Чтение онлайн

До Центральной Италии Франциск добрался верхом, ибо по болезни не мог иначе.

Папа Римский с его окружением находились в это время в Орвьето, и там Святой вновь встретился с кардиналом Уголино.

Вместе они обсудили дела ордена и приняли необходимые меры против возникших нестроений. Упразднялись привилегии, данные некоторым монастырям кларисс, возбранялось основание нового монашеского братства, до предстоящего в сентябре капитула откладывалось регулирование положений о постах, принятых в отсутствие Святого.

С другой стороны, чтобы ограничить странствия иных братьев, напоминающие бродяжничество, было решено, что для новопоступивших в орден устанавливается год послушничества, как в других орденах, и что все братья должны испрашивать у начальствующих позволения удалиться от места обитания.

Праздник св. Михаила Архангела 1220. Перед собравшимся капитулом изнемогающий от физических страданий Франциск в глубоком смирении отказывается от руководства орденом. Вместо него избран Пьетро Каттани. «Отныне я умер для вас: но вот Пьетро Каттани, которому как вы, так и я обязаны послушанием».

На самом деле главой ордена остается Франциск. Орденом как организацией руководит другой, но Франциску вверяют свою совесть его дети и хлебом его примера и его святости питают свою душу.

Пьетро Каттани недолго управлял орденом. 10 марта 1221 года сестра смерть взяла его к себе в Порциунколе и святая его душа перенеслась в рай.

Нужен был новый глава, и этим озаботился следующий капитул, состоявшийся на праздник Пятидесятницы.

Уголино занятый неотложными обязанностями, прислал вместо себя кардинала Раньери Капоччи; увещевание, с которым Франциск обратился к присутствующим, основывалось на тексте из Писания: «Благословен будь Господь Бог мой, Который ведет душу мою в сражение».

Со смирением воззвав к Духу Святому, чтобы споспешествовал в избрании нового викария, остановили выбор на брате Илие.

Все его знали.

Отличаясь выдающимся умом и силой воли, этот человек основал миссию в Святой Земле, хотя климат там много тяжелее, чем в других местах, где миссионерам удалось закрепиться только после неудач и гонений; брат Илия, в отличие от них, медленно, но прочно утвердился на выделенной ему территории.

Избрание брата Илии оказалось промыслительным.

Он способствовал распространению и утверждению францисканства как мощной силы, благодаря чему произошел духовный переворот, определивший облик истории на все последующие века.

На этом капитуле вновь встал вопрос о миссии в Германии, имевшей столь печальный конец в 1217 году.

Слово брата Илии было столь убедительным, что девяносто братьев вызвались снова попытать счастья под руководством брата Чезарио да Спира.

Вместе с другими на этом торжественном собрании присутствовал и никому не известный португальский брат.

Жажда мученичества привела его в Марокко, где он желал состязаться в подвиге с пятью францисканцами, замученными за веру, но долгая болезнь вынудила его отплыть на родину.

Однако из-за жестокой бури корабль пристал к берегам Сицилии, а не Португалии, что, видимо, отвечало тайному замыслу Провидения.

Шаг за шагом, перемещаясь на север, юноша достиг города Ассизи в надежде познакомиться со святым Основателем.

Желание его сбылось, но никто им особо не заинтересовался, никто не обратил на него внимания. Его отметил лишь брат Грациано, провинциальный министр Романьи: узнавши, что юноша имеет сан священнослужителя, он попросил его, если тот другого не умеет, служить хотя бы мессу для собратьев, живущих в скиту в Монтепаоло.

Это была свеча под сосудом. Но вскоре, поставленная на подсвечник, она озарит мир ослепительным светом.

Его имя: Антоний Падуанский.

Широкая апостольская проповедь, развернутая повсюду св. Франциском, не только вернула многие христианские души к практике христианской жизни, но дала и нечто другое: возвратила людям стремление к совершенствованию, столь свойственное первым христианам.

Куда бы ни приходил Франциск, всюду мужчины и женщины, не связанные браком или состоящие в браке, с мольбой обращались к нему, прося принять их в орден.

Но можно ли разбить семью, разом перерубить все ее связи с обществом, чтобы члены ее могли надеть монашеское облачение?

Многие, сталкиваясь с этой трудностью, отказывались от святого идеала и продолжали обычную жизнь в миру, где их душам приходилось тяжко.

Франциск с его гениальным чутьем придумал нечто новое: внести монастырский дух в семью и в общество.

Для этого нужно было учредить еще один орден — такой, в котором не возникало бы конфликта между потребностями духа, жаждущего совершенства, и непреложными обязанностями, накладываемыми положением в миру.

Так положено было начало Третьему ордену.

В 1221 году Франциск, поддержанный кардиналом Уголино, написал Устав нового ордена и передал его людям. Устав состоял из нескольких основных положений: от вступающих требовалось исповедовать христианскую веру, полностью повиноваться Католической Церкви, исполнять обязанности, предписываемых собственным статусом, в скромности, супружеском целомудрии и в духе самопожертвования; запрещалось также носить оружие.

История не донесла до нас, где именно родился Третий орден, но предание наиболее достоверно указывает на город Поджибонзи, где первыми в него вошли купец Луккезио и его жена Буонадонна.

Снедаемый алчностью и корыстью, этот купец однажды был зачарован словами Франциска, после чего стал продавать свое имущество и раздавать его на дела милосердия. Жена его, пораженная таким чудом Провидения, состязалась с мужем в рвении и усердии.

Франциск надел на обоих серое одеяние и препоясал веревкой.

Они прожили еще сколько-то лет, довольствуясь плодами со своего огорода, после чего скончались в Боге.

После этой первой супружеской пары появились другие: орден быстро завоевал популярность в разных странах и принес обществу неисчислимую пользу; принадлежностью к нему гордились не только простые люди, но и великие мира сего.

Елизавета, ландграфиня Тюрингская, и Людовик IX, король Франции, устремлялись к святости под руководством Устава Третьего ордена, и они еще не самые видные в том прославленном ряду святых, которых орден дал миру.