Чтение онлайн

От досады я вцепилась в волосы и дёрнула. Боль немного отрезвила меня. Надо успокоиться, взять себя в руки, попробовать объясниться с Эриком. Он должен узнать правду и тогда захочет помочь мне вытащить Ричарда из беды. Одна я не справлюсь. Мне нужны сообщники.

Генри обладает повышенной магией. Его способности очень бы пригодились, но захочет ли он помогать мне? Вдруг его любовь ко мне эгоистична, и он оставит меня наедине с проблемами? Впрочем, он благороден не только внешне, но и внутренне, так что сомневаться в нём даже как-то неуважительно.

Помощь Патрика тоже не помешала бы. У него отец работает в мэрии города и наверняка имеет нужные связи. Тут же представила, как Патрик начнёт подшучивать надо мной, что только я могла оказаться в столь неприглядной ситуации. Это как раз в его духе.

Зато Рейчел и Кэти безусловно поддержат меня. Представляю, как обрадуется Кэти, узнав, что Ричард – порядочный и благородный, а не циничный негодяй, каким он сам себя представил на суде. По поводу Рейчел я была уверена, что она согласится на любую невероятную затею. Где авантюра, там она.

Даже Рафаэль может вызваться помочь Ричарду, несмотря на то, что никогда не ввязывался ни в какие сомнительные мероприятия. Уж больно осторожный во всём. Лощёный аристократ с надменным взглядом. Всегда спокойный, уравновешенный, каштановые волосы прилизаны, взгляд и движения неспешные. Высок, строен, держит осанку, следит за манерами, хорошо одет. Но при этом совсем не заносчив. Добряк. Да и порядочен очень.

Я вздохнула. Не хватает ещё друзей втянуть во что-то ужасное. Но без них мне не справиться.

Так, ладно, хватит киснуть. Все родители злятся на меня? Ну и пусть! Рано или поздно успокоятся. Сама виновата во всём. А пока что надо собраться с духом и пойти к ним. Теперь мне надо спасти Ричарда. Всё остальное – ерунда!

Я поднялась, отряхнув пыль с платья. Сначала подумала переодеться, а потом передумала. И так сойдёт. Поправила волосы, помахала ладонями возле глаз, чтобы скрыть следы слёз, пощипала щёки, чтобы придать свежесть лицу. Не хочу, чтобы знали, что плакала. Не позволю думать, что можно так просто загнать меня в угол и потешаться над моей беспомощностью! Вскинула голову и открыла дверь.

Какое-то время я гуляла по коридорам замка, чтобы дать всем возможность смириться с происшедшим. Не хотелось никого видеть. Всё равно наедине переговорить с друзьями не удастся, пока родители рядом. А сейчас они наверняка сидят в зале и обсуждают мою безрассудность.

Парочка призраков наткнулась на меня, и каждый посчитал своим долгом сочувственно пристроиться рядом. Пришлось прогнать их. Когда говорю, что хочу побыть одна, это не означает, что стерплю общество привидений!

Через час решила, что все страсти улеглись, и пошла в зал. Как и предвидела, все были там, рассевшись на резных диванчиках с ярко-красными мягкими сидениями и спинками. Шторы в тон креслам окрасили солнечный свет в красный. На белых низеньких столиках с витиеватыми ножками стояли вазы с алыми розами. На белых стенах висели портреты предков Эрика и перешёптывались. Они первыми заметили меня и, тыкая в меня пальцами, закричали:

– Вот она! Она вернулась!

Гордо выпрямив спину и вскинув голову, я прошла к свободному креслу и села. Обвела всех надменным взглядом и заметила перемену в их настроении. Интересно, до чего они договорились? Думаю, что Кэти и Рейчел скоро мне обо всём расскажут. А пока что я заняла выжидающую позицию.

– Мэри, пока тебя не было, - кашлянув, начала Элизабет Ноэль, – мы решили, что все твои друзья с родителями погостят неделю в нашем замке, чтобы поддержать тебя. За это время вы с Эриком разберётесь в отношениях, и после этого ты либо останешься здесь, либо уедешь с папой.

Я настороженно кивнула. Опять всё решили за меня. Видимо, это было всё, что она хотела сообщить мне, поэтому замолчала, изучающе глядя на меня.

Её слова прозвучали обидно. Значит, она с мужем собирается держать нейтралитет, пока Эрик будет размышлять, нужна ему такая жена, или нет. Миссис Ноэль могла бы просто сказать, что нам с Эриком надо разобраться с ситуацией, и этого бы хватило на сегодняшний день. Но она не упустила возможности намекнуть на вероятность моего отъезда. Ну что ж, раз так, то не буду надоедать им своим присутствием.

– Отец, думаю, нам здесь не рады и следует вернуться домой, - с этими словами я встала, вскинув голову.

– Не стоит торопиться, - он поспешно подошёл ко мне и, ухватив за локоть, зашептал: - Ты что творишь?

Я подавила в себе чувство брезгливости к его словам. Почем он считает, что я должна спокойно сносить оскорбления семьи Ноэль?

– Я бы хотела поехать домой, - резко ответила я, выдёргивая руку.

Собравшиеся настороженно зашептались. Я стиснула зубы и пошла к двери. Раз здесь никому нет дела до моих чувств, и всем всё равно, что из-за меня хороший человек попал в беду, то мне надо искать других союзников. Возможно, родители Ричарда помогут мне. Поэтому решила ехать к ним.

Вышла за дверь, но вслед за мной выскочил мой отец.

– Да ты с ума сошла! – таким разъярённым он не выглядел никогда. Он захлопнул дверь и потеснил меня к стене. – Ты хоть соображаешь, что делаешь? Ты не смеешь уехать отсюда без разрешения Эрика! Он – твой муж!

– Вот ещё! – фыркнула я. – Хоть ты называешь его моим мужем, но это не так. Я намерена воззвать к звёздам. Они позволят расторгнуть навязанный мне брак.

– Этого не произойдёт! – отец стал ещё злее, хотя, казалось, что дальше уже некуда.

– Да? – усмехнулась я, еле сдерживая негодование. – И кто мне помешает? Моя жизнь принадлежит только мне! Я буду бороться за себя и за Ричарда!

– О, как ты заговорила! – воскликнул отец, стискивая мои предплечья. Я поморщилась от боли, а он продолжил: - Тогда учти, что ты собираешься совершить самое злостное преступление. Разводов в нашем мире нет и быть не может! Единственное, чего ты добьёшься, это собственной казни!

– Пусть так! – заорала я, отпихивая его. – Лучше умереть, чем жить по чьей-то указке!

Я была настроена решительно. Если всем нужна моя смерть, они её получат! Только перед казнью я должна буду добиться оправдания Ричарда, и тогда можно будет спокойно покинуть этот мир.

Отец стиснул зубы, заиграв желваками. Его глаза были холодны, а губы подрагивали.

– Ты действительно считаешь, что смерть – лучшее, что может быть? – удивился он, нервозно сжимая и разжимая пальцы.

– Такие законы кого угодно заставят расстаться с жизнью! – обречённо выдохнула я. – Но обиднее всего, что в твоём лице я вижу врага, продавшего дочь.