Чтение онлайн

Ночь прошла спокойно. Рано утром братьев вновь разбудил лязг отпираемой двери. На этот раз за послами явился сам бек.

– Хан требует вас к себе, - без всяких приветствий произнёс он.

Византийцев вновь повели знакомыми коридорами. Константин чувствовал, как напряжён Михаил. В самом деле, тон и поведение ханского советника не предвещали ничего хорошего. Тем не менее, философ не ощущал тревоги. Напротив, он ощущал прилив сил, и на его душе было легко. Может быть, это из-за того, что он сегодня хорошо спал, а может оттого, что всё кончилось? Или ещё нет? Он решил не ломать больше голову, а дождаться, что будет дальше.

Вскоре они вновь очутились в том же месте, что и вчера. Только теперь здесь не было ни огромного стола, ни стульев, ни многочисленной ханской свиты. В большом зале находился только один человек – сам великий каган. Он без движения стоял у стены и глядел в окно.

Услыхав звук шагов, хан обернулся. Кубрат подошёл к правителю и что-то произнёс по-хазарски. Каган выслушал советника, затем выкрикнул несколько фраз. И хотя византийцы не понимали слов, было понятно, что хан недоволен тем, что услышал от своего помощника. Багатур сказал что-то ещё и махнул рукой, давая понять, что не желает больше его видеть. Бек покраснел. Бросив яростный взгляд в сторону послов, он поклонился правителю и вышел из зала.

Кагану понадобилось время, чтобы прийти в себя. По его лицу было видно, что он взбешён. Тем не менее, хан сумел взять себя в руки. Он подошёл к гостям, улыбнулся.

– Я позвал вас, - начал он, - чтобы сообщить, что вы с честью выполнили вашу миссию. С этого дня я не буду препятствовать тем, кто захочет креститься.

Братья поклонились.

– Более того, - продолжал хазарский правитель, - я велю ознакомить всех моих подданных с Евангелием.

– Ты очень мудр, о великий хан Багатур, - произнёс Константин.

– Если вы пожелаете, то сможете сегодня же отправляться домой – вас проводят. Вы можете просить, чего хотите. Обещаю, что исполню любое ваше желание.

– Что может быть дороже тех слов, которые ты произнёс?
– ответил философ. – Они для нас станут настоящей наградой и утешением в предстоящей дороге. И всё-таки мы хотим просить тебя… - Константин сделал паузу.
– Хотим, чтобы ты отпустил арабов, - наконец закончил он.

Два человека с удивлением посмотрели на просителя.

– Правильно ли я тебя понял, – после короткой паузы снова заговорил Багатур, - что ты просишь меня отпустить тех преступников, которые хотели тебя убить?

Философ кивнул.

– Я не знаю, зачем нужно их прощать, - голос хана стал тише, - но обещаю, что выполню твою просьбу. – Он помолчал, а потом добавил: - Только не сразу.

После полудня отряд византийцев в сопровождении стражи покинул столицу Хазарии – город Итиль. На третий день пути один из солдат заметил облако пыли сзади – их нагонял отряд всадников. Бежать не было смысла – караван остановился, охранники приготовились принять бой.

Их было около дюжины, людей, лица которых были скрыты под масками. Приблизившись на расстояние полёта стрелы, они встали, выстроившись в цепь. Вскоре от неё отделился один всадник и начал не торопясь приближался к путникам. Не доехав до послов нескольких шагов, он снял с седла грубый мешок и бросил к колёсам повозки.

 Константин снова посмотрел на всадника – ему показался знакомым этот взгляд. В следующее мгновение человек в маске уже скакал к своему отряду. Вскоре чёрная шеренга, сгруппировавшись в когорту, исчезла в пыльном степном мареве.

Философ подошёл к мешку и поднял его с земли. В следующую секунду его глаза расширились от ужаса – из тёмного зева выпала человеческая голова. Это была голова несчастной Аруб.

Глава 14.

