Чтение онлайн

— Да, Паха, здорово… Я? Я на работе ещё пока...

Салтыков вышел с телефоном в коридор, чтобы поговорить с приятелем наедине, без греющих уши сослуживцев.

— Ты прикинь, тут Олива опять меня доябывается, — подойдя к окну, сказал он, — Вчера вечером чуть дверь мне в квартиру не выломала. Как тебе такое, Илон Маск?

Паха Мочалыч аж присвистнул.

— Она чё, ебанутая что ли совсем?

— Ну а чё ты хочешь, она в дурке лежала… Туда нормальных просто так не кладут.

Салтыков выглянул в окно и так и обмер.

— Бля, Паха, по ходу, это они...

— Кто?

— Да Олива со своей гоп-компанией... Провалиться мне на этом месте, если не по мою душу пришли. Чё делать-то?..

— Чё делать, чё делать... Шифроваться! — усмехнулся Павля в ответ.

В пять часов вечера Олива, Никки и Ярпен уже стояли у входа в высотку. Подходя к зданию, они опять увидели серебристо-серую «Мицубиси», припаркованную около высотки, что окончательно подтвердило местонахождение Салтыкова.

— Отлично, значит, он тут, — сказала Олива, но тут же осеклась: по направлению к машине, буквально в нескольких метрах от компании прошёл Бивис, брат Салтыкова. Ребята, увидев его, моментально юркнули за угол высотки и притаились там, лепясь вдоль стены.

— Бляха-муха! — выругалась Олива, — Интересно, заметил он нас или нет?..

— Если заметил, то всё пропало, — сказала Никки, — Бивис сейчас наверняка предупредит Салта о том, что он снова окружён.

— Будем надеяться, что всё-таки не заметил, — произнёс Ярпен, — Но если даже он нас и заметил, и телефонировал Салтыкову, всё равно он в ловушке. Так или иначе, ему не уйти отсюда.

— Нам надо быстро проникнуть внутрь здания, — решила Олива, — Там-то мы и устроим ему засаду.

Это был удачный манёвр. Олива послала друзей обследовать здание высотки, из чего выяснилось, что кроме главного выхода, никаких чёрных ходов здание не имеет, следовательно, Салтыкову никаким другим путём оттуда не выбраться. Оставалось только ждать, пока он сам не капитулирует.

В половине шестого сотрудники организаций, закончившие свой рабочий день, валом повалили на выход. Но Салтыкова среди прочих не оказалось.

— Может, его тут тоже нет? — усомнилась Олива, — Или он проскочил так, что мы не заметили?

— Не думаю, — сказал Ярпен, — Он стопудово здесь.

— Тогда почему он не выходит?

— Наверное, затаился у себя в кабинете и ждёт, пока ты сама не уйдёшь, — предположила Никки.

— А как он поймёт, ушла я или нет? — сказала Олива, — Разве что Бивиса поставил где-нибудь караулить...

— Не, Бивиса-то вряд ли, — ответил Ярпен, — Я сам видел, как он сел в машину и уехал.

— Ну, тогда нам остаётся ждать до тех пор, пока ему самому не надоест прятаться, — заявила Олива, — Не может же он там заночевать!

Звонок Никкиного мобильника прервал их разговор. Это звонил Салтыков.

— Оль, он просит, чтобы ты поднялась к нему наверх, — сказала Никки, — Не делай этого. Это тактический манёвр: пока ты будешь подниматься, он тем временем успеет улизнуть. Лучше попроси его самого спуститься к тебе.

— Окей, так и сделаю, — сказала Олива, беря из её рук трубку.

— Алло, мелкий, — глухо произнёс голос Салтыкова, по которому было видно, что он не только не рад слышать Оливу, но и жутко нервничает, — Поднимайся ко мне наверх.

— Нет уж, лучше ты спускайся вниз, — сказала она тоном, не допускавшим возражений.

— Мелкий, у меня много работы, я спущусь, но ненадолго.

— Спускайся, — только и ответила Олива.

— Ну что? — полюбопытствовала Никки, как только Олива закончила разговор.

— Щас спустится, — отвечала та, нервно приглаживая свои непослушные курчавые волосы, — Нервничает. Должно, пересрал с испугу. А ты молодец, быстро смикитила! Я бы сама точно не допетрила и как дура попёрлась бы наверх, а он бы тем временем в два счёта смылся бы оттуда через чёрную лестницу…

— Не смылся бы, — с неожиданной жёсткостью в голосе сказал Ярпен, — Попробовал бы он у меня тут смыться! Я бы из него всю душу вытряс…

Олива благодарно взглянула на своих друзей. «Как хорошо, что они есть у меня… — подумала она, — Кто знает, что бы было сейчас со мной, если бы не они…»

Между тем, Салтыков появился в фойе высотки. Увидев Оливу, он нехотя подошёл к ней. По тому, как он прятал глаза и нервно теребил в пальцах пачку сигарет, было видно, что он струхнул не на шутку.

— Давай поднимемся наверх, мелкий, — не глядя на неё, сказал он.

— Нет. Мы будем разговаривать тут, возле высотки.

— Но, мелкий, тут люди ходят...

— Люди?! — Олива вскинула на него глаза, — Ты людей испугался? Или, может, ты боишься, что они увидят тебя рядом со мной?

— Нет, мелкий, ты не права... — пробормотал он себе под нос, нервно крутя в пальцах сигарету.

— Тогда почему ты нервничаешь? Почему не смотришь мне в глаза? Отвечай! — потребовала она.

— Олива, я уже давно всё сказал тебе...

— Олива?! — она аж задохнулась от негодования, — И что же, интересно, ты мне сказал? Пока я ничего вразумительного от тебя не услышала.

Салтыков молчал, нервно теребя свой рукав.

— Зачем ты мне звонил и говорил что любишь? Зачем писал мне эсэмэски? Зачем?!

— Я помириться с тобой хотел...

— Для чего?

— Чтобы ты на меня не злилась...

— Только для этого?

— Нет, не только...

— А для чего ещё?

— Ну... чтобы мы с тобой остались друзьями...

— Друзьями?!

Олива не выдержала и залепила ему пощёчину, схватила сумку и выбежала на улицу. Он попёрся за ней.

— Куда ты идёшь? Вон твои друзья, с другой стороны, — сказал Салтыков.

— Не твоё дело, — огрызнулась Олива, однако остановилась.

Он молча закурил.

— Когда ты, наконец, перестанешь мне врать? Скажи мне, наконец, правду! О чём ты сейчас думаешь, скажи! — потребовала она.

— Мелкий, ну зачем говорить об этом...