Чтение онлайн

– Я уже знаю это, - с чувством сказал Крис.
– Но причем здесь я? Почему мэр хочет поговорить со мной? Я не знаю ничего, кроме того, что Вы мне рассказали - и потом, он уже принял решение.

– Он принял решение, - согласился Андерсон, - но ты знаешь многое из того, чего не знает он. Он хочет, чтобы, когда мы приблизимся к Аргусу Три, ты послушал радиограммы аргусцев, а также все, что нам удастся перехватить из разговоров этого бродяги, и растолковал ему информацию, которую услышишь.

– Но почему?

– Потому что ты единственный человек на борту, который знает этот город не понаслышке, - медленно произнес сержант, подчеркивая каждое слово.
– Это твой старый приятель Скрэнтон.

– Такого не может быть! Нас было несколько сот, взятых на борт со Скрэнтона - все, кроме меня, взрослые...

– Обычный мусор, который дает принудительная вербовка, - бросил Андерсон с холодным презрением.
– Там нашлись один-два специалиста, которых мы смогли использовать, но никто из них никогда не интересовался политической жизнью города. Остальные - неудачники, у которых развиты лишь мускулы, плюс психопаты. Мы вылечили их, но поднять их коэффициент умственного развития не смогли. Не имея ничего за душой, не имея Межпланетного Гран-При или тяжелого физического труда, отвлекающего от пустых мыслей, они просто ведут растительный образ жизни. Нам - Ирландцу и мне - не удалось найти ни одного, достойного наших команд. Трех хороших специалистов мы сделали гражданами, но остальные останутся пассажирами, пока не умрут.

Ты оказался счастливой случайностью, Крис. Отцы Города говорят - твое прошлое на борту Скрэнтона показывает, что ты кое-чего про него ЗНАЕШЬ. Амальфи хочет использовать твои знания. Возьмешься за это?

– Я - я попробую.

– Хорошо.
– Сержант повернулся к миниатюрному магнитофону, лежавшему рядом.
– Вот полная запись всех перехваченных разговоров на Аргусе Три на данный момент. Когда ты ее прослушаешь и выскажешь все, что придет тебе в голову, Амальфи начнет передавать нам радиограммы с мостика напрямую. Готов?

– Нет, - сказал Крис с отчаянием, на которое раньше не считал себя способным.
– Еще нет. Моя голова и так уже вот-вот лопнет. Меня освободят от занятий на это время? Иначе я не могу согласиться.

– Нет, - сказал Андерсон, - не освободят. Если радиограмма придет, когда ты на занятиях, тебя вызовут. Но потом ты снова вернешься в класс. Другими словами, твое обучение будет идти точно так же как раньше, и если ты не сможешь вынести новой нагрузки, тем хуже. Ты должен усвоить все четко и прямо сейчас, Крис. Это работа ДЛЯ ВЫЖИВАНИЯ ГОРОДА. Либо ты берешься за нее, либо нет; в любом случае, ни особого отношения, ни осуждения не последует. Ну?

Крис долго сидел, прислушиваясь к отдающейся в голове боли. Наконец он покорно выдавил:

– Я берусь.

Андерсон щелкнул выключателем, и катушки с лентой закрутились.

Самые первые сообщения, как и говорил Андерсон, были невнятными и краткими. Затем они стали длиннее, но еще загадочнее. Крис смог извлечь из них немногим больше, чем это удалось Амальфи и Отцам Города. Как и обещалось, он переговорил с Амальфи - но из квартиры Андерсонов, по сети, которая одновременно передавала все, сказанное мэру, Отцам Города.

Машины задавали вопросы о размере населения, энергетических ресурсах, уровне автоматизации и других насущных вещах, но ни на один из них Крис ответить не мог. Мэр преимущественно слушал; в тех редких случаях, когда его громкий голос вмешивался в разговор, Крис не мог понять, к чему тот клонит.

– Крис, та железная дорога, о которой ты упоминал, - задолго ли до твоего рождения ее разобрали?

– Я полагаю, около века назад, сэр. Вы знаете, Земля вернулась к железным дорогам в середине второго тысячелетия, когда иссякли запасы ископаемого топлива, и железнодорожное полотно было забрано под посевы.

– Нет, я этого не знал. Хорошо, продолжай.

Теперь Отцы Города расспрашивали его о вооружении. На это он ничего путного не мог сказать.

Однако настал день, когда положение резко изменилось. Криса действительно вызвали с занятий, и срочно доставили в маленькую приемную, в которой кроме кресла и двух телевизионных экранов ничего не было. На одном из экранов Крис увидел сержанта Андерсона, на другом помещалась настроечная таблица.

– Привет, Крис. Сядь и будь внимателен; это важно. Мы принимаем сигнал города-бродяги. Мы не знаем, просто ли это маяк, или они хотят с нами говорить. Амальфи считает маловероятным, чтобы они, в такой ситуации, включили маяк, - они уже нарушили слишком много других законов. Теперь, когда ты здесь, мэр попытается выйти с ними на связь и хочет, чтобы ты послушал.

– Хорошо, сэр.

Крис не слышал сигналов вызова, но всего через несколько минут теперь они находились довольно близко к Аргусу Три - настроечная таблица на втором экране исчезла, и Крис увидел отвратительно знакомое лицо.

– Алло. Здесь Аргус-3.

– "Здесь" НЕ Аргус-3, - быстро произнес глубокий голос Амальфи. "Здесь" город Скрэнтон, штат Пенсильвания, и вам нет смысла это скрывать. Дайте мне вашего босса.

– Нет, минуточку. Кто вы, черт побери...

– ЗДЕСЬ Нью-Йорк, на связи Нью-Йорк, и я сказал "Дайте мне вашего босса". Выполняйте.

Лицо стало мрачным и озадаченным и после минутного колебания исчезло. Экран мигнул, и ненадолго вновь появилась настроечная таблица, а затем прямо на Криса глянул еще один знакомец. Невозможно было поверить, что этот человек его не видит, а сама мысль о подобном пугала насмерть.

– Привет, Нью-Йорк, - сказал собеседник приветливо.
– Так вы нас вычислили. Ну что ж, мы вас тоже раскусили. Эта планета связана контрактом с нами; уведомляю официально.

– Запротоколировано, - сказал Амальфи.
– Мы располагаем сведениями, что вы находитесь в состоянии Нарушения закона. Аргус Три заключил новый контракт с нами. Самым мудрым поведением было бы подняться и убраться.

Глаза собеседника не дрогнули. Крис вдруг понял, что тот смотрит не на него, а на изображение Амальфи.
– Убирайтесь сами, - не повышая голоса, сказал собеседник.
– У нас разногласия с колонистами, а не с вами. Мы не уберемся без специального распоряжения полиции. Если вы в это впутаетесь, останетесь внакладе. Уведомляю официально.

– Ваша самоуверенность, - сказал Амальфи, - неуместна. Запротоколировано.

Изображение со Скрэнтона сжалось в яркую точку и пропало. Тут же мэр спросил:

– Крис, ты знаешь кого-нибудь из этих ребят?

– Обоих, сэр. Первый - мелкий головорез по имени Барни. Я думаю, это он убил собаку моего брата, когда меня забирали.

– Знаю таких типов. Продолжай.

– Другой - Фрэнк Лутц. Когда я находился на борту, он был городским управляющим. Похоже, он до сих пор им и является.

– Кто такой городской управляющий? А, неважно, спрошу у машин. Хорошо. Он выглядит опасным; это так?

– Да, сэр, он опасен. Он умен и хитер - и у него не больше совести, чем у змеи.