Чтение онлайн

— Постараюсь, — вздохнула я, и с этими словами вышла из зала.

Не знаю, как уж Роллон сам ориентировался в этом замке, но я мигом заблудилась среди переплетений лестниц, коридоров и залов. Совершенно не представляя, куда направляюсь, я несколько раз попала в один и тот же зал, запомнившимся мне необычным фонтаном в виде двух мраморных лебедей. Усмехнулась, увидев на блюде, стоящем в одном из залов, целую гору персиков. Интересно, для кого слуги их положили, если хозяин не переносит сей дивный фрукт на дух?

Совершенно не представляя направление движения, я каким-то чудом вышла во внутренний сад и тут же зажмурилась от яркого солнца — был уже не рассвет, наступило утро, и за стенами замка мне были слышны звуки просыпающегося города.

Я оглядела сад и еле удержалась от восхищенной реплики. Определенно, если замок строили не эльфы, то в таком случае точно Эллегионские мастера — настолько гармоничными были все сочетания.

Белый и зеленый… яркое свежее слияние двух цветов, на которых глаз так и отдыхал. Маленькие фонтанчики-ручейки по обеим сторонам от лестницы, простирающиеся вдаль аллеи… по этому саду можно было гулять вечно, рассматривая статуи, любуясь затейливой резьбой на постаментах, да просто прохаживаясь по дорожкам, выложенным плитами светлого и мшисто-зеленого камня, между которыми иногда неуверенно торчали травинки. Красиво… а еще, судя по всему, пока я плутала по замку, прошел мелкий дождик, и теперь листья и статуи были усеяны прозрачными капельками, словно бы высеченными из кварца.

Я долго бродила по саду, с наслаждением вдыхая аромат трав и цветов, в котором отчетливо звучала каждая нота, слушая звуки, дробящиеся на отдельные, но тем не менее сливающиеся в одну мелодию. Смех, слова, звон хрусталя в доме напротив. Наверху зашевелились слуги, словно учуявшие, что хозяин возвратился.

Люди… судя по всему, для них жизнь остановилась на том дне, в который Эллегион перестал существовать. Они не помнят, что произошло и не знают о том, что с тез прошло больше двух тысяч лет. Они же каждый день проживают одно и то же, но не знают и не замечают этого. Кошмар…

Мои размышления резко прервал нагревшийся браслет. Из камешка, вделанного в него, донесся голос Роллона:

— Ты где?

— В садах, — бодро отрапортовала я, стягивая браслет и удрученно глядя на покрасневшую кожу. — А что?

— Возвращайся, кажется, тебе все-таки найдется работа. И постарайся побыстрее, — на этом слове Роллон отключился.

Легко сказать! Дороги я не помню, но, пообещав, что постараюсь, я развернулась к замку. Что ж…

Роллон только покачал головой, когда я примерно через полчаса наконец появилась в библиотеке. Ну, я действительно почти не заблудилась и честно постаралась прийти побыстрее… правда, в библиотеку я попала лишь потому, что наугад толкнула одну из дверей в слепой надежде на чудо. И чудо произошло!

К чести Роллона, он мне так ничего и не сказал по этому поводу. Лишь кивнул на несколько стопок, состоявших из толстенных фолиантов, покрытых вековой пылью.

— Что это? — я с опаской покосилась на верхний том, пыль с которого можно было снимать пластом. А уж насколько ветхим он выглядел…

— Книги Заклинаний, каждое заклятье в которых расписано подробным образом. Мы должны просмотреть вот это все, — Роллон окинул книги безнадежно-оптимистичным взглядом, — до полуночи.

— Да здесь за неделю все не пролистать! — возмутилась я, воочию представляя картину, которая мне совсем не понравилась.

— И тем не менее мы должны, — Роллон осторожно положил одну из книг на стол, отчего в воздухе столбом взвилась пыль. — С началом новых суток все встанет на свои места, а мы окажемся за пределами замка. Правда, мы, в отличие от жителей города, будем все помнить.

— Ясно, — я взяла свою книгу, оказавшуюся кошмарно тяжелой. Сдула пыль, и буквы, начертанным золотом с алмазной крошкой, ярко заискрились в утренних лучах. — И что искать?

— Любое упоминание о колесе времен, нити времени, Эллегионе и связанных с богами заклятий. Понятно?

Я кивнула, с отвращением открывая книгу и вчитываясь в еле разборчивые, почти выцветшие и местами смазанные строки. Ругая летописца на чем свет стоит, приступила к изучению.

Через несколько часов, когда уже начала спадать жара, я преисполнилась великой ненавистью ко всем славным деяниям прошлого, богам и магии, которой они имели неосторожность наделить людей и нелюдей.

Ни в одной из прочитанных книг ничего сказано не было, шею и спину уже нестерпимо ломило, а стопка, казалось, даже не начала уменьшаться. Мне начало казаться, что она безразмерная.

Горько выдохнув, я отложила очередную книгу и притянула к себе еще одну. Хотелось есть, но я не рискнула напоминать Роллону о естественных человеческих потребностях — не уверена, что он меня поймет, в лучшем случае скажет — потерпи, осталось еще всего-навсего три сотни томов… Вот их просмотрим — и можно будет заниматься чем угодно.

Этот том оказался достаточно новым, по крайней мере, по сравнению с остальными — на вид казалось, что книге не больше шестидесяти-семидесяти лет. Страницы не разваливались, да и почерк был вполне читаемым, а не как в предыдущей книге, где только из-за одних малоразборчивых каракулей хотел лично найти и пристукнуть того, кто это написал, а вернее — накарябал.

Уже через несколько листов в глаза бросилась яркая, практически не выцветшая картинка, изображающая, судя по всему, Эллегионских богов. Во всяком случае, один-то из Эллегиона был точно — Танатоса я узнала по глазам, хотя здесь его черты лица были слегка другими. Я пробежалась глазами по строчкам и повернулась к Роллону:

— Смотри, — указав на текст, я поняла, что это практически то, что надо. — Здесь описывается гибель Эллегиона и сокрытие Гантрота. Понимаешь — это было написано уже после того, как город ушел из этого мира, а все произошло внезапно. И, что самое главное — одновременно. В те самые секунды, когда Эллегион погиб, Гантрот выпал из истории этого мира. Воспоминания о быстром исчезновении великого города хранят отпечаток в земной истории, хотя и немного модифицированные. Ты что-нибудь понимаешь?

На лице Роллона так и было написано, что если он и понимает что-то, то лишь на сотую долю.

— Над кем не властна эта магия? — мигом сориентировавшись, спросила я. Впрочем, Роллон уже и так начал думать в этом направлении. — И кто мог попасть в твой замок?

— Некоторые… хм… люди знали, как пройти, минуя вездесущих слуг и охранников.

— Так… — я взъерошила волосы, собираясь с мыслями. — Вспоминай — среди твоих любовниц были зимние волчицы или эльфийки?

Судя по задумавшемуся лицу Роллона, с контингентом я угадала.

— Эльфиек не было, — твердо сказал он, припомнив, наконец, скорее всего, немалый список.

— А зимних волчиц?

— Нет. К тому же над зимними волками время и эта магия властны. Скорее всего, эти строки оставил один из моих друзей — способы проникнуть в замок незамеченными знали не только женщины. Судя по всему, это эльф, которому подвластна божественная и временная магия.

— Может быть, в Гантроте обретался еще один полубог? — с надеждой спросила я. Как будто с одним проблем мало…