Чтение онлайн

— Ну, хватит, Дэн, просто налей старой кошелке чашку чая.

— Не забывайся, ты говоришь о моей матери.

— Знаю.

— Она услышит.

— Нет, не услышит сквозь весь этот шум.

Я попыталась пересыпать чипсы в тарелку, но она оказалась слишком мелкой. Дэн дотянулся до шкафа и передал мне миску.

— Вот, держи.

— Спасибо, Дэн. Кексы Молли выглядят очень аппетитно, правда?

— Угу.

— Ты не мог бы отнести на стол вот это и еще кое-что? А я поставлю чайник для твоей мамы.

Молли всучила ему тарелку с маленькими сэндвичами, на которых все корки у хлеба были срезаны, чтобы детям было удобнее их есть.

— Думаю, это я смогу.

Но, выходя, он улыбнулся, и мне показалось, что он уже успокаивается, из-за чего бы ни дулся.

— Положить ей что-нибудь в чай?

— Беладонны, пожалуй, или еще что-нибудь в этом роде.

— Если у тебя есть это что-нибудь — давай.

Праздничный чай прошел очень хорошо, хотя Сидни, которая съела целую тарелку сосисок в булочках, затем заявила, что ее мама просила напомнить нам, что она вегетарианка. Лили и Альфи зарделись от смущения, когда им спели «С днем рождения», а потом мы играли в «Море волнуется раз» и в спящих львов, пока не пришло время расходиться по домам, и тогда Молли раздала всем мешочки с подарками. Когда Эзра и Мейбл собрались уходить, мы вспомнили, что совершенно забыли про желе, и дали каждому по полной миске. Весь дом был вверх дном, но Молли заверила, что ее это не беспокоит, и все, что ей сейчас нужно — это чашечка чая и немного отдыха. Приехала Лола, сказав, что стояла в пробке за хлебоуборочным комбайном, и мы все уселись есть желе, а в конце концов разговорились о родах, поэтому Джим с Дэном сбежали в сад, чтобы сложить надувной замок.

— Я, честно говоря, уже совсем не хочу этого.

Молли выглядела уставшей. Надеюсь, она не слишком переутомилась.

— Трудно тебя обвинять в чем-либо: с Эзрой было просто самоубийство, да и с Мейбл все шло не лучше.

— Но второй ребенок всегда рождается быстрее, правда ведь? Моя сестра сказала, что после первых родов дальше идет уже без проблем. Так что я уверена, у тебя все будет в порядке.

Молодец, Стелла. По крайней мере, она пытается подбодрить и успокоить Молли. Лола бросила на нее довольно раздраженный взгляд, но Стелла либо не заметила, либо она сделана из более твердого материала, чем я думала.

— Я смотрю, ты много знаешь о детях.

— О, у моей сестры их трое, а на курсах йоги у меня полно беременных. Должно быть, я хожу не в свою группу, но по сравнению с ними я такая стройная, что мне это нравится.

— Да, я тоже занималась всякой фигней вроде йоги — часами сидела в белом трико, визуализируя свою матку, раскрывающуюся, как лепестки цветка. Но это все туфта: когда дело дошло до родов, меня накачали всеми возможными лекарствами, а потом они не могли его вытащить, и пришлось использовать эту штуку, ну, типа пылесоса, которую детям надевают на головы. У Эзры потом несколько дней была заостренная голова. И с Мейбл было то же самое. Господи! А что касается всей этой ерунды насчет кормления грудью? Боже, мне никто не говорил, что это так скучно. Через пару месяцев я была сыта по горло, и мне кажется, никого не хватит на дольше. Я подпирала Мейбл диванной подушкой и кормила из бутылочки, она скоро приноровилась. Это экономит кучу времени.

Я точно могу сказать, что Молли этого не одобряет, да и я, если на то пошло, тоже, но уверена, что Лола преувеличивает. Стелла сказала, что пора немного прибраться, и вручила Лоле большой черный пакет с мусором. Но та просто поставила его на пол и сказала, что должна забрать детей домой, потому что уже очень поздно, а когда они уходили, Эзра и Мейбл принялись лупить друг друга своими мешками с подарками.

