ЖАНРЫ

Злые песни Гийома дю Вентре
Шрифт:

88. В таверне

Агриппе д'Обинье

Хозяйка раскраснелась у огня.Гасконец тощий, отрезвев от злости(Он проиграл и плащ, и шпагу в кости),Кричит: «До нитки обобрал меня!»Трудясь над жирным крылышком индюшки,Вздыхает, пОтом исходя, монах:«Святой Мартин! Опять ни капли в кружке!Sic transit… Эй, хозяюшка, — вина!»Жонглёр бродячий бьёт мартышку спьяна.О чём-то врёт раскрывшим рот крестьянамЛандскнехт в камзоле четырёх мастей… 37) Так жизнь течёт. Все словно ждут свершенья —По воле рока, по вождей веленью,По прихоти игральных ли костей…

37

…в камзоле четырёх мастей. — Наёмные солдаты (ландскнехты) носили одежду цвета знамени своего господина. Если наёмник служил двум и более вассалам одновременно, его платье нередко отличалось разноцветными рукавами, штанами и т. п.

89. De profundis 38)

Свожу концы с концами еле-еле:Залез в долги я по уши опять.Пришли взаймы мне хоть пистолей пятьДо пятницы на будущей неделе!Я с воскресенья безнадёжно пуст,И кошелёк мой тем же самым болен.Пришли взаймы хотя бы пять пистолей,Коль есть в тебе хоть капля добрых чувств!Жениться с горя? — Лучше лечь в могилу!Пришли мне хоть пистолей пять взаймы!Фортуна-потаскушка изменила —Я просто чудом избежал тюрьмы…Что делать мне? — Схватить перо осталосьИ написать тебе: читай с начала!

38

«Из глубины…» (лат.) — начальные слова заупокойной молитвы.

90. Шестое чувство

В шальной калейдоскоп фортуны-шлюхиВесь я не погружался ни на миг:Я видел всё, я слышал, щупал, нюхал,Я пробовал от скуки на язык —Всё вскользь… Увы, казалось: только снитсяМирских делишек пёстрый карнавал!Я лишь Свободы робкие зарницыШестым чутьём угадывал, искал…Пять чувств оставил миру Аристотель.Прощупал мир я вдоль и поперёк,И чувства все порастрепал в лохмотья —Свободы отыскать нигде не смог.Пять чувств кормил всю жизнь я до отвала,Шестое чувство — вечно голодало.

91. Бывшему другу

Я был тебе как пилигриму — посох,Как бунтарю — оружие в бою:Припомни, как связал я жизнь своюС твоей, король-солдат, король-философ!Как спали вместе на земле сырой,Одним плащом истрёпанным укрыты…А помнишь, как — с гитарой под полой —Мы пробирались к окнам Маргариты?Я был оруженосцем, другом, тенью…Теперь ты стал французским королём.Боюсь я, скучно будет нам вдвоём!Зачем тебе Гийом? Для развлеченья?Довольно! Льстить и врать, как сивый мерин,И быть твоим шутом — я не намерен.

92. Преждевременное ликование

Вчера нашли какого-то ГийомаНа Пре-о-Клер 39) — с пробитой головой.Привлечена столь радостной молвой,Сбежалась тьма соседей и знакомых.В харчевне «Лев» ему обмыли лоб,Останки всунули в камзол дырявый,Те Deum затянул кюре гнусаво —Поспешно в яму опустили гроб.Приятели охотно и задаромНепосвящённым разъясняли с жаром:Покойник был тупица. И нахал.— Увы, друзья! Стрела промчалась мимо:Ваш дю Вентре — живой и невредимый.То тёзка мой, трактирщик, дуба дал.

39

Пре-о-Клер — излюбленное место дуэлей в Париже.

93. Старая песня

Какой меня злосчастный гений гонит?Я вечно наступаю на мозольКакой-нибудь почтеннейшей персоне,И очень часто это — мой король!..Опять меня анафеме предали:Париж решил не кланяться со мной.Я вычеркнут из хроники баталий,Куда был прежде вписан, как герой.Меня бегут девчонки, как чумного,В харчевне выпить не дают в кредит,Анри мне отрубить башку грозит…Как хорошо, что всё это не ново:И Карл меня чуть было не повесил,А я — всё жив и, как ни странно, — весел!

94. Anno Domini MDC 40)

Часы бьют полночь… Через миг умрётПоследний день шестнадцатого века.— Вина! Твоё здоровье, время-лекарь!Что принесёт нам Новый век и год?Настанет мир. Подешевеет соль.Жак перестанет в суп плевать соседу.Обещанную курицу к обеду,Расщедрясь, даст нам скупердяй-король.Придворным дамам скинут лет по двадцать.Дозволит Ватикан Земле вращаться,Наука вообще шагнёт вперёд.Меня за скептицизм накажут плетью,И много прочих радостей нас ждёт.Всё это будет!.. Но в каком столетье?

40

В год 1600

95. За что меня любили

Когда стоишь одной ногой в могиле,Ты вправе знать: за что тебя любили?Меня любила мать за послушанье,За ловкость рук — учитель фехтованья,Феб-Аполлон — за стихотворный пыл.За томный взор меня любили прачки,Марго — за вкус, а судьи — за подачки.Народ за злой язык меня любил.Отец духовный — за грехов обилье,Раскаянье и слёзы крокодильи.Агриппе нравилось, что я — чудак.Три короля подряд меня, как братья,Любили так, что чуть не сдох в объятьях.Лишь ты меня любила «просто так».

96. Что скажут обо мне

Век Валуа и Гизов тонет в Лете.Иного солнца вижу луч вдали!Простым бойцом на рубеже столетийПриветствую грядущий День Земли.Не суждено мне быть любимцем Музы,Не суждено Плеяды пить нектар.Иначе вспомнят обо мне французы,Чем о тебе, божественный Ронсар:— Он Аполлону не служил молебныИ жертв не приносил земным богам.Он рвался в бой, Пегаса шпоря гневно,И злыми песнями разил врага.Короче: был солдат, а не поэт он.И на Олимп ворвался с пистолетом.

97. Прощай, Париж!

Прощай, Париж! Прощай, волшебный город,Фата-Моргана юности моей!Налей, Агриппа, кубки пополней, —Прощайте, Елисейские просторы!Войти в твой Пантеон — надеждой ложнойНе льщу себя, любовь к тебе воспев.Мне б хоть, в сердцах друзей струну задев,В их памяти оставить след ничтожный…Я шёл к тебе сквозь пламень испытаний.Ни в радостях, ни в боли, ни в страданьеНе плакал я — нигде и никогда.Разлуки лёд мне обжигает руки.Я не стыжусь бессильных слёз разлуки —Прощай, Париж! Надолго. Навсегда.

98. Моё утешение

Я часто против совести грешилИ многих был ничтожней и слабее.Но никогда не изменял себе яИ никому не продавал души.Пускай враги льют желчь и поздний яд,Тупым копытом мой лягают труп;Пусть сплетничают нежные друзья,Что я был подл, труслив, завистлив, скуп…Кидайтесь! Плюйте бешеной слюнойНа гордый лавр, на мой надгробный креп 41)С листа Истории ваш хриплый войСтереть бессилен имя дю Вентре!Пусть что угодно обо мне твердят,Мне время — суд, стихи — мой адвокат.

41

Надгробный креп. — Во времена дю Вентре придворным цветом траура считался… лиловый.

Поделиться с друзьями: