а он решил, что я самая что ни на есть настоящая ведьма и стал относиться ко мне с опаской. О дальнейших ухаживаниях уже и речи быть не могло.

– Вот так Бренда отшивает своих поклонников, - с усмешкой заметил Брендон. Его самоуверенный вид свидетельствовал о том, что он успешно справился с Формирующими.
– Но если говорить обо мне, то я для этой цели чаще использую кабины лифтов и телефонные будки.

– К сожалению, - сказал я, - здесь нет ни дамских комнат, ни лифтов, ни телефонов. Пока что нет. Поэтому нам придется сесть на старых добрых лошадок и въехать в мой замок подобающим образом. Правда, само мое появление вместе с вами в этих краях вызовет множество толков, но я здесь хозяин, и никто не вправе требовать от меня объяснений. Что же касается ваших вещей, то я могу телепортировать их хоть сейчас.

– А как насчет лошадей?
– отозвалась Пенелопа.
– Ты позаимствуешь их в своем замке, или наши первые шаги в этом мире ознаменуются конокрадством?

– О нет, обойдемся без воровства. Накануне я связывался с Морганом Фергюсоном и попросил его приготовить лошадей. Надеюсь, он не забыл об этом.
– Я достал из кармана зеркальце.
– Сейчас я переговорю с ним.

Я даже не подумал предупреждать родных, чтобы они не мешали мне; это было само собой разумеющимся. Лишь чисто машинально я сделал специальный жест, означающий, что разговор предстоит не конфиденциальный, а значит, присутствующие могут оставаться на своих местах.

Я сосредоточился на зеркальце, и почти сразу по его поверхности пробежала мелкая рябь; затем оно стало матовым и произнесло голосом Моргана:

– Кевин? Ну, наконец-то!

Туман рассеялся, и в зеркальце появилось изображение Фергюсона, восседавшего в широком кожаном кресле, которое показалось мне знакомым. Также я увидел нижний край портрета, висевшего на стене позади него.

– С тобой все в порядке?
– спросил Морган.

– Как видишь, да, - ответил я.

– Ты уже вернулся?

– Да, сейчас я на Земле Ар...
– Я осекся.
– В общем, я вернулся.

– Где ты находишься?

– В Лохланне.

– Ага.
– Взгляд Моргана устремился мимо меня на озеро за моей спиной.
– Живописное местечко ты выбрал... Однако почему так далеко?

– Я же говорил тебе, что прибуду вместе с родственниками... Ах да, это я говорил Дейрдре.

– Я знаю, - кивнул Морган.
– Твой брат и две сестры.

– Вот то-то же. Пока суть да дело они поживут в моих владениях, а потом мы решим, под каким соусом преподнести их в Авалоне. Беда в том, что они очень похожи на меня, и нет никакой возможности представить их, скажем, как заморских гостей.

– Это не беда, - ответил Морган.
– Даже напротив - если они похожи на тебя, то никто не будет сомневаться, что они твоя родня.

– Вот как?
– озадаченно произнес я и приблизил зеркальце к своему лицу, увеличивая угол обзора. Промелькнувшая в моем мозгу догадка оказалась верной: Морган сидел в кресле Колина, а над ним висел портрет Дейрдры в платье цвета морской волны и с букетом васильков в руках. Моя любимая ослепительно улыбалась мне...
– Дружище! Что ты делаешь в королевском кабинете?

Морган натянуто усмехнулся.

– В данный момент это кабинет регента королевства, - сказал он.
– И я нахожусь здесь по праву главы Регентского совета.

Я опешил.

– Что?! Колин умер?

– Нет. Он по всей форме отрекся от престола, а затем исчез в неизвестном направлении.

Несколько секунд я, разинув рот, переваривал это известие. Потом в голову мне пришла мысль, что теперь между мной и престолом больше не стоит мой друг Колин, а нового короля, младшего брата Даны, я смогу потеснить без особых угрызений совести. В конце концов, я будущий муж Дейрдры, единственной дочери короля Бриана; кроме того, мой прадед был законным правителем Лайонесса...

– Как давно это произошло?
– наконец спросил я.

– Позавчера.

– А почему ты вчера мне ничего не сказал?

– Во-первых, не было времени - ты вызвал меня в самый разгар дебатов на Государственном совете. А во-вторых, я не хотел обнадеживать тебя, пока ситуация не прояснится.

– Обнадеживать?
– переспросил я, невольно краснея. Неужели Морган прочел мои мысли?

– Дело в том, - продолжал Морган, - что Колин отрекся от престола не в пользу Дункана Энгуса-младшего, как ты, наверное, подумал.