— Какая неприятная женщина. Извините, я знаю, что она ваша подруга, но мне как-то приходилось работать на такую, как она — все эти фальшивые улыбки и желание постоянно быть в центре внимания. Она была просто сука.

Молли улыбнулась.

— Ну, с Лолой-то на самом деле все в порядке, просто она, знаешь ли, склонна преувеличивать.

Дорин все еще дулась, когда мы уезжали, но никто не мог понять, на что именно. Когда мы вернулись домой, мама была совершенно вымотана. Джим и Стелла собрались в город на другую вечеринку. Надеюсь, на той будет поменьше желе.

— Что ж, через неделю в это время ты уже будешь в Италии.

— Знаю. Дождаться не могу. Если ты еще не передумал везти нас в аэропорт, мы можем обговорить время и все остальное, потому что нам надо быть там довольно рано.

— Да, знаю. Ты говорила. Хватит паниковать. Я могу приехать накануне вечером — как раз постреляю из лука.

Мы проводили их, когда они уезжали, и Альфи выпустил им вслед несколько стрел, за которыми мне потом пришлось выходить на дорогу. А затем я налила маме чашку чая, когда уставший Альфи свернулся калачиком перед телевизором.

— Спасибо, милая, мне как раз это было нужно. Хороший получился праздник, правда?

— Да, Альфи был в восторге. И спасибо, мам, большое спасибо за еду и за все остальное.

— Ему понравился велосипед, правда?

— Очень понравился.

— Как летит время! Я как раз думала сегодня днем, что помню вас с Джимом в этом возрасте, как будто это было вчера. И вот я смотрю на тебя сейчас.

— Что, я до сих пор вся в желе?

— Стелла показалась мне милой девушкой, могло быть гораздо хуже.

— Да, мам, но Джиму ничего не говори, ты ведь знаешь, какой он.

— Он всегда был таким. Скрытным, как твой отец. Кстати, интересно, где его носит? Он должен был прийти уже около получаса назад — может, торчит в баре в этом идиотском гольф-клубе?

Но я уверена, она забеспокоилась. Отец пришел минут через пять и сказал, что у кого-то спустило колесо, поэтому он задержался помочь, что очень на него похоже. Они поехали домой, споря, что будет на ужин.

— У нас есть копченая селедка, а она долго храниться не будет.

— Ты же знаешь, я не очень люблю копченую селедку.

— Так нужно было сказать.

— Я говорил. Я все последние тридцать лет тебе твержу, что не люблю копченую селедку.

— Ну, так я впервые об этом слышу. А что если я приготовлю ее с яичницей-болтуньей?

Джим приехал на рассвете, чтобы отвезти нас в Гэтвик, бросил взгляд на мой костюм и сказал: «Бортовой экипаж. Открыть двери».

— Ты что, пытаешься сказать, что я выгляжу, как стюардесса?

— Нет.

— Это хорошо, потому что я не в настроении шутить. Я ужасно устала — полночи упаковывала вещи, а потом не могла заснуть.

— Что-то он подозрительно синий, тебе не кажется?

— Потому что это военно-морской костюм. Это только на время перелета. Я где-то читала, что нужно быть прилично одетой, когда летишь куда-нибудь, потому что если твой рейс будет забит под завязку, то тебя могут посадить классом выше.

— Хорошая мысль, вот только есть одна ма-аленькая проблема.

— Какая?

— Альфи. Тебя не пустят с ним в бизнес-класс, не так ли? Большим мальчикам в деловых костюмах это не понравится.

— Верно, но, по крайней мере, нас не посадят рядом с туалетами.

На самом деле, готова поклясться, что именно там нас и посадят. Просто поразительно, сколько людей до сих пор считает, что к детям нужно относиться как к токсичным отходам. Обычно это те же самые люди, которые думают, что позволять своим домашним животным бегать и рыться в твоем саду — вполне нормально. То есть, конечно, есть дети, которые ведут себя так ужасно, что хочется сделать их родителям смертельный укол, но Альфи обычно довольно спокоен. Ну, не считая того, что он тихонько поскуливает и иногда проливает сок. В самом деле, учитывая последнее, хвост самолета — это как раз то, что надо.