Чтение онлайн

В отделе по борьбе с терроризмом над донесениями своих сотрудников и агентов ломал голову полковник Гладков. Если его сотрудники и агенты искали непосредственных исполнителей терактов, то начальник отдела вычислял сановных заказчиков террора.

Москва, как и в годы ещё той гражданской войны, кишела подобными заказчиками. Как и тогда, восемьдесят лет назад, они спешили раскупить Россию по кускам.

Понимал Полунин, понимала Давлетова, понимал Ишутин, и , прежде всего, понимал полковник Гладков, что грубо хватать за руку сановных заказчиков нельзя - как-никак инвесторы, опора реформаторов.

Люди силовых структур негромко делают свое дело, в подавляющем большинстве, не продаваясь и не увиливая в кусты.

Наконец-то капитан Полунин и лейтенант Давлетова, как им казалось, уже одного врага знали в лицо. Это был Митя Козинский - свой человек в милиции и свой у террористов. Теперь оставалось взять его на месте преступления, а место это ещё надо было найти.

Но если раньше, где-то, может быть, сутки назад , ни Митя со своим напарником или напарницей, ни Семен и Гюзель, ещё даже не предполагали, где Юрий Панасенко подвергнется нападению, то сейчас это место указывал Корнеевич: Табеев Стан.

Один лишь Панасенко - последний из бригады Шута - был уверен, что в этом татарском селении он найдет укромную нору, где ему удастся отсидеться и выждать, когда волна убийств отхлынет, уйдет из Каменского района.

Наивный Панасенко не знал, что он живет на планете наивных людей. А наивных губит уверенность, что на нашей планете можно укрыться - и тебя не найдут. Найдут любого, вся соль в том, позволят ли тебя подставить под пулю и вообще предать смерти. Если ты жил один, без друзей, без товарищей, без доброго соседа, в случае смертельной опасности дни твои сочтены.

Юрий Панасенко был не одинок. Но жил он в особое время. И ему ничего другого не оставалось, как в своем родном Отечестве затаиться, выждать, пока кто-то погасит волну преступности и по ночам можно будет спокойно спать, не хватая при каждом звуке холодную сталь ружья.

Здесь, на Каменном Корже, в данный момент, ближе всех из тех, кто по долгу службы обязан гасить волну преступности, были капитан Полунин и лейтенант Давлетова.

Уже давно позади остался Мергель. За седьмой скважиной дорога раздваивалась: которая из них на Барановку?

За Барановкой - хутор Кошары, за Кошарами - Табеев Стан. Но Барановка далеко в стороне. Есть дорога прямая.

Выбрались на возвышенность. Сколько видел глаз - холмы, холмы, внизу поросшие полынью суходолы, над головой - в обжигающем сиянии солнца белое без единого облачка небо.

На возвышенности чувствовался слабый ветерок и поэтому зной ощущался не так сильно.

Семен достал карту 1:200 000. Ее подарил Ишутин. Карта оказалась очень кстати.

Нашли Табеев Стан. Да, отсюда Барановка и Кошары остаются далеко слева.

Табеев Стан. В центре селения - площадь, на площади, судя по топографическому знаку / не крест, а полумесяц/ - мечеть.

Семен недоумевал: украинец Панасенко, родившийся в России и всю жизнь проживший среди русских, в минуту смертельной опасности переселился в татарское селение.

Гюзель, выслушав недоумение мужа, удивленно распахнула свои пронзительно зеленые глаза.

– Недоумеваешь? А ещё женился на татарке...

Почему женился - она недосказала. Семен допытываться не стал.

Не скоро на тряской дороге из-за холма показались верхушки пирамидальных тополей. С каждой минутой они вырастали в размерах. За ними уже был виден зеленый купол мечети.

33

Ишутин оперативно проинформировал полковника Гладкова, о том, что санитары областной "скорой помощи" подорвались на мине, которую подложили "герои Чечни", как презрительно их называл Питер Уайэ, а вовсе не чеченцы.

На "чеченском следе" настаивало местное следствие. В России, как и на Западе, включая США, эта версия, пожалуй, самая ходячая: где б, что ни случилось - крупная кража или громкое убийство, - значит, это дело рук чеченцев: как-никак имеем дело с бандитской республикой. И в ту гражданскую войну была такая и тоже на юге России, столицей было Гуляй-Поле, и вождем был вовсе не генерал, человек без военного образования, но все же полководец.

Иная картина теперь. Большинство чеченских полевых командиров заканчивали советские военные училища и до перестройки командовали частями и подразделениями Советской Армии, ещё вчера махровые безбожники они вдруг в мусульман превратились, с Кораном не расстаются. Кем они станут потом, если уцелеют, они и сами не знают, как не знал в ту гражданскую войну вождь бандитской республики, что будет он жить в Париже, работать столяром-краснодеревщиком на всемирно знаменитой киностудии.

Версия "чеченского следа" все ещё самая удобная в российских правоохранительных органах. Поэтому взрыв на дороге усложнял операцию Мансуру Манибаевичу.

Но полковник Гладков чувствовал террористов на расстоянии. Он, благодаря непрерывно поступающей информации с Каменного Коржа, рассчитал, где они появятся. Интуиция ему подсказывала, что террористы уже у цели. И перехватывать их надо не послезавтра и не завтра, а сегодня, сейчас.

Версия, что они прилетают и, совершив свое черное дело, улетают, не казалась призрачной. Уж больно удобное место для прилетов и отлетов. Мало кто подумает, что оно здесь. И главный аргумент для сомнения: где в этой голой каменистой степи спрятаться? Район обширный, хуторов и сел наберется едва ли полтора десятка, миграции почти нет и люди - пастухи и каменоломы знают друг друга если не пофамильно, то по прозвищу. Все укрыто, днем в небе никакого движения, а ночью - ночь темна, как в Африке. По ночам аборигены спят, прислушиваются разве что к волчьему вою.

Поздно милиционер Байбай узнал о существовании тайного аэродрома. Ссылаясь на агентурные данные, в Грозном знали, что собой представляет аэродром в настоящее время. Что же касается его прошлого, то летчики-чеченцы, служившие в Бакинском округе ПВО и летавшие на МИГах, этот аэродром облетали ещё в так называемые застойные годы. Здесь была одна из многочисленных засад на случай, если из Турции прорвется самолет-нарушитель, чтоб пролететь над военными объектами и приземлиться в Норвегии, как в свое время над Кара-Кумами летел Пауэрс. Однажды из такой засады был перехвачен военно-транспортный самолет НАТО.

С середины восьмидесятых годов эти аэродромики не поддерживаются в должном состоянии - у государства не стало денег. Но предприимчивые люди, оказывается, используют эти аэродромы и без ремонта, как и все, что выработало свой ресурс, но пока ещё действует, - и так до катастрофы.

Двое сотрудников Федеральной службы безопасности - капитаны Кормильцев и Донченко - под видом работников ГАИ - лейтенанта и старшины - на гаишном "Уазике" достигли Каменного Коржа в ночь с понедельника на вторник. Их, как и было условленно, встретил у развилки на Барановку Павел Петрович Ишутин. Этим двум капитанам предстояло проверить версию о переброске террористов по воздуху.