Чтение онлайн

– Ладно, герои, - хмуро проворчал Ерохин.
– Оба собрались и вышли. Глядеть на вас обоих тошно. Чему вас только учат, чудаков!? На передовую вас надо гнать...

– Вот-вот, для разнообразия - там самое место...
– хмыкнул Васька.

– Ножик отдайте, - обиженно засопел старшина, поднимаясь.

Он массировал левую руку и был кирпично-красным от боли.Его подчинённый выглядел не лучше. Когда его глаза, подёрнутые поволокой встретились с Васькиными, он тонко вскрикнул.

– Обойдёшься, на ножик заработать надо. Ножик ему задарма...

Когда "герои" вышли, Ерохин спокойно спрятал пистолет в кобуру. Он принял непринуждённую позу и изобразил на лице самодовольную улыбку.

– Ладно, голубь, приношу свои извинения. Приказано тебе доверять... Убедил... Хоть и есть лично у меня некоторые сомнения, но приказ есть приказ. С этого дня поступаешь в моё распоряжение. Приказ командования, ничего не попишешь. И ещё...

Рука капитана потянулась к планшетке, лежащей тут же, на столике. Он клацнул замочком и в следующий момент извлёк из неё новенькие офицерские погоны с тремя звёздочками, с красным пехотным кантом и перекрещёнными ружьями в эмблеме.

– Приказом командования вам присвоено внеочередное воинское звание старший лейтенант. Теперь ты - прочно в нашей системе, поздравляю.

– Поздравляю сам себя... благодарствую...
– начал было Васька проглатывая слюну, но затем опомнился и выпалил: - Служу трудовому народу!

– Ну уж, и мои поздравления прими, - рука Ерохина как бы невзначай потянулась к нему.

Ударить бы тебя или сломать, мелькнуло у Васьки в голове. Но он пожал протянутую руку:

– Что ж, спасибо вам, товарищ капитан. От всей души.

– Полагается обмыть, - прищурился Ерохин.
– Но мы этого пока делать не станем.

– Можно и потом.

– ...в буквальном смысле, - усмехнулся Ерохин.

Он отстегнул от портупеи флягу,открутил алюминиевую пробку. Затем погрузил внутрь отстегнутые от зажимов звёздочки с погон:

– Вот так обмывать будем. Чем не традиция? Трезвая голова погоны донесёт, звёзд не растеряет...

Через час они уже неслись на трофейном "кюбеле" с поднятым камуфляжным чехлом в направлении Смоленска. Но перед этим Ерохин подробно осветил все детали предстоящей операции. Детали были такие - у Васьки даже в зобу дыханье спёрло...

– ..Вот сейчас с объектом в контакт войдёшь осторожненько и лёд сдвинется. только учти - объект серьёзный, подготовленный, - напутствовал его капитан.
– Ещё с довоенных пор. так что уговор: не зевать, рук и слюней - не распускать...

– Нда-а-а...
– Васька, подпрыгивая на сидении, старательно изучил все предложенные ему фотографии.
– Объект что надо. В самом соку-с...

– Не ёрничайте, товарищ старший лейтенант, самому понятно. В твои задачи входит представить всё так, будто ты ищешь довоенные связи, пробиваешь каналы. Ясно?

– Вполне.

– Ну вот и молодца! А теперь слушай и запоминай...

Ерохин, словно стесняясь гула двигателя, шепнул ему на ухо адрес и условный пароль по месту "ящика".

– Ящик?
– Васькины брови понимающе сложились в гармошку.
– Это не просто явка?

– Не просто. Туда складируется резидентура на оседание, оттуда - выносят и передают... Я тебе поэтому и говорю - будь спок!

***

Через сутки, получив комплект поношенной формы лейтенанта артиллерии, вещевое и продуктовое довольствие и все полагающиеся документы, в том числе офицерское удостоверение на имя Ивана Борисовича, старшего лейтенанта и уполномоченного отдела СМЕРШ 3-го ИПТАП 445-ой СД Центрального фронта он уже ходил с видом знатока по улица Смоленска. Он зашёл на вещевой рынок и оценивающе прошёлся вдоль рядов барахольщиков, где предлагались новые и поношенные костюмы, разной годности примусы, чайники, сковородки и прочая утварь. Мимо него уже кого-то, взлохмаченного и с синяком, в разорванной гимнастёрке, провёл комендантский патруль. Ваське показалось знакомым это лицо - парень был на вид восемнадцати лет, усыпан конопушками, но с пугающе-спокойными серыми глазами. Но он пока никак не мог вспомнить да и не желал напрягаться ради такого пустяка. Потом вспомнится - в самый подходящий момент. Или неподходящий... Но, как говорится, в самый нужный - не убавить-не прибавить. Словом, ещё будет время.

Он обошёл ряды, где торговали продуктами: задержался у торговцев сахарином. Затем взошёл на паперть смоленского собора, где пообщался со старушкой в церковной лавке, купил четыре свечки грубого серого воска. Он установил их поочередно в таком порядке: возле иконы Святого Александра Невского, Пантелеймона Целителя, Божьей Матери и Христа Спаса.

При выходе из собора к нему подошёл малыш лет 7-10 в ношенной курточке из германского френча и в вылинявшей, видавшей виды будённовке.Ни много-ни мало, но - попросил на семечки... Васька усмехнулся и сунул ему в руку с чёрными ногтями аккуратно сложенный бумажный червонец. причём купюру, уже сложенную вчетверо, он вынул из правого нагрудного кармана гимнастёрки и сделал это левой рукой...

Покружив по рынку до 11-50 т сверившись с командирскими часами-компас, Васька, он же Спицин, решительно забросил вещмешок за спину. Этого оказалось достаточным, чтобы сорваться с места и двинуться по Советской, при немцах - Адольфгитлерштрассе, а при царе - Кадетской вниз - к Депру. Возле дома на Советской,7, отмеченного в предписании военной комендатуры, которое было заверенного настоящим числом,он остановился и решил привести себя в порядок. Вынул баночку ваксы, обувную щётку и бархотку, принялся надраивать кирзовые сапоги так, что через 15 минут они загорелись синеватым отблеском в лучах оранжевого летнего солнца.Затем, Васька поднялся на второй этаж по скрипучей лестнице с высокими потолками, где местами виднелась дранка и пахло мышами, прошёл по такому же длинному коридору. Постучал в нужную дверь.

– Вам кого?
– прозвучал певучий женский голос.

– Вас, прекрасная сеньора! Здравствуйте! Я из комендатуры, определён к вам на постой. Отворяйте пожалуйста, не то помру от смущения...

Дверь немедленно открылась на хорошо смазанных петлях, которые и не думали скрипеть или скрежетать. Сначала выглянуло миловидное личико с прямым носиком и пытливым взглядом серых глаз, под которыми собирались морщинки. (Васька тут же машинально отметил, что особе, видать, пришлось много хлебнуть и не такая она молодая... Или немцы использовали в интересном качестве в походном или стационарном борделях, либо находилась в "фильтрации" СМЕРШа или чекистов и используется в качестве внешней агентуры.) Показалось плечико, обтянутое голубым ситцем с белыми кружевами на воротнике и вырезе - там вздрагивали женские окружности, на которые строго воспрещалось пялиться.