Андрею снилось, что от его тела осталась лишь половина, и он беспомощно скачет на одной ноге, взмахивая единственной рукой. Его лицо испачкано кровью, а неполный рот пытается кричать. Внезапно фигура повернулась боком, обнажив ничем не прикрытый мозг, и студент очнулся.

Он вскрикнул и открыл глаза. Андрей обнаружил себя лежащим на животе. Его щека была прижата к земле, но студент не двигался. Ему было страшно. Сколько раз за последнее время он терял сознание. Сколько раз страшная сила Гоэтии швыряла его от одного демона к другому. И ещё ни разу его пробуждение не заканчивалось ничем хорошим.

Внезапно Андрея прошиб холодный пот. Он вдруг вспомнил, при каких обстоятельствах он лишился чувств в последний раз. Ему стало не по себе. Может он уже умер и находится в кущах? Студент прищурился, пытаясь обозреть райский ландшафт. Да уж. На небесную пастораль это не очень-то тянет. Повсюду, насколько хватало глаз, был виден только жёлтый песок. Тут его внимание привлёк какой-то предмет. Студент сосредоточил на нём взгляд и с удивлением обнаружил в неизвестной штуковине песочные часы. Те самые, что им презентовал Мифарес. Надо же, совсем про них забыл!

Андрей попробовал пошевелить рукой – у него получилось. Он слегка приподнялся и, дотянувшись до примитивного хронометра, взял его в руку. Песок почти весь пересыпался из одной части прибора в другую. Отпущенного времени оставалось совсем немного.

– Интересуешься, который час?
– раздался сзади знакомый голос.

Студент осторожно повернул голову. На большом бревне, как ни в чём не бывало, сидел Макаров. Сердце студента заколотилось – лётчик был совершенно отдельный и находился в собственном теле. Но самое главное – он снова был молодым. Немощная старость с него сползла, уступив место бодрости и румянцу.

– У тебя такой взгляд, будто ты хочешь предложить мне руку и сердце, - произнёс Макаров. – Только должен сказать тебе сразу – ты не в моём вкусе.

– Ты опять молодой, - не обращая внимания на тираду друга, выпалил Андрей.

– Мне это нравится, - всплеснул руками пилот. – Разве я давал повод в этом усомниться?

– Значит, я оказался прав, - задумчиво произнёс студент. – Магический Круг является самым сильным знаком в Малом ключе Соломона. Он сильнее всех демонов и нейтрализует их силу и колдовство.

– Уж не знаю, кто и чего там нейтрализует, - Макаров поднялся с дерева, - только если эта штуковина действует, то нам лучше поскорей убраться отсюда. Времени осталось совсем мало, - он показал на струящийся песок в колбе.

Андрей с непониманием уставился на друга.

– То есть, ты хочешь сказать, - медленно произнёс он, - что с помощью этой печати мы сможем выбраться отсюда?

– Слушай, перестань тупить! – повысил голос пилот. – Ты же сам только что говорил, что Круг – это самый сильный знак. Значит, нам надо изобразить его в полный рост, затем встать внутрь и загадать желание.

– Ты думаешь, это сработает? – засомневался студент.

– А ты на всю жизнь решил остаться инвалидом? –вскинулся пилот. – Или тебе полюбились здешние места? – он обвёл рукой унылый пейзаж.

Андрей снова взглянул на часы. В верхней чашечке оставалась лишь маленькая пригоршня песка. Он вскочил на ноги, схватил какую-то палку и начертил большую, свёрнутую в несколько колец, змею.

– Хватай Гоэтию, - крикнул он лётчику, - и срисовывай оттуда руны.

Дважды Макарову повторять не пришлось. Утирая слёзы, проступившие из-за красного гримуара, он начал тщательно выводить незнакомые знаки в появившемся на песке кольце. Андрей тут же набросал четыре звезды Давида. Работа у друзей спорилась. Лётчик на удивление быстро справился со своей задачей. Он разогнул затёкшую спину и посмотрел на товарища. Студенту оставалось только вписать слово “Мастер” в центральный ромб, но он медлил.