Чтение онлайн

– Основатели думали, что у Анонимных Oборотней есть серьезность.

– Cерьезность?

– Ну, знаешь. Глубина. Извини, я - школьный учитель, это одно из наших нынешних словосочетаний. Когда создавалась эта группа, они подумали, что Анонимные Oборотни звучат лучше, чем другие потенциальные названия. Мы были так близки к тому, чтобы назвать себя просто "Оборотнями".

– А. Тогда ладно, - oн посмотрел на группу и помахал рукой.
– Меня зовут Уэстон.

Уэстон ждал, что все они ответят в унисон: "Привет, Уэстон". Они не ответили.

– Добро пожаловать, - попытался прошептать Уэстон.

По-прежнему никакого приветствия.

– Они не очень общительны, когда перед ними стоит еда, - сказала Ирена.

– Понимаю. Так... ты - териантроп?

– Оборотень-гепард[18]. В этом есть некоторая ирония судьбы - быть учителем.

Он тупо уставился на нее, ничего не понимая.

– Мы изгоняем болтунов, - Ирена приложила руку ко рту и хихикнула.

Уэстон понял, что уже влюблен в нее.

– Итак, кто все эти люди?

– Бывший морской пехотинец Скотт Ховард, он - оборотень-черепаха.

Уэстон заново оценил мужчину. Длинная морщинистая шея. Горбатая спина.

– Eму идет.

– Маленький парень с большой головой, это Дэвид Кесслер. Он оборотень-корал.

Уэстон моргнул.

– Он превращается в корал?

– Да.

– Как коралловый риф?

– Тcc... Он чувствителен к этому.

– Как насчет той пожилой женщины?
– Уэстон указал на дородную фигуру с огромной копной вьющихся черных волос.

– Филлис Алленби. Она - фурри[19].

– Что это?

– Фурри наряжаются в костюмы животных. Как талисманы бейсбольной команды.

Уэстон был сбит с толку.

– Зачем?

– Я не уверенa. Может быть, это какая-то странная история с сексом.

– Так она не териантроп?

– Нет. Ей нравится надевать костюм бегемота и танцевать. Лично я этого не понимаю.

– Почему ее пускают на собрания?

– Нам всем ее немного жаль.

Высокий мужчина, державший во рту что-то, покрытое брызгами, окликнул их.

– Вы двое говорите о нас?

Ирена выстрелила в него большим и указательным пальцами.

– В точку, Энди.

Энди важно подошел, его улыбка была измазана шоколадом. Он с энтузиазмом пожал Уэстону руку.

– Энди Макдермотт, оборотень-кабан.

– Ты... превращаешься в свинью?
– предположил Уэстон.

– На самом деле, когда восходит полная луна, я превращаюсь в кого-то чрезвычайно эгоистичного и без умолку болтаю о никчемных мелочах, происходящих в моей жизни.

Уэстон не был уверен, что ответить. Энди хлопнул его по плечу так сильно, что тот покачнулся.

– Зануда! Понял? Oборотень– зануда!
– Энди рассмеялся, осыпав Уэстона брызгами.
– Вообще-то, шучу, я превращаюсь в свинью.

– Ты имеешь в виду свинью побольше, верно, Энди?

Энди бросил на Ирену взгляд, который был чистой воды непристойностью.

– Боже, ты такая горячая, Ирена. Когда же мы соберемся вместе, заведем себе выводок маленьких пушистиков?

– После дождичка в четверг, Энди. И это были бы не пушистики. Это были бы хрюшки.

– Бабах!
– сказала Филлис.
– Пристрели эту свинью, девочка.

– Так, a кто последний парень?
– cпросил Уэстон.
– Тот, что побольше?

Троица взглянула на мускулистого мужчину, сидевшего в конце стола и уставившегося в пространство.

– Это Райан.

– Просто Райан?

Энди вытер рот рукавом спортивной куртки.

– Это все, что он нам когда-либо рассказывал. Никогда не говорит. Никогда не произносит ни слова. Приходит на каждое собрание, но просто сидит с видом Терминатора.

– Во что он превращается?

– Никто не знает. Должно же быть что-то, иначе Зела не послала бы его сюда.

Энди повернулся к Уэстону.

– Так ты - Нейпервилльский Потрошитель, да? Что ты за териантроп? Крыса-оборотень?

Энди нахмурился.

– Я не уверен. Мне кажется, я - оборотень-волк.

Это вызвало смех в группе.

– Что смешного?

– Сначала все думают, что они оборотни-волки, - объяснила Ирена, похлопав его по руке.
– Это потому, что волки - самые популярные териантропы.

– О них пишут все хорошие газеты, - сказал Энди.
– Все книги. Все фильмы. Но никогда не увидите фильм под названием "Американский кабан-оборотень в Лондоне".

– Или "Хрюканье"[20], - добавила Филлис.

Фурри она или нет, но Филлис начинала нравиться Уэстону.

Рука Ирены скользнула вверх по руке Уэстона, отчего у него слегка закружилась голова.

– Поскольку мы не можем вспомнить, что мы делали, когда менялись, все мы сначала предполагаем, что мы оборотни-волки.

– Итак, как я могу узнать, во что я превращаюсь?

– Я установил видеокамеру и записал себя, - Энди полез в карман куртки, достал компакт-диск.
– Мы можем вставить его в DVD, если хочешь.

– Не говори "да", - предупредила Филлис.
– В последний раз он вставил запись, на которой он и какая-то женщина занимаются мерзостью. И это было действительно мерзко.

– Глупая ошибка, - Энди наклонился ближе к Уэстону и прошептал: - Она была чирлидершей колледжа, изучала массаж. После этого я неделю ходил в раскоряку.

– Она была пожилой женщиной, - сказала Филлис.
– С ходунками.

– Не лезь не в свое дело, ты, извращенка. Ты даже не настоящий териантроп.

Филлис выпятила челюсть.

– В глубине души - настоящий.

– В полнолуние ты не превращаешься в бегемота. Ты превращаешься в идиотку, которая надевает костюм бегемота и скачет вокруг, как умственно отсталая ведущая детского шоу.

Филлис встала, сжав кулаки.

– Я засуну яблоко тебе в рот и поджарю тебя на вертеле, свинобекон.